– Ой, смотри твой парень любуется вспышками в небе!
– Он не мой парень, – прошипела рыжеволосая девушка.
До Кая донеслись нотки злости, которые поколебали этот всегда нежный женский голосок. Он помахал друзьям, среди которых почему-то был Далан. Далан был братом одного из друзей Кая – Тейгена. Но никто и не подумывал звать его в компанию. В том числе и Тейген. Ведь его брат был взрослый мужчина, даже несмотря на свою легкомысленность и особый творческий взгляд на некоторые вещи.
– Ну, что у тебя? – обратился Герман к Каю, который уже спешил обмениваться милыми улыбками с рыжей девушкой. – Эй, голубки. Мы ещё здесь. Ты куда собрался? Я думал, ты продашь ту штуковину и будешь с нами всю ночь.
– Если бы, – тяжело вздохнул Кай, — Жирдяй охренел. Придётся вернуться на поиски, или твои родители меня убьют.
– Мама. Этот мудак мне не отец.
– Эй, юнец. Не выражайся, — решил поучить Германа Далан. Тот лишь нахмурился. Видно было, что его раздражало присутствие брата Тейгена. Сам же Тейген находился в вечном состоянии молчаливой медитации и никак не реагировал.
– То есть ты не побудешь с нами? – с надеждой спросила рыжая.
– Прости, Мавина, но я думаю, что смогу вернуться к пятому салюту. Что скажете?
Все утвердительно закивали и забормотали одобрительные фразочки. Одна Мавина загрустила, наблюдая как Кай поправляет лямки рюкзака.
– Молодец, парень. И поработать, и повеселиться успеваешь. Прям как я в молодые годы, правда, пока война не случилась. Там-то уже было не до веселья. Там я думал о…
– Тогда на пятом салюте встречаемся здесь же, да? – перебил Далана Герман, за что все были ему благодарны. Далан не сразу понял, что произошло и продолжал вещать на весь переулок какую-то очередную небылицу. Все снова закивали и начали расходиться в гущу веселья. А Мавина подошла к Каю и почти невесомо чмокнула его в щеку.
– Удачи и возвращайся скорее.
Кай заулыбался одной из своих глуповатых мальчишеских улыбок и, неловко спотыкаясь, убежал прочь от праздника и девушки, которую он окрестил любовью всей своей жизни.
Кай ошибся, когда думал, что найдёт вход в пещеру так же легко, как в тот раз. Да и тогда он свалился случайно, а когда вылазил, было уже темно. И вот сейчас он освещал себе дорогу по развалинам и не мог найти ни одного из тех ориентиров, которые запомнил на выходе. Он бродил час и не возвращался домой только из-за нежелания быть высмеянным Германом или, что ещё хуже, отруганным за неспособность принести хоть какие-то плюсы своей новой семье. Ему казалось, что он ходит кругами. Он пнул доску, лежащую прямо под ним, и она, скрипнув, отъехала, показывая вход в темноту. Кай наклонился, направил светляка в дыру и понял, что это оно. Он отодвинул деревянную панель, которую словно специально положили, чтобы закрыть вход, и спустился по отвесному склону вглубь. Удара копчиком он снова не сумел избежать, радовало лишь то, что он оказался не таким сильным, как в прошлый. Отряхнувшись, Кай чуть ли не бежал, уже лучше ориентируясь, и с ловкостью бывалого человека уворачивался от сталактитов и перепрыгивал горы камней. Он не задерживался на уже пройденном в тот раз пути и решил продвинуться дальше вглубь. Скорая встреча с друзьями подстёгивала его энтузиазм и усиливала желание быстрее разобраться со всеми этими поисками.
Он довольно быстро добрался до уже знакомого входа и в этот раз, как полагается, спустился по рукотворным ступенькам. Ноги соскальзывали с влажной земли, он упирался чем можно: ладонями, локтями и даже головой. Наконец, преодолев этот спуск, Кай отдышался, вытер руки о собственную куртку и направил свет дальше по коридору. Он хорошо помнил выбоину в стене: из неё торчала рукоять, которую он забрал в прошлый раз. От выбоины отходила развилка. Сферу он тогда нашёл, пойдя по левой дороге, которая в итоге и завела его в тупик, поэтому он абсолютно логично выбрал тоннель справа.
В очередной раз, подгоняемый любопытством и скорой встречей с девушкой, которую он хотел поразить какой-нибудь своей находкой, он ступил в темноту, освещённую лишь тонкой дорожкой от светляка. Кай шёл медленно, ощупывал стены, внимательно смотрел под ноги. И шёл долго. В какой-то момент ему показалось, что он слышит журчание воды, но он старался не придавать значения этим наваждениям и идти дальше, исследуя каждый кусок нескончаемого тоннеля. На мгновение Кай задумался, где мог бы заканчиваться этот подземный ход, и ему стало нехорошо от собственных мыслей. Но он тут же улыбнулся, представив, как он вылезает из подпола в доме какой-нибудь девушки, желательно во время водных процедур. Вот визгу-то будет!