Пришла официантка. Быстро и молча расставила тарелки, разложила приборы и тут же вышла. Я решилась попробовать то, чего еще не делала, но почему-то была уверена, что справлюсь.
– Можешь вспомнить что-то, чего еще не знают о тебе журналисты. Постарайся вспомнить какое-то событие из детства, например, как можно подробнее. Я хочу, чтобы ты поверил мне, – я тоже перешла на Ты, и совершенно не чувствовала дискомфорта. Как будто мы так общались уже тысячу лет. Виктор усмехнулся и сказал, что готов.
– Лето. Яркое солнце обжигает кожу, – говорила я закрыв глаза.
Его образы были такими яркими, и четкими, что мне казалось, я могу уловить пряный запах трав и влажной тины. Сам Виктор был нескладным, худеньким и слегка лопоухим мальчуганом.
– Кроме тебя там еще пять мальчишек. Всем лет по семь – восемь. Один чуть старше. Он вроде вожака. Вы ругаетесь. Он угрожает тебе, и вся толпа начинает к тебе идти. Ты отступаешь к озеру. Сбрасываешь обувь и забегаешь в воду. Они с криками бегут за тобой. В тебя летит песок. Ты начинаешь плыть. Тут не глубоко, но ты уходишь под воду. Во рту вкус речной воды и травы. Паника! Страх за свою жизнь, но твердое решение не возвращаться на берег. Ты нахлебался воды и начинаешь тонуть.
Виктор сжал мою руку, и я замолчала, подняв на него глаза.
– Меня спас один из тех пацанов, – после небольшой паузы сказал он. – Я тогда еще не умел плавать. Мы потом с ним полжизни дружили. Но как? Как ты это делаешь? Как это возможно?
– Сейчас важно не то, как я это делаю, важно веришь ли ты мне теперь?
– На все сто! Я не понимаю как, но спорить с очевидным было бы глупо. То, что ты мне рассказала про этого полковника… – вернулся он к интересующей меня теме.
– Да, я про то и говорила, – грустно взглянула я на Виктора. – Тут нечем помогать. Ничего доказать невозможно. Никаких улик, доказывающих, что это он, я уверена, нет и быть не может.
– Улик нет. В этом я тоже не сомневаюсь, но можно же что-то придумать. Надо под него копнуть. Может он берет взятки, и мы сможем его подставить. Устроим показательную порку, у нас такое любят, – Виктор действительно предлагал рабочие варианты. – Он сядет. Очень надолго. Пусть и по другой статье, но мы его хотя бы сможем изолировать. А значит не будет новых жертв. Это лучше, чем ничего.
– Да, в этом есть смысл, – повеселела я. – Нужно попробовать. Но как ты собираешься под него копать?
– Это уже мои проблемы, – откликнулся Виктор. – У меня в службе безопасности есть такие специалисты, что достанут любую информацию. Хорошо бы, конечно, взять его с поличным, на том, чем он занимается, как бы отвратительно это не звучало, но это большой риск. Не думаю, что это оправданно. Давай сначала получим информацию, а потом будем решать, что с этой информацией делать.
Пообедав и поговорив с Виктором, я заметно успокоилась. Он настоял, что меня довезут до дома, а в моей машине поедет следом другой водитель.
– Когда мне еще удастся на такой шикарной машине покататься? – пошутила я.
– Когда угодно, – глядя на меня, совершенно серьезно сказал Виктор.
***
– А я говорю, что это очень опасно! – нервно расхаживая туда-сюда возмущался Тит. – Пусть твой Виктор добывает информацию. Вы, возможно, сможете избавиться от этого человека, но не от сущности. У вас появится передышка. У тебя будет время, чтобы лучше подготовится. Может ты сможешь найти союзника. Но сейчас в это дело лезть нельзя. За этой сущностью стоит очень сильный колдун. Не так много существует обрядов, требующих такого рода энергии. Да еще и в таком количестве, что сущность подсаживают к человеку, чтобы эту энергию добывать. Нужно еще помнить о том, что не всякий человек для этого годится. Вот ты, разве смогла бы убить человека? Даже если вдруг тебе начало этого сильно хотеться.