- Тогда идем. Мы оба видели истину.
Видя, что Антей неожиданно насторожился, Сигурд удивился.
- Что?
- Все они твердили об Истине.
Улыбка Сигурда не предвещала ничего хорошего, но не для старшего брата.
- Я знаю, о чем говорили сыновья Лоргара, но они не знали всего, они ни мгновения не оставались наедине с этим.
Он широко развел руки и тут же опустил их.
- Я знаю, о чем говорили демоны, но больше половины их слов было ложью. Истину можно познать, только почувствовав ее самому. Поэтому, я не стану тратить время на слова. Ты все узнаешь сам.
***
Не без опаски Антей тоже поднялся с камня, и, будто бы дождавшись этого движения, реальность, которой не существовала, исчезла, словно испарились гигантские декорации. Вокруг разлились цвет и свет нездорового буйства ничем не сдерживаемой энергии.
Две болезненно-яркие серебряные искры понеслись вперед, описывая узкие спирали и беспрестанно меняя направления. Для обоих это уже было не новым. Они легко контролировали желания и эмоции, их наставники могли гордиться ими. С их пути спешно убирались всевозможные твари, иногда даже бросая добычу. Преследовать их не решился никто. Здесь не существовало границ ни пространства, ни времени и все принадлежало высшим хищникам. С некоторых пор, пищевая цепочка значительно изменилась. Двое гостей посмели вмешаться в сумбурный водоворот нереальности.
Поздно уже было противостоять им. Уничтожить их не мог никто. Посулить им что-либо – тоже. Они могли взять все, что пожелают, и не как псы, которым хозяин бросает объедки со стола, а как хозяева бесконечных владений, с хищным волчьем рвением, не довольствуясь крохами.
Время закручивалось в причудливые вихри, и ни один не знал, сколько его уже прошло. Одинаково легко было воспринимать его и как минуты, и как годы. Антей попробовал рассмотреть один миг как столетие, но почувствовал дискомфорт. Если бы у него была голова, он бы назвал это головокружением. Со временем у него стало получаться лучше и легче.
Постепенно он стал забывать о том, что там, за тонкой пеленой, отделяющей Имматериум от материальной вселенной, есть еще что-то. Его охотничьи угодья были обширнее, чем он мог бы когда-нибудь мечтать там, «снаружи». Хищники, как и обещал Сигурд, были изворотливы и опасны. Они были достойной добычей и превосходными врагами, заставлявшими Волка постараться, и дорого продававшими свои жизни.
Были здесь и жертвы, нуждавшиеся в спасении. Две яркие искры присоединялись к свитам тварей, преследующих корабли и царапающих тонкие оболочки полей Геллера. Волки врывались в скопления порождений Варпа, разрывая их. Не всегда все шло удачно. Всесилие если и было доступно им, то еще не сейчас, и приходилось мириться с тем, что иногда твари получали теплую живую добычу.
Сигурд научил Антея не испытывать ненужного чувства вины. Не всегда была возможность спасти всех. Наивно было полагать, что это так. Они делали все, что могли, но работа техники и экипажа кораблей едва ли зависела от них.
***
Услышав тонкий, едва слышный крик, Антей остановился. Из всех обитателей Варпа только они двое могли позволить себе недолгое состояние покоя. Сигурд мгновенно оказался рядом. Волкодав увидел недалеко странное мерцание, словно с другой стороны пыталось прорваться нечто. Легкая черная дымка начала струиться в стороны, привлекая хищников.
Сигурд кивнул, отвечая на незаданный вопрос.
- Ты хотел знать, что такое разрыв. Вот он. Начинается.
- Но что это? Почему?
- А ты не узнал голос?
Почувствовав подвох, Антей заставил себя вспомнить этот крик. Его зрачки расширились. Он узнал.
Сигурд легко коснулся его плеча.
- Ступай. Ты нужен там. Продолжим, когда вернешься.
Впервые за долгое время Волк был явно неуверен в себе.
- Как я вернусь? И что там?
У младшего брата было странное выражение лица, он не решался что-то сказать.
- Ступай. Ты все узнаешь там.
