За ужином Кай старался не привлекать к себе внимание. Однако отчим Германа был настроен испортить приём пищи.
– А чего у этого уродца такая же порция, что и у нас с Каем? – нарушил он молчание.
– Ганн, не сейчас, пожалуйста.
– Нет уж, я хочу знать, почему пацан, который ползает хрен знает где, и я, который горбатится, убирая отходы от токсичных настоек этих Магов, едят столько же, сколько и этот, — он указал ложкой на Германа, который уставился в свою тарелку с жиденьким супом, — на меня смотри, когда я с тобой разговариваю!
– Ганн! Это уже слишком. Герман, иди доешь у себя.
– Не надо Вельда. Пусть сидит с семьёй, которая тратит своё здоровье, чтобы накормить его. Хотя проще было бы кинуть его на растерзание легионерам. Отправился бы за решетку, как и вся твоя порода.
Герман абсолютно никак не реагировал. Он привык, что раз в месяц у Ганна выдаётся дерьмовейший день на работе, и он срывается на нём. Особенно, когда понимает, что часть его зарплаты пойдёт не на его нужды, а на пропитание неработающего родственничка. Кай же старался не вмешиваться. Лишь пытался не сёрбать громко, чтобы не привлекать к себе внимание. А Вельда предпринимала попытки успокоить мужа, зная, что его вспышки гнева всё равно ничем не заканчиваются, и он успокоится, когда подкрепиться, и когда перед глазами не будет маячить её полукровный сын.
– Вот Кай хотя бы, — парень вздрогнул на упоминание своего имени. Он очень не хотел быть втянут не в свой конфликт, – он даже не наш сын. Вельда, ты правильно сделала, что забрала его, но он ведь не сидит у нас на шее, работает, где может, приносит в семью золотой порошок. Опасное это дело – по Обломкам ползать, да в Торговом артефакты толкать, но разве он ноет? Разве позволяет себе сидеть дома и ничерта не делать? Да ты, выродок, матери даже по дому не помогаешь, да какой от тебя толк! Мы еле концы с концами сводим.
– Ганн! Скоро закончится срок моего наказания, и я вернусь на работу.
– Убирать заводские помещения? Работать с токсичными настойками? Когда в доме есть здоровый парень, который мог бы заработать больше.
– Но он не может и не виноват в этом.
– А Кай может.
– Да ваш Кай, чтобы вы знали, – подскочил Герман из-за стола так резко, что суп выплеснулся из тарелки, – прячет у себя артефакты и не все относит их на продажу!
Кай злобно покосился на Германа. Ещё друг называется! Но ничего не сказал, а лишь молча смотрел в тарелку. Аппетита как не бывало.
– Это правда? – спросил Ганн.
– Всего пару раз. Мне было интересно. Я не знаю, что сказать. Я хотел учиться.
Ганн сочувствующе посмотрел на парня и тут же запустил ложкой в Германа, который даже не пытался увернуться.
– А ты, шакалище. Готов заложить любого, лишь бы свою задницу прикрыть. Уверен, твой отец был таким же. Диморфы – самые подлые создания, и ты унаследовал их самые мерзкие качества.
Герман вышел из-за стола, со всей силы пнул табуретку и отправился наверх. А остальные остаток трапезы провели в тишине, словно ничего и не произошло.
Послевоенный Пакт Пакспонтиона
Послевоенный Пакт Пакспонтиона (ППП, полуостров людей)
Настоящий Пакт принят и утверждён собранным Советом Пакспонтиона и является неотъемлемым документом, обеспечивающим мирное сосуществование полуострова людей и полуострова диморфов на сопряжённой территории Пакспонтиона.
Указанный свод правил обязует две стороны сотрудничать, а также выносить приговоры согласно каждому пункту.
Совет Пакспонтиона установил:
-
Никто с обеих сторон не имеет право пересекать магический мост, отгораживающий оба полуострова. Пересечение моста либо другие способы переправы на противоположную сторону наказываются согласно законам полуострова, в который проник нарушитель. Мост используется ТОЛЬКО как место сбора Совета Пакспонтиона.
-
Полуостров людей и полуостров диморфов согласны (в особо тяжёлых случаях) проводить суды совместно, прежде чем отправлять нарушителей в Белигард.
-
Вышеупомянутый Белигард является нейтральной территорией. Отбывать наказание там могут как люди и маги, так и диморфы. Право работать там так же имею все жители Пакспонтиона, прошедшие необходимую подготовку.
-
Полуостров людей и полуостров диморфов могут иметь взаимовыгодные торговые отношения, основанные на примитивных обменах сырьём и знаниями (решается индивидуально).