Сигнатура личного транспорта вожака была достаточно неповторима, чтобы причальные системы без проблем опознали ее и разрешили стыковку. Ведомая в большей степени компьютером, нежели пилотом, матовая птица медленно вплыла в ангар на слабых суспензорных вспышках. Ее тут же мягко подобрали когти креплений и зафиксировали в длинном ряду уже дремлющих собратьев. Постоянно подключенные к системам корабля они имели возможность не только следить за его жизнью, но и участвовать в большей ее части. Они остались все теми же Волчьими Братьями, а не трупами, погребенными в тяжелых неповоротливых саркофагах. Из-за особенностей их новой жизни и повышенных нагрузок из-за необходимости управлять сверхманевренными машинами их каталептические узлы не справлялись в полной мере со своими функциями. Им нужен был недолгий отдых сродни обычному сну, но не такой глубокий. Они заметили возвращение вожака, и нестройным хором поприветствовали его, в ответ услышав благодарность за хорошую охоту.
Едва Сигурд ступил на палубу, как в личный вокс-канал посыпались сообщения и вызовы. Он тяжело вздохнул и отправился на мостик. Сообщение леди Адрианы Фрай имело высший приоритет.
========== Глава 56 ==========
На мостике жизнь шла своим чередом, будто он и не покидал его. Работа экипажа была отлажена на подсознательном уровне еще до того, как Великий Волк отправил эти суда в неизвестность.
Капитан улыбнулась при виде вошедшего легионера. Улыбка была искренняя. Даже морщины на строгом лице немного разгладились. Пожалуй, она могла бы завидовать Астартес и их почти вечной молодости, но она сама отказалась от процедуры полного омоложения.
«Капитан должен выглядеть матерым». Это она сказала медикам, и те не осмелились возразить.
Приблизившись к командному трону, Сигурд низко склонил голову в приветствии. Другим офицерам он тоже кивнул, но не так, как ей. Пожалуй, легионеру не пристало делать этого так, словно она была равна ему или даже превосходила. Леди Фрай ответила ему тем же жестом, и, прежде чем подозвала офицера, который должен был передать информационные сводки вожаку, сама уделила ему время.
- Должна признаться, ваши истребители более чем оправдали ожидания. Мои очередные поздравления. Они справились превосходно. Даже с учетом того, что ими управляют ваши братья.
Дружеская подколка была воспринята спокойно. Все эти годы службы бок о бок проходили одинаково – со всей возможной учтивостью молодого волчьего вожака и грубоватыми, но не чрезмерно, обращениями капитана. За ее мастерство ей прощалось всё.
- Да, справились. У вас есть показатели их вылета?
Капитан легким движением руки подозвала дежурного офицера, который уже держал наготове инфопланшет. Тот приблизился, и, согласно протоколу службы, четким движением протянул стеклянную пластину Волку.
Это был не первый вылет истребителей-дредноутов. И не первый их боевой вылет, но в каждой информационной сводке вожак искал возможно упущенные недочеты своей работы по созданию этого вида оружия. Их не было сейчас, как не было ни в одном из технологических циклов, давших вторую жизнь его боевым братьям. Сами Волки тоже были вполне довольны тем, чем они стали. Сплав плоти, брони и огненной ярости как нельзя лучше подходил их неспокойной натуре, хотя изначально они предпочитали сражаться на своих двоих.
Как только они окончательно разберутся с проблемами этого мирка, можно будет отправить примарху новое сообщение, в котором будут отражены очередные наработки и показатели этих истребителей. Заодно, и то, что тревожило вожака.
Сигурд уже возвращал инфопланшет офицеру, когда капитан неожиданно и очень громко выкрикнула:
- Проклятье, заблокируйте посадочную палубу!
Тут же зазвучал сигнал тревоги по кораблю, и вожак развернулся на месте, чтобы увидеть изображение на экранах, связанных с датчиками внутреннего наблюдения. Увиденное его не обрадовало, но это был не абордаж. Все было гораздо хуже, и он на краткий миг растерялся.
- Что произошло?
Требовательный тон был излишним. Капитан уже оборачивалась к нему.
