Махо недоверчиво сощурился, глядя на него своими светящимися глазами.
В надвинувшейся ночи б'Рвана они казались прозрачными зелеными звездочками…
* * *Молчаливый, погруженный в тяжелые думы элитар вел их вниз. Массивные внешние ворота Балианнара, прятавшиеся в вытянутой каменной башне, приближались. Было уже темно, яркие звезды высыпали на небе, и далеко на западе падала за горизонт желтая луна Борха. Факелы горели тут и там, запах огня дразнил ноздри. Дар ощутил, что он голоден.
В редком свете факелов всюду было заметно движение. Чувствовалась напряженная активность подготовки к штурму, то и дело раздавались окрики, команды, звенел металл, рабы тянули большие тюки и повозки вниз, к стенам. Но было кое-что, довольно неуместное на взгляд Дара. Навстречу постоянно попадались одинокие, или идущие группой отаруги, быстро двигающиеся наверх. Это было странно, куда естественней, если бы воины сбегались в предверии штурма города к защитным стенам.
– Куда они идут? – наконец не выдержал он.
– Караттан. – кратко сказал Куаргир.
– Что это?
– Они идут, чтобы оставить жизнь перед смертью. – ответил на хуураданском Куаргир, почти не удивленный, что вынужден объяснять очевидшейшее.
Однако Дару это мало что дало.
– Какую жизнь? – спросил он. – Сейчас им надо торопиться на стены и готовиться к сражению!
– Караттан – это старая традиция, – пришел Куаргиру на помощь элитар Док-Атор. – Когда отаруг уходит чтобы умереть, сначала он идет к женщине, и оставляет свое семя. Не вся жизнь должна умереть в борьбе с врагом. Часть жизни должна остаться для продолжения!
Его командирский голос звонко пророкотал по затемненной улице Балианнара. Многие воины-б'рванцы остановились и с подозрением стали присматриваться к идущей группе тех, кто говорит на чужом наречии. Сопровождавший их элитар тут же громко потребовал чтобы все вернулись к своим делам, и вспыхнувший было интерес, погас.
Дар задумался об этом странном, но в сущности довольно мудром обычае – "караттане".
– А если у него нет своей женщины? – наконец спросил он у Куаргира.
Глаза кх'отра сощурились:
– Тогда он идет к любой женщине, которую увидит.
Док-Атор важно кивнул.
На языке Дара тут же завертелись десятки щекотливых вопросов, но он с трудом удержал себя, решив обождать с ними до более удачного момента. Не хватало еще сейчас наткнуться на очередные табу в обсуждениях. Слишком хорошо он помнил, чем заканчивались распросы про цнбр…
До Саудрака они добрались быстро. Приведший их б'рванский элитар, крикнув что-то охранению, тут же затопал назад в город, вместе с последними уходящими желтокостниками. Саудрак, дав приказ дромаругам всех трех кланов готовиться к отходу, выслушал краткий рассказ Дара о происшедшем на Круге Эгиббардов.
– Лучше бы мы стороной обошли и Балианнар, и сам проклятый б'Рван, – кратко резюмировал он.
…Какор шел ровным следом, точно за саудраковым дромом, где сейчас Дар досказывал последние события в Балианнаре. Саудрак был замкнут, ему, как и остальным элитарам, совсем не нравилась идея защиты чужой цнбр. Он косо посматривал на лучевик гонклардов, с которым упражнялся Древний.
Дар не мог понять, что именно заставило его принять такое решение – идти навстречу орде с'энфарпов. Просто чувствовал – это верно. Такой шаг не мог вызвать сочувствия хуураданцев, а'зардов или кх'отров… Пока не мог… Но придет время, когда "цнбр" перестанет быть запретным словом. Этот афоризм читал ему Ю-махо в каменных скрижалях подземных пещер Нортрига! И был только один способ достижения этого: корни кланов должны соединиться!
Дар продолжал изучать лучевик в своих руках. Он уже заметил, что при снятии своеобразного "предохранителя" зажигаются огоньки рукояти, а из толстого тупого ствола выдвигается другой, помельче и подлиннее, затем вся рукоятка меняет цвет и яркость. Но по прежнему, все что ему удавалось – это заставить оружие светить безвредным лучиком наподобие световой указки. Дар-тангр давно сдался, и за дело принялся Дар-человек, с его технологическим умом.
– В последний раз спрашиваю, ты считаешь, мы должны сражаться во славу б'Рвана? – вдруг спросил Саудрак.
Дар вспомнил изумрудное солнце цнбр над головой, рядом с мертвым звездолетом рабов, и коротко сказал:
– Поверь мне. Мы должны сделать что можем. Однако сложить тут кости – совсем не наша цель. Ускорься, если можешь.
– О-рах! – ответил хуураданец глухо, разгоняя своего дрома в быстрый аллюр. – Пусть будет так.