Терок так и не сказал ничего Велке, хотя та и спрашивала, как он себя чувствует – заподозрила все таки. Сам Терок не знал, куда себя деть пару дней. После все же радости что он испытал у алтаря, когда Дарте не пришел, Терок вновь начал думать Неудача как-то подстегнула его. Уже и не так страшно было увидеть Дарте, и даже мысли о том, как он будет спасать себя и получать дар – Терок выбрасывал из головы подальше. Почему-то он был уверен, что сможет. Поскольку судьба. А если не судьба…то не судьба. Мальчик и сам не смог бы объяснить, откуда у него такая уверенность и стремление связаться с существом весьма опасным. Однажды Терок даже спросил ведунью
-А тот алтарь, что в лесу, с черепом ворона. Он действительно посвящен Дарте?
-Разумеется, - сказала Велка и внимательно посмотрела на Терока
-А ты хочешь поклониться Дарте? Или что-то попросить?
-Просто поклонится. Уж больно мне он по нраву
Велка хмыкнула
-Может, и стоит представиться, как будущему колдуну. Больше вроде пока просить тебе Дарте не о чем. Разве что задумал сбежать и присоединиться к скоморохам.
-Нет, - серьезно сказал Терок, - по-крайней мере не сейчас.
-И на том ладно, - рассмеялась Велка
Больше они об этом не говорили. Днями у парня всегда было много дел. Но вот ночами, лежа без сна, Терок никак не мог угомонить мысли. Вызвать Дарте стало навязчивой идеей В одну такую ночь он лежал и думал. По сути – что он сделал? Налил молока на алтарь, и все? Во если бы он налил чего другого. Но даже думать об этом Терок не мог. Хотя тут же вспомнился ему рассказ из цикла о Дарте и жрецах нового бога. Эти рассказы были созданы гораздо позже изначальных. Считалось, что божества сами дали людям свободу – во что верить, но Дарте никак угомониться не мог. Часто в обличье человека путешествовал и высмеивал адептов новой веры. Было это как раз тогда , когда новая вера только только пришла на их земли. Рассказы эти были грубы, полны подчас нелицеприятных подробностей и вообще, казалось «созданы» деревенскими мужиками в кабаках после нескольких кувшинов пива али чего покрепче. Но все же смешно было. Хотя и веры к таким рассказам Терок не испытывал. Просто буквально все жрецы нового бога были в них представлены жирными, зажравшимися, тупыми, злыми свиньями, чего Терок никак не мог принять, видя пример Риссокора. А вот жрецы старых богов все как на подбор были чуть ли не духами добра во плоти. Чего Терок не мог принять по причине наличия у него элементарной логики. Но все равно – смешно
Данный, вспомнившейся рассказ, говорил о то,что Дарте однажды в виде уставшего мужчины постучал в дверь избы деревенского жреца нового бога и попросился на ночлег. Типа поздно шел с ярмарки, заплутал, а темень такая, что не сможет дорогу найти. Представился Дарте именем Перст.
Впустил его жрец. Но вот поесть предложил лишь краюху хлеба да воды запить. А Дарте ведь не простой человек, понял, что у жреца в очаге стоит цельный жареный гусь, да пиво в большой баклажке припрятано.
Ничего не сказал, поел, поблагодарил хозяина, да спать улегся. А ночью тихо тихо съел гуся, выпил пиво, да и заполнил казанок с гусем, да баклажку совсем другим грузом. Уже из его организма проистекшим. Да еще и поколдовал, чтобы запах пока крышки не откроют не ощущался. Утром ушел как ни в чем не бывало.
Вспомнил сказку Терок, посмеялся. А потом незаметно для себя уснул, да так крепко.
На следующий день все же пошел к алтарю. Велка снарядила – дала масла, только что испеченного хлеба, меда, что недавно сосед-пасечник принес за то, что собаку его вылечила. Дарте был известным сладкоежкой. Еще мясо любил, но полагалось в таком случае в жертву приносить ему целое животное и большое с особым ритуалом убийства на алтаре. Велка посчитала, что чтобы просто представиться, нет смысла. Да и не может не справиться Терок.
Парень с легкостью нашел алтарь, как и в прошлый раз. Сел, развязал сумку, вынул подношения. И задумался. Конечно, ему бы и в голову не пришло устроить отхожее место на алтаре. Терок положил дары на камень и рядом, а сам сел поодаль Некоторое время сидел, наслаждаясь необычайно здесь тишиной.
А потом вдруг пришло ему в голову озорство. Подойдя к алтарю, Терок отрезал себе ломоть мягкого, еще теплого, хлеба, намазал щедро маслом и медом. Нож он на всякий случай взял с собой из дома. После парень сел рядышком и с огромным удовольствием откусил большой кусок. Обычному человеку может ничего особенного и не увиделось бы в действии, но Терок прекрасно знал, что делает – своим поступком он как бы участвовал в одной трапезе с божеством. На равных, словно за один стол сел. Вопиющая бестактность. Но каким же вкусным показался хлеб! Терок быстро доел бутерброд и облизал пальцы даже.