- Лорд Сигурд… ваш брат, он… он каким-то образом сумел обойти протоколы причальных систем. Поступают данные, что Стая пытается его остановить, но они не справляются. Он направляется сюда. Блокировки не работают – системы опознают его команды как приоритетные, а переписывать систему сейчас…
Она чуть приподняла и растеряно развела в сторону руки, расписываясь в собственном бессилии.
Скрипнув зубами, вожак бросился к выходу с мостика, по пути распорядившись заблокировать его на всякий случай. Он понял, что упустил из виду, а точнее – не выяснил ранее.
Что было с его войсками на планете, и каковы были потери? Он догадался, что с Антеем.
Не все могло заставить старшего вожака настолько выйти из себя, чтобы сквозь рычание срывалось имя младшего брата. В общем и целом это не сулило ничего хорошего, но Сигурд был почти спокоен. Только легкое чувство вины давало о себе знать. Он покинул Стаю, не сказав ничего, и что-то пошло не так. Нужно было разобраться, но для начала – угомонить Волкодава, и только он мог это сделать. Он должен был поговорить с братом, даже если тот не станет его слушать. Поговорить лично, не используя вокс.
Капитан сумела выиграть немного времени для него, отключив лифты.
С большим трудом вожак сумел убедить ее, что Антей не сошел с ума и экипажу ничего не грозит, если он не будет путаться под ногами, и не стоит активировать систему внутренней защиты. К тому же – это было бы бесполезно. Орудийные сервиторы не откроют огонь по вожаку – их остановят все те же протоколы, что позволяли кипевшему яростью Волку свободно проходить по уровням.
В общем вокс-канале слышался гомон вопросов от легионеров, армии и экипажа, но глухое волчье рычание было фоном ко всему этому. Обращаться к брату сейчас было бесполезно, Сигурд выкрикнул лишь имена старших Волков – Хендваля, Драгнира, Олафа, Ильфнира, надеясь, что хоть кто-то из них окажется на борту. Откликнулись трое. Ильфнир был где-то на планете и молчал. Хендваль был еще не на борту, хотя и в досягаемости корабельной связи – на флагмане он мог оказаться не раньше, чем через десять – пятнадцать минут. Драгнир и Олаф, бывшие на корабле, при первых же сигналах тревоги уже были готовы действовать. Их стаи пополняли боезапас, а сами вожаки были уже готовы к бою хоть сейчас – с оружием и в броне. Сам Сигурд все равно не успевал добраться до армориума. Что-то подсказывало ему, что это стоило бы сделать.
Переговоры в канале связи с нечеткими попытками объяснить хоть что-то, надоели Сигурду, и он отключил передатчик, на бегу пытаясь сообразить, что произошло.
***
Неожиданный удар в грудь отбросил вожака к стенке грузового контейнера, стоящего на краю ангара. То, что он вышиб весь воздух из легких, Сигурд не сразу заметил – первым чувством было удивление. Потом перед лицом оказалась решетка пола. Он попытался оттолкнуться от нее, но сверху прижало что-то тяжелое, и он вновь распластался по полу, конвульсивно стараясь вздохнуть, но спазмы боли были слишком сильны. Сверху раздалось угрожающее рычание, но вожак уже понял, кто удерживает его. Потом тяжесть исчезла, и его подняло в воздух на удивление легко. Перед плывущим взглядом возникло лицо его старшего брата. Мельком Сигурд опустил взгляд, чтобы удостовериться, что тот в ошейнике. Изобретение Хендваля было на месте, но…
Оно не мерцало привычным, едва заметным светом. Оно было мертво, и совершенно не доставляло неприятных ощущений своему носителю. При этом сам Сигурд чувствовал, что оно не вышло из строя, просто сейчас злость человеческой части Антея была настолько сильнее его звериной сущности, что совершенно подавляла ее. Что было опаснее – неизвестно.
Продолжая удерживать одной рукой брата, он уже занес вторую для удара – теоретически, он должен был быть смертельным. Его нечеловеческую силу нечем было компенсировать – вся броня была в армориуме. Задыхающийся младший вожак так и не сумел выдавить ни слова за это малое время. Он должен будет умереть через пару секунд, так и не узнав, что случилось, почему Антей так возжелал его смерти.