А еще у Филиуса всегда отличное вино или чай.
Когда же мы наконец сможем встретиться в дуэльном зале, Северус, а? – улыбаясь, спрашивает он, усадив меня в низкое, но удобное кресло и выставив на столик между нами серебряный чайный набор. – Мне чрезвычайно не хватает наших маленьких драк.
«Чрезвычайно» - при том, что Филиусу не чужда восторженность, он все же не наивный юноша и употребляет это слово крайне редко. Значит, действительно скучал.
Мне тоже этого не хватает. А еще я хотел бы научиться драться стихия на стихию. Это было бы интересно. Ведь вода преобразуется в пар и таким образом становится взаимопроникающей к воздуху. В то же время я рад, что мне не придется просить его участвовать в ритуале. Воздух должен быть из него исключен. Возможно, я расскажу ему про свою стихию, когда все это закончится. А возможно, не расскажу никогда.
На его вопрос я не отвечаю, придумывая, как начать разговор. Но он, видимо, испугавшись своей неловкости, продолжает сам:
Прости, Северус, я знаю, что о здоровье говорить не принято, но я действительно очень, очень огорчен.
Оставим это, Филиус. – Я перехожу к сути: – Меня беспокоит состояние охранных заклинаний в Хогвартсе. Да, беспокоит, - подчеркиваю в надежде донести до него всю серьезность положения. Филиус знает, что я никогда не говорю о чувствах.
Интересно, действуют ли чары ота на полукровок-гоблинов?
И ты говоришь об этом со мной, а не с Альбусом, - слова, произнесенные полузадумчиво, полурассеянно, бьют наотмашь. Но Филиус тут же продолжает, и меня отпускает: - Ты тоже считаешь, что мер безопасности, предпринятых Альбусом, недостаточно? Уже два проникновения в замок, дементоры почти на школьном дворе… Мы должны с этим что-то сделать, Северус, пока не стало поздно. Возможно, Альбус хочет заманить его в ловушку, но кто знает, не сорвется ли она и не пострадают ли при этом дети?
Он думает, что это Блэк!!! Да я действительно везучий…
Филиус, мне… - делаю паузу, будто бы раздумывая, хотя сердце уже сорвалось с места, словно оборотень, учуявший добычу. Филиус слушает внимательно, терпеливо, ничуть не понуждая – в своей, всегда подкупавшей меня, манере. – Мне удалось узнать, что стихийная магия Блэка – воздух. Можем ли мы создать в Хогвартсе такие охранные чары, чтобы они не трогали тебя и при этом не пропускали никого со стихией воздуха?
Он кивает, расплываясь в улыбке, и затем серьезнеет и сосредотачивается на размышлениях. Минут десять слышно только потрескивание огня в камине. Чай пахнет одуряющее вкусно и, ручаюсь, в нем нет никакого змеиного вереска.
Потом Филиус заговаривает:
В принципе это возможно, и возможно вплести в преграждающие чары сигнальные. Но их не сможет расплести никто, кроме меня. Даже ты их не сможешь расплести. И не сможешь брать из них силу. И мы должны учесть, что в Хогвартсе могут находиться дети, которые проявляют стихию и о которых мы не знаем.
Возрастной барьер?
Его лицо снова озаряет улыбка:
Ты прав, Северус. Приятно иметь дело с таким умным собеседником. Ты прав. Подобная охранная магия вполне может быть настроена так, чтобы различить ребенка и взрослого. Я оплету основные входы.
И выходы из всех комнат, в которых есть камины, включая директорский кабинет.
Филиус смотрит на меня пристально:
Альбус снимет нам за это голову, Северус.
Да. Я рад, что ты понимаешь меня.