Неуверенно, Антей бросил последний взгляд на брата, оставляя за ним право на тайны. Хищники были уже возле самого разрыва, и, не медля больше, Волк бросился на них, походя разодрав обоих в клочья.
Нужно было как-то протиснуться наружу. Он уцепился кончиками несуществующих пальцев. Получалось плохо. Крик уже оборвался. Пока он был – он как лезвие вспарывал ткань реальности. С его исчезновением разрез становился все уже, стремясь зарасти вновь, но Волк чувствовал – там что-то было не так. Словно у попавшего в беду было слишком мало сил, чтобы дозваться. Скрежетнув зубами, Волкодав заставил свое несуществующее тело выпустить когти. Они всегда были тверже адамантия и острее мономолекулярного клинка. Они столько раз уже послужили ему.
Пленка, отделяющая Имматериум от пространства живущих, подалась с неприятным звуком. Так рвется кожа существа, когда его свежуют заживо. Антею казалось, что он вскрывает нарыв, и услышал слабый крик боли, но это был иной звук. На сей раз - кричало неживое. Это рыдала от боли материя, сопротивляясь проникновению чужеродного организма. Имматериум реагировал иначе. Он радовался чуждому и новому, потому что для него все было лишь пищей или развлечением.
Щадя вопящее пространство, Антей быстро выскользнул из разрыва, направившись к своей цели, на несколько мгновений закрыв глаза – их нещадно резало ярким светом, как солнце после темноты подземелий.
***
У него снова было материальное тело. Были глаза, ставшие вновь чувствительными к свету. Он остро различал запахи, уже отвыкнув от них по ту сторону пространства. Его уши шевельнулись, ловя звуки, привычно фильтруя каждый тон, раскладывая на составляющие каждый шорох.
Он еще не открыл глаз, но уже знал, что его окружает. В звуках и запахах перед ним лежал новый мир. Ввысь вздымались неимоверно высокие, очень сильно замшелые деревья. На земле так же был густой ковер из мха и листвы. Открыв глаза, он понял, что свет не так уж ярок, даже наоборот – он едва пробивался сквозь густые кроны зеленых великанов.
Сделав несколько шагов, он не услышал даже хруста веток – мох напрочь поглощал все – и звуки и материальные вещи.
Крик повторился – на сей раз живой, и, больше не теряя времени, Волк бросился туда, откуда он звучал – безнадежный и жалобный, так кричат от смертельного страха уже обреченные люди. Голос был женский. Голос был знакомый.
========== Глава 90 ==========
Низко рыча, зверь несся вперед, молнией проскальзывая между стволами и перелетая через валежины, лишь изредка выпуская когти, он перебирался через завалы. Он стрелой летел туда, где был нужен. Нужен. Нужен ей. Она вспомнила именно о нем.
***
Она бежала, едва успевая замечать под ногами камни, кочки, корни. Это было так знакомо. Вот только теперь ее спасало то, что лес бескраен. Она не дастся этим тварям. Если спасший ее Волк, если все что он сказал – правда, хотя как такое могло быть правдой, то она просто обязана выжить. Не каждому дается второй шанс, и женщина бежала, благословляя инструкторов и недели вынужденного бездействия в Варпе, когда бег по кораблю был жизненно необходим, чтобы не сходить с ума от скуки. Она больше не кричала – берегла дыхание, не зная, кто на сей раз гонится за ней, но Сигурд обещал ей, что здесь она найдет людей. Его слово было тверже рокрита, и Мариэль верила ему больше, чем собственному командованию и всем бюрократам Империума вместе взятым.
Император действительно защищает. Пусть не своей собственной рукой, но его воля в очередной раз направила его Ангела к ней – это было несомненно. Значит - нужно было, чтобы она выжила. И она выживет, пусть трижды прокляты будут твари, завывающие позади.
Она не оглядывалась, прекрасно слыша их. Звери не таились, они рычали и сопели, под их ногами трещали ветки. Таких преследователей трудно потерять.
Перепрыгнув яму, оставшуюся на месте выдранного корня упавшего дерева, Мариэль оступилась и скривилась от боли, но быстро вновь выровняла бег, не давая форы хищникам. Лодыжка начала болеть, но, если ее поймают – станет гораздо больнее, и капитан бежала, спасая свою жизнь и надежду Волка.