Маркиз осыпал свою невесту множеством знаков внимания. Ее спальню в «Парагоне» украшали пышные букеты цветов. В шкафах скапливались стопки лайковых перчаток, шелковых шарфов и сумочек. Евгения смотрела на все эти сокровища с тяжелым сердцем. Для нее они были лишь напоминанием о ее опрометчивом поступке.
Однако постепенно она начала привыкать к деликатному поведению своего жениха. Он не торопил ее, не требовал большего, чем она была готова дать. Он был идеалом учтивости и терпения. И Евгения понимала, что со временем могла бы стать не только покорной, но также нежной и преданной супругой.
Она с грустью осознавала, что снова должна будет покинуть стены столь любимого ею «Парагона», но вместе с тем перспектива стать хозяйкой одного из богатейших домов Англии тоже казалась ей заманчивой. К концу ноября Евгения окончательно смирилась со своей судьбой, и, может, все сложилось бы довольно удачно, если бы судьба, с нечаянной помощью тети Клорис, не решила жестоко ее испытать.
Маркиз показывал Евгении, миссис Давдейл и тете Клорис свою коллекцию семейных портретов, когда тетушка вдруг сказала, что, к сожалению, никто не писал портрет Евгении.
— Она ведь прекрасная модель, согласитесь, — добавила тетя.
Евгения вспыхнула под влюбленным взглядом маркиза.
— Да, это бесспорно, — согласился он.
Тетя Клорис вдруг всплеснула руками.
— Это будет моим свадебным подарком! Я закажу портрет Евгении, чтобы дополнить вашу коллекцию.
— Отлично! — воскликнул маркиз.
— Я знаю подходящего художника, — добавила старушка с нескрываемым удовольствием.
Кровь отхлынула от лица Евгении. Она испугалась того, что сейчас скажет тетя Клорис.
— Грэгор Бродоски! — произнесла тетушка. — Он очень хорошо написал мой портрет. Я, правда, еще не видела его в законченном виде, но с самого начала было понятно, что он правильно уловил во мне самое главное...
Евгения вцепилась в спинку стула. Голос тетки доносился откуда-то издалека.
— Я не хочу никакого портрета, — услышала она свой собственный слабый голос.
— Глупости! — отмахнулась от нее тетка. — К чему эта ложная скромность! В любом случае тебя это не касается, дитя мое. Это касается только меня и маркиза. Я напишу мистеру Бродоски и попрошу его приехать к нам в Бакбери. Если, конечно, — старушка быстро повернулась к маркизу, — вы, милорд, не против?
Маркиз колебался. Его беспокоило замечание Евгении и ее внезапная бледность.
— Хорошо, пригласите его сюда, — сказал он. — Я хочу, чтобы он немедленно приступил к работе над портретом.
Евгения почувствовала, что ее контролю над собой, обретенному с таким трудом, угрожает опасность.
Этот случайно брошенный камень нарушил спокойную гладь ее чувств, по которой, как по воде, разошлись широкие круги.
Грэгор ответил, что с удовольствием приедет в Бакбери и, к огромному удивлению Евгении — он ведь так долго молчал, — передал ей через Бриджит письмо более интимного характера.
«Мое сокровище, мое золотко, я приеду к вам, я буду весь день смотреть на вас, писать вас и... Ха!— воспользуюсь всем, что будет позволено любящему вас Грэгору».
Бриджит с усмешкой смотрела на Евгению, пока та читала письмо.
— Ну, мисс?
— Он пишет, что... будет рад снова видеть меня, — сказала Евгения.
— Конечно будет, мисс. И вы будете рады его видеть. Вы поймете, что совершили ошибку!
— Ты... ты глупая! — ответила Евгения, рассердившись прежде всего на себя за то, что прочла это письмо. Она должна была порвать его на глазах у Бриджит. — Как может быть ошибкой брак с маркизом, который любит меня и обеспечит благополучное будущее?
— И все же это ошибка, — пожала плечами Бриджит, — если в вашем воображении вас целует совсем другой, мисс.
— Ой, уйди, Бриджит. Мне нет дела до Грэгора Бродоски. Я счастлива, что мы с маркизом обручены.
Бриджит с самодовольной ухмылкой закрыла за собой дверь. Евгения подождала несколько секунд и, удостоверившись, что служанка не вернется, сложила письмо Грэгора и сунула в ридикюль. Теперь ей приходилось скрывать от маркиза уже две преступные тайны, но она непременно уничтожит оба письма перед свадьбой. При мысли о свадьбе девушка нахмурилась. Она поднялась и принялась вышагивать по комнате.
Может, во всем этом есть какой-то скрытый смысл? Может, ее обязательства перед маркизом должны пройти проверку, как в огне, на силу и прочность? Да, так оно и есть!