Надо же было принести эти чертовы обложки в тот момент, когда у редактора как раз находился один из авторов, кому он эти обложки рисовал. Невысокая худощавая девица с сальными волосами устроила настоящую истерику, увидев картинку для своего шедевра. Видите ли, принцесса (богиня? избранная? студентка магической академии? Марк редко вчитывался в техзадания, забывая их сразу после того, как заканчивал с обложкой) не может быть в красном платье. На его удивленно приподнятые брови, девица начала визжать, что в техзадании черным по белому было написано: зеленое. Платье должно быть зеленое! Марк мельком взглянул на распечатку задания и попробовал указать авторше, что в таком случае надо бы сменить локацию, а то принцесса в зеленом платье на фоне зеленого леса несколько теряется, чем чуть не довел творческую личность до обморока.
Редактор, покрасневшая почти так же, как несчастное платье на его рисунке, махала папкой над упавшей на диван авторшей, строила слезливые глаза Марку, умоляя переделать обложку. Девица оказалась популярной, которую с руками оторвут другие издательства, и ему пришлось согласиться, предупредив, что если на фоне леса теперь будут выделяться только руки и лицо принцессы, он не виноват. На самом деле он прекрасно знал, как выделить зеленое платье на зеленом фоне, но делать этого не собирался принципиально. В конце концов, у него куча важных дел и без этой долбанной обложки.
Рита с самого утра отправилась в поликлинику, чтобы пройти необходимый перед работой медосмотр. У Веры Никифоровны вечером была назначена какая-то репетиция в театре, где она занималась самодеятельностью, поэтому за Гретхен она могла присмотреть только до обеда. Марк не переставал удивляться неугомонности этой пожилой женщины, которая все лето проводила на даче, ухаживая за огромным садом, всю зиму – в бесконечных репетициях и встречах с подругами. Хорошо хоть учеников перестала брать, и то это стоило им с Ритой определенных усилий. Он обещал, что вернется домой не позже обеда и возьмет Гретхен на себя, но теперь придется работать над этой дурацкой обложкой, а вечером снова везти ее в издательство. Гретхен ему в этом, конечно, мешать не будет, но ведь придется потерять время, чтобы за ней съездить.
Марк вытащил телефон, чтобы позвонить матери и попросить ее забрать девочку к себе, пока не освободится Рита. На его счастье, Франц и Белль еще не улетели домой, а потому мама пообещала, что уговорит их присмотреть за Гретхен, если вдруг ей понадобится отлучиться по работе.
– Они с Сабиной успели подружиться, – шепотом сообщила она, как будто боялась, что кто-то ее услышит. – Думаю, не будет большой беды, если еще немного поиграют. Я сейчас съезжу за ней, не волнуйся.
По дороге в студию Марк даже успел прикинуть, как быстро и безболезненно переделать эту чертову обложку, затратив минимум усилий, но все же не слив картинку в единое пятно. Как бы ни хотелось отомстить противной авторше, совсем уж запороть работу ему не позволяло самолюбие. Пусть под обложкой не стоит имя Марка Гронского, но он-то будет знать, кто ее делал. Марк часто видел книги со своими обложками, когда Гретхен затаскивала его в книжный магазин.
Выйдя из такси, он направился к своей парадной, все еще перебирая в уме разные варианты, а потому не сразу увидел, как открылась дверь большого серебристого джипа, заехавшего одним колесом на поребрик, и из него вышел мужчина в дорогом пальто и с короткой стрижкой. Марк очнулся только тогда, когда мужчина окликнул его:
– Господин Гронский?
Марк остановился, с удивлением уставившись на мужчину. Ему было чуть больше сорока, и выглядел он внушительно, но совершенно незнакомо. К такому обращению Марк тоже не привык.
– Допустим.
Мужчина сделал приглашающий жест в сторону автомобиля.
– Проедемте со мной.
– Спасибо, я занят.
Он сделал шаг к парадной, но мужчина положил руку ему на плечо, останавливая. Хорошо хоть трость не выбил, пожалел инвалида. Следующие его слова останавливали гораздо лучше крепкой руки.
– Валерия Павловна вас ждет.
– Лера? – выдохнул Марк, а потом с удивлением осмотрел большую тонированную машину и внушительного водителя в дорогом пальто.
Все это казалось довольно странным. Марк, конечно, предполагал, что если Лера на самом деле жива, то с помощью своих способностей она сможет устроиться, но чтобы так? С дорогой машиной и личным водителем? Интересно, она случаем не депутат парламента, прикрывающийся внешностью кого-нибудь другого?