Аури усмехнулась собственным мыслям. И как у нее получалось одновременно верить Билли и ждать, что он предаст ее?
— Он искренне верит, что сдержит слово, и, похоже, действительно не хочет убивать меня. Но кто знает, как изменится его мнение, если он будет видеть, а я позволю ему уйти с острова.
Страх опутывал мысли, как сети опутывают попавшуюся в них рыбешку, но она гнала его прочь. Она решила верить Билли, значит, надо идти до конца.
Она вернулась к нему на рассвете. Он спал в той же позе, в которой был, когда она его оставила. Поддавшись порыву, Аури осторожно сняла сумку с лекарством и спрятала между камней. Чуть ближе она спрятала кинжал, который взяла на всякий случай. Она присела на землю рядом с Билли и снова внимательно посмотрела на его лицо. Оно выглядело очень красивым и безмятежным, особенно в лучах рассвета, что пробивался через вход в грот.
Аури прислонилась спиной к валуну и уселась поудобнее. Будить Билли не хотелось. Пусть поспит еще пять минут.
Глава 6. Подарок
Аури совершила ужасную ошибку, за которую ее не простила бы ни одна русалка. Да что там русалка! Над ней бы смеялись даже чайки, а весь ее народ отвернулся бы от такой наивной королевы.
Аури уснула. Рядом с Билли. Уснула рядом так, будто он ее возлюбленный, а не пират, который может в любой момент убить ее и заполучить огромную власть. Еще ночью она боялась, что он схватил ее — злилась и неистово кричала, а утром потеряла бдительность и уснула. Какой позор! И ей не было оправдания!
Ни в том, что она не спала много ночей нормально, ни в том, что стала больше доверять Билли, ни в том, что вчера, увидев Билли в море в опасности, она испугалась за него, а не за то, что станет с ее народом, если жертва василиску не доживет до назначенного срока.
Когда Аури открыла глаза, вход в грот заливал свет полуденного солнца. Билли стоял чуть в стороне, доедая последний крекер.
— Ты проснулась, Аури? — спросил Билли, услышав, как она завозилась, отползая от него.
Аури осмотрела себя на предмет порезов — она боялась, что Билли все же мог не устоять и пустить ей кровь в надежде стать полубогом. Но ее кожа была такой же гладкой, как и до того, как она уснула.
— Ты! Как давно ты не спишь?
— Мне кажется, довольно давно, — пожал плечами Билли. — Я успел доесть морскую капусту и крекеры, умыться, обследовать весь грот.
— Что значит обследовать грот? — подозрительно спросила его Аури, надеясь, что он не нашел лекарство и кинжал.
— Я же слепой, Аури, — напомнил Билли. — В новом месте я стараюсь много ходить и считать шаги — у меня хорошая память. Конечно, сразу все запомнить не получается, но я стараюсь мысленно создавать себе ориентиры.
— Ты знал, что я здесь. И что я уснула.
— Я подумал — это часть нового испытания или какая-то уловка, — просто ответил парень. — Когда прошло время, я позвал тебя, ты не откликнулась. Я удивился, но решил не будить. Мне показалось…
— Что тебе показалось? — хищно оскалилась Аури, пряча за напускным гневом страх.
— Мне показалось, что ты очень устала и тебе нужен сон, — закончил свою мысль Билли. — Я слышу ярость в твоем голосе. Почему ты злишься на меня? Разве я не прошел еще одно испытание?
— Испытание?! — возмутилась Аури. — Не было никакого испытания!
— Тогда почему ты уснула без оружия и оставила за камнями кинжал и лекарство? В банке ведь лекарство? Я понюхал его, оно пахнет так же, как водоросли с отмели, — просто рассуждал Билли.
У Аури медленно открылся рот и округлились глаза, напоминая огромные монеты.
— У тебя были кинжал, лекарство и беззащитная спящая королева русалок! — закричала Аури. — И ты ничего не сделал?! В тебе есть хоть что-то от пирата или ты глупый святой мученик?!
Русалка была готова бить его кулаками в грудь от бессильного гнева. Так не должно было быть. Пусть кто угодно, но только не этот идиот станет жертвой василиску.
— Что-то от пирата во мне все же есть, — вдруг сказал Билли.
— Ненависть к крекерам? — саркастично спросила Аури, готовая разрыдаться от отчаянья.
— Дерзость и наглость.
— И в чем они заключаются?
— Я поцеловал тебя, пока ты спала, — выпалил Билли и побледнел.
— Что? — Аури не верила в то, что услышала. — Зачем?
— Я захотел тебя поцеловать.
У Аури на языке вертелась сотня вопросов, но задала она совсем другой.