А, впрочем, накануне ничто не помешало ему войти без стука.
Если он в самом деле вознамерится прикоснуться ко мне снова…
От одномоментно подступившего отчаяния мне захотелось что-нибудь разбить.
Конечно же, я могла бы попросить его остановиться. Могла бы запереться изнутри. Или расцарапать ему лицо во славу Пречистой Богини, но мы оба еще до того знали бы, что все это ложь. Он в самом деле смел требовать, а я обязана была ему подчиняться. Заведомо собираясь пойти на любые его условия, устраивать безобразную и пошлую сцену было бы глупо.
Поэтому, если он придет…
Ночной воздух был теплым, но меня все равно пробрал мороз.
Когда он придет…
Где-то над озером прокричала диковинная ночная птица, а потом раздался смех. Небольшая компания парней и девушек гуляла по саду – люди графа могли позволить себе веселиться, не оглядываясь на надуманную мораль или его излишнюю строгость.
Отстраненно наблюдая за ними издалека и не видя лиц, я невольно задумалась о том, лишится ли кто-то из этих девиц девственности сегодня? Даже если с каждой из них это уже произошло, судя по всему, это было волнительно, но радостно. С теми, кто был им, как минимум, приятен.
Моя же первая близость, которую мне даже не хотелось так называть, оказалась совсем иной.
Долг старшей княжны. И никаких слабостей.
Медленно и глубоко вздохнув, я вернулась в комнату, чтобы ненароком не смутить резвящихся в саду людей, и бросила взгляд на часы.
Давно перевалило за полночь.
Калеб Вэйн так и не пришел.
Глава 6
Разбудила меня Эльвира.
– Княжна, если ваши планы не поменялись, сопровождающий будет ждать вас во дворе через час.
Судя по свету и возмутительно радостному щебету птиц, стояло совсем раннее утро – лучшее время для прогулки по лесу.
К тому моменту, когда я оделась, завтрак уже был подан в гостиную – лёгкий, вкусный, дополненный неизвестным мне лакомством с цветочным ароматом.
Всё снова выглядело так, словно все и вся в замке Зейн только и думали о том, как мне угодить, и я приказала себе успокоиться. Неизвестному солдату, приставленному меня охранять, ни к чему было вникать в такие тонкости, а продолжать злиться на Вэйна…
Не желая развивать эту мысль и слишком углубляться в неё, я спешно спустилась во двор, и сразу же задержалась взглядом на высоком, светловолосом человеке. Он был одет на военный манер просто, но не носил ни сабли, ни знаков воинского отличия. В чертах его лица и манере держаться угадывалось что-то настолько валесское, что я даже сбавила шаг, чтобы рассмотреть получше и попытаться вспомнить, доводилось ли мне видеть его прежде.
Если это был один из солдат Рамона, перешедший на сторону Артгейта…
Мужчина первым шагнул мне навстречу и опустился на одно колено, приветствуя на валесский же манер:
– Рад встретить вас, княжна! Меня зовут Эдмон. Я маг, служащий графу Вэйну. Мне поручено сопровождать вас.
– Встаньте, – я попросила коротко, точно так же отдавая дань традициям родных земель. – Вы родом из Валесса, Эдмон?
Выпрямившись, он коротко и тепло улыбнулся мне:
– Да, княжна. Граф счёл, что вам будет спокойнее с человеком, близким по крови.
Я кивнула и жестом пригласила его проследовать к воротам.
– До определённой степени это так. Поэтому я первым делом попрошу вас забыть о валесском церемониале. Вы, я полагаю, превосходно осведомлены о моём положении здесь, – краем глаза я отметила, что Эдмон вежливо кивнул. – Мне бы не хотелось лишний раз подчёркивать его.
– Но называть вас княжной вы всё же позволите?
Он едва заметно улыбался, и я невольно улыбнулась в ответ, хотя и по-прежнему не глядя на него.
Вести себя в привычной манере, чувствовать себя старшей княжной, а не заложницей – это могло бы стать настоящей отдушиной. Второй генерал Артгейта дарил мне её так щедро и настолько походя, что я при всём желании не смогла бы такой дар принять.
Самообман – вот в чём заключалась самая большая и непростительная из возможных слабостей. Прятаться за неё я не могла, да и, если быть с собой честной, не хотела.
Дежурившие у ворот солдаты поклонились мне и поприветствовали Эдмона как доброго знакомого.
«Какая она красавица!», – восхищённый шёпот донёсся до моего слуха, когда мы уже вышли за стену, и я сама не поняла, что испытала в первую очередь.
Именно об этом предупреждал меня Вэйн – хочу я того или нет, моя внешность неминуемо производила на южан впечатление.
Стоило ли мне, как и всякой женщине, чувствовать себя польщённой их восторгом?
Или же, напротив, сделать выводы и в самом деле покидать отведённые мне комнаты как можно реже?