И что теперь делать?
Как он будет с Грибником справляться?
Даже просто взгляда его не выдержать! Он же сворачивает ум любому…
Но жить очень хотелось.
Так же по стене, стараясь не издавать звуков, он вернулся по коридору в свою камеру. Благодарение Кнэ, у реццов всегда был выход! Задраив люк на все запоры, он поспешными взмахами рук снова пробудил информатор, и первым делом жадно осмотел ближнюю Безбрежность.
И невольно ахнул!
Прямо на него неслась суровая махина "Мощи Давления", личной крепости ди-Ггарца. Темный бронеборт, богато ощетиненный жерлами сингулярных кокк, неумолимо вырастал в размерах, приближаясь. Похоже, Грибник решил дорого продать свою жизнь, расплющив планцер о крепость, или нарваться на заградогонь.
Тангр играл жестко и беспощадно, как все грибники. Интересно, что он "показал" гонклардам перед их смертью? Какие чудеса из своего мира увидели они…
Следак стиснул зубы и заработал лапками в воздухе, заставляя информатор сменить управление и заблокировать пилотную рубку. Мудрые предки предусмотрели это! На любом корабле реццы, избранный народ, создавали для себя параллельную систему управления.
Затем, притормозив планцер и дав маневр на уклонение, Следак немного успокоился. После вызвал дежурного с крепости.
– У меня проснувшийся Грибник! – яростно крикнул он, не дав оператору высказать длинную формулу приветствия. – Срочно команду гонклардов сюда…
Связь вдруг рывком оборвалась… Видимо тангр что-то сделал. Благодарение Кнэ, хоть успел вызвать гонклардов…
Но все равно – он все еще был на одном планцере с Грибником, один на один…
Да и что сделает с ним группа гонклардов?! Он же просто заставит их друг друга перестрелять!
Решение высверкнуло мгновенно.
Не отвлекаясь больше на мелочи, Следак раскрыл стальные лопасти брюха. В Безбрежности рядом с планцером закружились, заискрились мгновенно заледеневшими капельками рассыпавшиеся волоски плесени. Она умерла сразу вся, ди-Ггарц знал это без сомнения. Плесень не переносит таких холодов. И также твердо он знал, какой шок только что получил проклятый Грибник. Не давая ему времени оправиться и что-либо предпринять, рецц отжал предохранительный ползунок, а затем рычаг на отделение своей капсулы. Планцер все равно уже был потерян!
Тяжелые механизмы, скрипя, начали отстегиваться под содрогнувшимся полом. И в этот момент чудовищной силы удар сотряс люк. С ужасом обернувшийся рецц похолодел. Встреча один на один с тангром могла принести только смерть! Вряд ли даже прямой выстрел га-чейжа остановит Грибника…
Что-то начало происходить с руками. Ди-Ггарц с удивлением увидел что они сами, без его воли, тянутся назад к рычагам управления, собираясь тормознуть процесс отделения…
Чувствуя как волосы дыбом встают у него на загривке, рецц отпрыгнул в противоположную сторону, моля Кнэ только об одном – чтобы камера отвалилась от планцера до того момента, когда Грибник полностью овладеет его телом!
Отшлифованная полутора сотнями лет на службе, как всегда в опасности, мысль работала особенно четко.
Когда тангр успел вырасти в Грибника?! Ведь только что беспомощно корчился от иголок, загнанных под панцирь, как простой низкий раб? Неужели способности Грибника, связь с плесенью может прогрессировать от боли? В общем-то вполне разумно, раз плесени постоянно приходилось забирать его боль, их связь увеличивалась… Вполне возможно, это послужило дополнительным катализатором… Надо будет описать в рапорте эту новую ситуацию. Грибник в последней фазе метаморфозы способен превращаться при транспортировке…
"В рапорте…" – криво усмехнулся он своим мыслям. – "Скоро будешь в помойной яме…"
Новый удар едва не вышиб люк. Оглушительный рокот крика замолотил воздух, эти тангры так безобразно громко орут! Если бы руки слушались, рецц бы закрыл ими свои уши…
Но, к счастью, было поздно. Чуть вильнув, камера скользнула и оторвалась от планцера. В поле зрения наблюдения было видно, как из планцера в Безбрежность вынесло дымчатый воздух и мелкие предметы. Грибника вытащило следом, когда он еще шевелил своими огромными черными руками и мощными челюстями. Ди-Ггарц с интересом рассматривал этот удивительный экземпляр. Он не собирался его терять – тангра потом обязательно выловят и сохранят для последующего изучения новой метаморфозы. Он еще был в сознании – удивительное дело! Его светящиеся ярко-зеленые глаза впились в капсулу рецца, губы, кажется, что-то еще кричали, замерзая…
Ди-Ггарц вдруг заметил, что и его губы шевелятся.