- Постой.
Взмахом руки он остановил движение собрата и шагнул из тени на свет. Дети давно знали, что в тени прячутся хищники, которые намного превосходят все, к чему их готовили. Тем не менее, они были иной породы.
- Великий Волк приказал…
- Я знаю, что он приказал, брат. «Все воспоминания должны исчезнуть». Он не сказал – убить всех. Я волен изменить план наших действий.
В тени фыркнуло, но звук не был злым. Возможно, Торв подумал о том же.
- Делай, как считаешь нужным, брат.
Волгар кивнул, переведя взгляд на едва не рычащих мальчишек. Волчата. Королевская кровь не ослабила ни их тел, ни их душ. Они не были позором для своего прародителя, хотя едва ли знали его.
Смертные не могли не бояться Астартес. Не могли не бояться Волков Русса. Тем более их дети. Двоим из этих было примерно восемь терранских лет на глаз легионера. Остальные были еще младше, но не меньше шести. Когда страх оказался слишком силен, что-то в них будто щелкнуло. Люди не могли реагировать так. Зверь внутри Волка чуял звериные души мальчишек. На его собственном загривке дыбом вставали волосы из-за того, что ему посмели не уступить, но разум контролировал тело, и он лишь улыбался, глядя на угрожающие позы детей.
Делая над собой некоторое усилие, Волгар попытался подобрать слова на готике. Он ему никогда не нравился. Интонации были совершенно не те, что у ювика.
- Если хотите жить – идите с нами.
Мальчишки насторожились. Они точно поняли, что им сказали. Один из них, довольно тщедушный на взгляд Волка, скептически приподнял бровь.
- Куда?
Он был до боли похож…от этого было немного тоскливо. Он сделал попытку, ни на что особо не надеясь.
- Имя Сигурд о чем-то вам говорит?
Они попытались скрыть эмоции, но в своем возрасте еще не были мастерами лгать. Их тела ответили за них, и матерому зверю не составило труда прочитать этот ответ. И дать свой.
- Туда, откуда пришел он. Вы можете пойти по его пути или умереть здесь.
***
Он толком не понял, как это случилось. Когда примарх призвал его и приказал отправиться с собратом на очень далекий имперский мир, он не слишком-то многословно отдал приказ. Тот самый. «Все воспоминания должны исчезнуть».
Он был встревожен, но спрашивать его о чем-либо было…не рискованно, конечно. Порывы ярости повелителя не приводили к потерям среди легиона. Просто этого не стоило делать, если Отец не желал говорить. Он сказал мало, но этого было достаточно.
Волгар был здесь в то время и знал, какой ценой было достигнуто Согласие и кто это сделал.
Он был достаточно честен с собой, чтобы признать – он ошибался. Он вел себя недостойно. Они судили человека, ничего о нем не зная. Судили по-злому.
Потом он хотел уйти с ним. С ним и его братом. Они оба оказались боле, чем достойны того, чтобы зваться вожаками. Не позволил примарх. Волк не осмелился спорить. Сейчас, глядя на эту загнанную стайку, он понимал, что лучше бы поспорил тогда и ушел с теми, кого братья позвали за собой.
Астартес никогда не получали шанса завести потомство. Волчонок тогда оказался в странной ситуации. Тем не менее, Волк осознавал значимость того, что он видел. Каков бы ни был приказ – он не собирался быть палачом для сыновей собрата. Этому сопротивлялось нечто внутри него.
***
Торв с некоторым удивлением посмотрел на него. Потом удивление быстро сменилось пониманием. Он тоже знал того, за чьим наследием их послали, хотя и понаслышке.
Глядя сейчас на детей, оба понимали, что выбора лучше просто не может быть. Как для них самих, так и для легиона.
Возможно, слишком недальновидно было ждать от мальчишек в этой ситуации чего-то толкового. Можно было даже насильно забрать их. Что они могли решить? В их возрасте обычно прячутся за родителей, но Волки знали, что перед ними – сироты.
