– Уважаемые Верховные…
– Ну что опять!
– В моих планах совсем не было вас отвлекать от важнейшей работы, ведь то, что вы делаете…
– Ближе к делу, Рими, – Покровительница не сдержалась и насмешливо фыркнула, услышав имя заносчивого парня.
– Да, Верховный Маг Ингарион. Девушка, – он толкнул Покровительницу вперёд, – её привели легионеры. Нашли на окраине со стороны Обломков. Г-голую. Вот.
– Не совсем понимаю, к чему ты ведёшь.
– Утверждает, что помощница Моклифта.
Моклифт отошёл от Магов и приблизился к девушке. Она была небольшого роста в сравнении с Магом, она не боялась, не смущалась, смотрела нагло. Моклифту показалось на мгновение, что это он прикрывается белой мантией, пытаясь скрыть наготу, а не наоборот. Она смотрела насквозь, ярко-голубые глаза проникали прямо в душу.
– Гаодфрей. Гаодфрей! Гаодфрей, твою мать, да забудь ты про этого Рагеллина, – резко развернулся на каблуках Моклифт. Всё внимание теперь было приковано к нему. Он схватил девушку под локоть и потащил с собой к Магам, которые всё ещё стояли у длинного обеденного стола.
– Рими, спасибо. Можешь идти, – выглянул из-за плеча Моклифта Ингарион.
Покровительница еле успевала перебирать ногами, Моклифт буквально поднял её в воздух и тянул за собой. Она оказалась напротив Магов.
– Смотрите. Ну, – Моклифт убрал тёмные локоны с лица Покровительницы и толкнул её ещё ближе к Гаодфрею. – Узнаёшь? Ты её узнаёшь?
У Гаодфрея затряслись все его подбородки от ярости.
– Охрана! На выход! – легионеры немного потупили на месте, но проверять гнев Верховного на себе не хотели. Ещё свежо было воспоминание о том, как он спалил целый отряд в синем пламени. И, гремя сапогами, они направились к выходу, закрывая за собой громоздкие дубовые двери.
– Невероятно, – пробормотал Брамарион и легонько притронулся к Покровительнице, словно проверяя, не испариться ли она. – Это она? Гаодфрей, это ведь она?
– О, да, – мерзко улыбнулся Маг, – это она. Стоит тут, словно ничего и не было. Словно всё вчера произошло. Надо же, не постарела, – он обошёл Покровительницу, чтобы рассмотреть со всех сторон.
– Вы, видимо, те самые, оставшиеся, да? Мы ведь вряд ли успели познакомиться, – усмехнулась Покровительница
– Портретов и летописей хватило, чтобы понять, что ты такое, – отмахнулся Ингарион.
– Я надеюсь, артефакт у вас?
– Что? Ты ещё смеешь говорить с нами про эту хрень? Думаешь, нам есть дело?
– Моклифт, да? Я так, уточнить. Пять минут в Мире, а уже наслышана о тебе. В кого вы превратились.
– Что я слышу. В кого вы превратились, – передразнил её Гаодфрей, – нет у нас артефакта и нет, мы даже не искали его, – опередил Маг только Покровительница хотела открыть рот, – нехрен нам делать.
– То есть судьба людей…
– Не наша проблема, – кивнул Брамарион.
– Ха. Ваши легионеры – люди, вся ваша прислуга – люди, все, кто работает, чтобы ваши достопочтенные задницы… а-а-а, не перебивай меня. Так вот, все, кто крутится вокруг вас и приносит вам одежду, готовит жратву – люди. Армия, земледелие, да любая рабочая сила.
– Справимся, – коротко бросил Моклифт.
– Ясно. Вы ведь в курсе, что меня так просто не убить?
– Милая, – гаденько улыбнулся Ингарион и изящным движением поправил очки, – мы и не думаем тебя убивать. Нет, нет, нет. – Маги одобрительно загалдели. – Думаю, на правах Главы Храма Покровителя, (девушка усмехнулась), могу уверенно отправить тебя вниз, в темницу. И ты просидишь там до конца своей смертной жизни. Будешь гнить и разлагаться, как ненужный мусор.
Гаодфрей жёстко кивнул, начертил в воздухе т-образную руну, и дверь в Зал со скрипом открылась. В помещение сразу попадали легионеры.
– Вниз её. И ради Покровит… – осёкся Гаодфрей, – ради своих же жизней, на дверях защитная руна от подслушивания, идиоты. И дайте ей, наконец, одежду! Охранять ежесекундно, на посту не спать, не разговаривать с ней, не прикасаться, кормить один раз похлёбкой. Бросьте в дальнюю, самую холодную, где клопов побольше.
Тут же два легионера взяли её под руки и вывели из Главного Зала. Её начинали раздражать эти бесцельные прогулки по замку, взгляд её был скучающий, всё вокруг было суетливым и активным, но словно где-то далеко от её понимания.