На этот раз Филиус думает даже дольше. Я утыкаюсь взглядом в чашку, точнее, в чаинки на ее дне. Можно уже начинать превращаться в Трелони и гадать. Шантажировать Филиуса – давайте будем называть вещи своими именами – мне нечем. Да он бы и вряд ли поддался, это не втягивающий голову в плечи при малейших признаках опасности Люпин. Кроме того, исходя из того, что Филиус знает о количестве и качестве известных мне заклинаний, ему в пору шантажировать меня. И да, да, я не единожды не сдерживался в своем хвастовстве.
Формально у него, конечно, не будет повода даже высказать нам замечания, - наконец тоненько вздыхает он. – Но неформально…
Неформально это означает противостояние. И хотя Альбус с Филиусом никогда не были близкими друзьями, но в лояльности Филиуса Альбусу сомневаться не приходилось никогда. Неожиданно я чувствую вину. Конечно, Альбус и так всю жизнь один, он всегда один, но сейчас моя задача – сделать так, чтобы в Хогвартсе никого не было на его стороне.
Филиус взглядывает на меня почти с испугом.
Мы ведь друзья, Северус? – спрашивает он.
Ну разумеется, - мне не хочется даже думать, к чему он клонит. Сердце замирает в ожидании отповеди или просто отказа. О том, друзья ли мы и вообще, что такое дружба, можно поразмыслить потом.
Есть ли что-нибудь, чего я еще не знаю о… об этой ситуации и что знаешь ты?
Нет.
Слово выходит совершенное естественно, да и паузу я выдерживаю как надо. При этом нет никаких сомнений, что он мне не верит. Филиус далеко не дурак. Кроме огромных знаний и дуэльного опыта, в его копилке немало лет жизни, посвященных наблюдениям за студентами. Конечно, он предпочитает ни во что не влезать, и многие, возможно, обманываясь малым ростом, списывают это на трусость, но они просто не видели Филиуса в бою. И, разумеется, его отличает от сородичей-гоблинов редкостное терпение.
Мне вдруг становится по-настоящему страшно. Как мне уберечь Поттера в эти недели до ритуала? Похитить? Заключить в непроницаемый кокон, к которому не сможет подступиться ни один эксперт? Заменить на играющего его роль под обороткой Ричарда? Потом мне приходит в голову другое. Это унизительно, и все же я это заслужил.
– Могу поклясться нерушимой клятвой, что действую на благо учеников.
Филиус улыбается:
Все в порядке, Северус. Альбус собирается отсутствовать до середины недели, я сделаю это в ближайшие два дня.
Когда я оказываюсь в своем кабинете, обнаруживаю, что пропотел насквозь.
Около десяти вечера в камине появляется голова Минервы.
Могу я войти, Северус? – спрашивает она.
Я отступаю, пожимая плечами. Единственное, чего я хочу сейчас, - чтобы меня оставили в покое. Слишком много событий для одного дня, и я пью чай из трав, чтобы подтвердить себе, что хоть что-то осталось прежним.
Минерва проходит по комнате до двери и обратно.
Северус, прости меня, - наконец говорит она, останавливаясь у камина и по-прежнему стараясь не встречаться со мной взглядом.
Ты выполняла свой долг, - деревянным голосом сообщаю я.
Дело не в долге, Северус. Я знаю, что становлюсь непростительно подозрительной, когда речь идет о твоем факультете…
Включая меня.
Включая тебя.
Минерва садится наконец в кресло, сердито дергая завязки зеленой мантии у самой шеи, так, как будто собирается себя задушить, но не знает, с какой стороны начать.
Рональд Уизли прибежал ко мне, крича, что ты увел Гарри. И что ты имеешь к нему… этот ужасный интерес. Мисс Грейнджер пыталась увести его, но первое, о чем я подумала… Первое, о чем я подумала… Все эти слухи о твоей ориентации, и…
Брось. Что еще ты могла подумать? Что еще можно ожидать от учителя-извращенца, который не сюсюкает с детьми? Именно это и могла.
Это-то как раз не удивительно. Удивительно, что она пришла сейчас. Интересно, кто ей сказал про мою ориентацию? Альбус?
Она опускает взгляд: