– Ничего я не промывала, – она надела на руку красную бархатную перчатку. – Он был жалок. Я дала ему стимул жить.
– Жажда мести – плохая мотивация. И ты это знаешь. А жизнь Кая могла сложиться по-другому…
– Ой, да брось. Не играй в святошу. Он стал интереснее, решительнее. Мне он таким нравится больше, – пожала плечами ведьма в красном. – И, если бы не я, вы бы с ним и не познакомились.
– Это не имеет значения, – отвела глаза Покровительница.
– Разве? – снисходительно улыбнулась сестра и тут же стала серьёзней, – найди Германа и исправь линию Судьбы, ты знаешь как. Он мне мешает.
– Повторюсь, тебе мешает – ты и исправляй.
– Если я исправлю по-своему, то тебе очень не понравится.
Подарив злобный взгляд Покровительнице, белоглазая превратилась в красную дымку и растворилась в темноте леса.
Герман очнулся с ужасной головной болью. Попытался встать и не смог. Он оказался в клетке, в которой он мог только сидеть, поджав ноги. Он знал что это: специальные одиночки для опасных полукровок и диморфов. Это означало, что он в Квартале Легионеров. Единственное для чего могут обезвредить клеймо на шее – это, чтобы привезти в этот перевалочный пункт перед дорогой в Белигард. Он убил человека, пусть и не самого хорошего, но теперь он жалкий выродок, который отнял человеческую жизнь. Ему грозит пожизненный срок с искусственным продлением жизни. То, чего он боялся с самого детства, произошло. Он знал, что всегда будет в зоне риска и что может оказаться в Белигарде, но не думал, что его родная мать этому поспособствует. И это причиняло бо՛льшую боль, чем удары легионеров.
На клетке не было замков или дверей, а вокруг неё на полу были защитные руны, не дающие её открыть изнутри. Недалеко сидели три легионера и скучающе обедали, на Германа они не обращали никакого внимания. В здании была одна единственная комната с несколькими клетками и скамьями для тех, кто их охраняет. Вместо окон были просто дыры в стене, но находились они высоковато, поэтому свет проникал в комнату плохо. Но даже при таком плохом освещении Герман увидел в дальнем углу знакомый сверток. Клинок был здесь. Легионеры вряд ли знают что это, иначе уже потащили бы Орудие к Верховным, а они мирно сидели и, громко чавкая, ели.
Раздался звон колокола, такого же, каким воспользовалась Вельда. Для Германа теперь это было как ножом по сердцу. Легионеры начали громко возмущаться.
– Ну только присели! Ну что вы не успокоитесь. Идите проверьте.
– А чего мы?
– Я останусь с полукровкой.
– Да куда он денется-то?
– Кто знает эту живность, и на что они способны.
– Да брось, вы его одним ударом вырубили.
Пока легионеры спорили, звон колокола становился всё навязчивее. И к нему присоединился ещё один с другой стороны улицы, и ещё один. И вскоре их были десятки и они не спешили замолкать. Легионеры побросали свои похлёбки и выбежали, громко ругаясь.
– Эй! Стойте! – закричал Герман, – что случилось?
Но легионеры уже и забыли о его существовании. Стоило им выбежать, как внутрь проскочила невысокая хрупкая фигура.
– Ро! – Девушка в руках держала бутылку с синим пламенем, она выглядела немного растерянной, – это ты устроила?
– Только первые два, – она открутила крышку и наклонила бутылку, – осторожней.
Синее пламя разлилось по полу, сжигая защитные руны, в следующее мгновение прутья клетки стали полупрозрачными и Герман просочился через них, словно их и не было. Когда он оказался за границей рун, Ро приложила горлышко бутылки и пламя зателко обратно. Парень попытался заключить в объятия свою спасительницу, но Ро сделала шаг назад.
– Я знаю что ты сделал. И я здесь только потому, что верю – ты можешь исправиться. Но я не буду тебе в этом помогать.
Со стороны улицы начали разноситься крики, лязганье оружие и невообразимый грохот. Землю качнуло, словно что-то врезалось в соседнее здание, они зашатались и чуть не упали. Герман выскочил на улицу. Диморфы уже были на Полуострове. Со стороны Внешнего Города разносились крики и звуки битвы. Огненные шары, заколдованные магами-некромантами, летели в сторону города и сметали целые здания, такой же врезался в соседнее, проделав огромный кратер в земле, раскаляя её. Царил хаос.
– Началось, – пробормотал Герман. Ро выглядела напуганной.
Легионеры подло сбегали в сторону Внутреннего Города. В них летели горящие стрелы, а настигнув свою жертву огонь разгорался с новой силой и горел, пока человек не испускал последний вздох от шока и мучений. Выполнив свою работу, огонь потухал, оставляя запах палёной плоти распространяться по улицам Квартала. Основное действие развернулось у Обломков и двигалось по Жилому. На помощь никто не спешил и граждане своими силами отбивались от воинов-диморфов. Некоторые продолжали звонить в тревожные колокола, в надежде, что легионеры придут на помощь. У Ро на глазах выступили слёзы, Герман приобнял её и уже хотел завести обратно в здание, как вдруг оно пошатнулось от очередного прилетевшего валуна и подняло столб пыли за собой. Герман упал и потерял Ро из виду, пыль попала в глаза и он не мог сориентироваться. От жжения потекли слёзы, он вдохнул и закашлялся, одежду покрыл серый налёт. Видимость была плохая, но он отчаянно пытался рассмотреть очертания темноволосой девушки.