***
Задание было странным с самого начала, хотя его таковым делало не молчание Повелителя Волков. Странный приказ – забыть об ушедших собратьях – все не то, чтобы исполнили – эдейтическая память делала это невозможным. О них молчали. Их имена были стерты с тех немногочисленных носителей информации, что были в легионе. Стало очевидным преимущество того, что они почти ничего не записывали. И все же этот процесс был неприятен. Если бы эти странные братья ничего не достигли – это было бы просто. Но после всего, что они сделали, это словно была попытка оторвать часть от самого себя – технически возможно, но на практике крайне болезненно.
Для остальных это было так же. Конечно, молодняк никогда не узнал бы об ушедших Волках, но те, кто дрался рядом с ними – не могли не вспоминать о них, со стыдом пряча собственный взгляд. Это была потеря для Стаи. Никто не знал причины, но все они знали, что на забытых не было позора. Никто не мог понять, в чем причина такой немилости. Никто не пытался получить ответ. Великий Волк никого не желал видеть и ни с кем не делился тем, что тяготило его.
Через какое-то время он вызвал к себе их двоих. Переглянувшись, Волки приняли приказ и покинули легион.
***
Когда они добрались до цели, Волгар перерыл все архивы, прежде чем уничтожить их, в надежде найти ответы. Читать он умел, вопреки представлениям многих о легионе. Он внимательно изучил все, до чего сумел добраться.
Читать пришлось много. Вдвоем они потратили много времени, чтобы узнать о том, сколько работы им предстоит.
Как оказалось – на удивление мало. Словно злой рок преследовал и Сигурда, и его потомков. Их осталось лишь пятеро, все были еще детьми. Те, кто был раньше - умирали при странных обстоятельствах на протяжении тех поколений, что прошли с момента приведения планеты к Согласию, едва сами успевали оставить потомков. Возможно, таков был Вюрд. В любом случае - это оставляло неприятный отзвук в душе.
Волки сумели остаться незамеченными, пока уничтожали материальные свидетельства существования своего собрата на планете. Когда они перешли к выслеживанию этих маленьких людей, их ждал еще один сюрприз.
***
Свое решение он принял еще тогда, когда покидал каюту примарха. Поэтому, когда он понял, что в его охоту вмешался кто-то еще, он почувствовал ярость и позволил почувствовать ее тем глупцам.
Легкие человеческие фигуры, затянутые в обтягивающие одежды и в череполиких шлемах воняли стимуляторами так сильно, что это оскорбляло волчье чутье. Умирали они так же легко, как и все смертные. Должно быть, они были удивлены, но кто бы это ни был – соперники или иной враг – они не могли тягаться с легионерами ни проворством, ни умением таиться в тенях. Они все были мертвы, а их жертвы, напуганные, но не сдавшиеся, словно сговорившись, примчались в одно и то же место.
Оно было примечательным. Здесь был подписан Договор о Согласии. Это было символично.
Лишь много позже Волк узнал, кем были его противники, но его это нисколько не смутило. Когда Волгар прибыл в покои Повелителя Волков, чтобы ответить за свои деяния, тот был несколько взвинчен его своеволием, но, в конечном итоге, как-то искоса посмотрел на Волка. Потом, совершенно неожиданно, он положил на его плечо, не скрытое броней, свою ладонь, и несильно сжал. Он сказал совершенно не то, чего стоило бы ждать.
- Ты сделал то, что нужно.
Потом он отошел к иллюминатору, разглядывая черноту космоса. Не получив позволения уйти, окончательно сбитый с толку, Волгар продолжал стоять посреди помещения. Через какое-то время его повелитель изволил обернуться. Он был в ярости. Тогда он и рассказал, что неизвестные были наемными убийцами. Посланниками с Терры. Потом он выставил Волка за дверь. Тот покорно ушел, лишь пожав плечами от удивления. Странно было слишком многое, чтобы пытаться найти кончик нити в этом клубке.
***
Разумеется, они согласились. Они знали о своем праотце. Всего лишь дети – само собой, они хотели приключений, хотели поиграть в героев. Они послушно пошли под охраной двух гигантов, следуя за ними к транспорту. Возможно, ответ был и в их генетике. Чисто теоретически они могли почувствовать «своих». Вживленное Сигурду, геносемя атрофировалось, но все же его геном был отличен от обычного человеческого из-за этого вмешательства. Что-то могло быть унаследовано. Или Волгару просто хотелось в это верить?