— Я не допущу, чтобы еще хоть один пират получил дар русалки! — тут же взвилась Аури.
— И все же я советую объединиться с мальчишкой, — сказала Майра. — Пусть убьет морскую крысу Джимми и внесет раскол в братство пиратов.
— Ага, а потом не вернется, и мы все погибнем.
— Мы и так погибнем: с ним или без него! Так хоть утащим поганца Джимми вслед за собой!
— Хватит! — Аури взмахнула руками, словно могла так отогнать мысли о неминуемом конце русалок. Она посмотрела на Майру, потом на Юрату, которая продолжала нервно дергать хвостом, как делала всегда, когда волновалась. Сердце королевы сжалось от боли и страха, но она ничем этого не показала. Напротив, гордо вскинула подбородок и заговорила ровно и спокойно, укрепившись в мысли, что ее план — единственный выход. — Я дам Билли три испытания и проверю его на прочность. Выдержит — получит зрение и право на месть. Не справится — пойдет в жертву, а мы поживем еще пять лет. Если Билли убьет Джимми и вернется на остров — мы продолжим хранить древнее соглашение и понесем свое проклятье дальше. Если Билли не свершит месть или предаст нас, мы умрем сегодня, а не через пять лет. Но мою кровь пираты не получат. Нельзя такому, как Джимми, становиться полубогом!
— Я согласна, это верное решение, — тут же сказала Майра. — Точнее, другого решения у нас не может быть.
— Я согласна и уверена, что остальные поддержат твое решение. Но я предлагаю пакость, — тут же затараторила Юрата. — Давайте замуруем их клады? Погибнем, так вместе с их золотом. Нечего морским крысам богатеть за счет нашей смерти.
— Но мы нарушим часть условий соглашения!
— Майра, они первые их нарушили, найдя другое хранилище и обрекая нас на погибель.
— Согласна с Юратой, — хищно улыбнулась Аури, поддерживая идею подруги. — Формально, мы не спрячем их сокровища, а просто усложним их вывоз отсюда.
— Действуем исключительно в целях безопасности, — захихикала Юрата.
— Да, можете начинать устраивать диверсии, пока я буду испытывать Билли. Заодно пусть пираты отвлекутся от ловушек на русалок. Но будьте осторожны, — предостерегла Аури.
В бездонно-черных глазах Юраты и небесно-голубых глазах Майры сверкнуло пламя древней русалочьей магии. Предостережение было напрасным — Юрата и Майра были самыми сильными после Аури русалками из выживших пять лет назад.
— Но ты уж испытай мальчишку как следует, королева. Любой дар русалки, даже такой пустяк, как зрение, нужно заслужить.
— Не учи ее, — гаркнула Майра, улыбнувшись напоследок, и потянула сестру за собой.
Аури осталась одна в покоях. Советницы могли хорохориться сколько угодно, но все же ведь понимали, насколько близок их род к полной гибели. Делать ставку на мальчишку-пирата так глупо. Еще глупее, чем любовь ее матери к пиратскому капитану и мечта сделать его полубогом, который сразится с василиском.
— Лишь обращенный кровью королевы полубог сможет убить морского василиска и спасти остров от проклятия, — процитировала слова Микены Аури, подавив желание заплакать. — Но это же невозможно, мама.
***
Аури вернулась на берег на рассвете. Превратив хвост в ноги, она тихо вышла из воды на песок и медленно, не издав ни единого шороха, подошла к спящему Билли. Парень спал на спине, скрестив руки на груди в замок. Странная поза для сна. Лежанкой ему служили пальмовые листья, но он все равно мерз. Ночи были прохладные, костра он не развел. Аури видела, как он дрожал во сне то ли от холода, то ли от кошмаров. А может и от того, и от другого.
Она присела на корточки рядом с ним, всматриваясь в спящее лицо. Билли сильно изменился за пять лет, что она его не видела. Из тонкого юноши превратился в молодого мужчину. Появилась крепость мышц, небольшой шрам, рассекающий уголок правой брови, он стал значительно выше ее, а в прошлую встречу они были одного роста. Билли возмужал, а еще… Аури отвернулась в сторону, злясь на себя за глупую мысль.
Билли стал еще красивее, чем был.
Но это неважно. Он — пират. Такой же, как и все, и это в нем неизменно. Так же неизменно, как и его серые, мутные, как небо в шторм, глаза. Как же он дожил до своего возраста на пиратском корабле, различая лишь день и ночь? Как он может так уверенно держаться? Как он жил последние пять лет после смерти отца-капитана?
Билли неожиданно открыл глаза, проснувшись. Аури замерла, не дыша. Стало интересно, что он будет делать. Он же не знает, что она здесь. Она не издает ни звука. Русалка всмотрелась в его лицо. Незрячие глаза цвета шторма увлекали — в них было что-то волшебное. Что-то, что притягивало взгляд. А еще вечный дурацкий вопрос: если бы Билли не был слеп и мог ее увидеть, что бы он сделал? Точно бы не забыл. Никто не может забыть королеву русалок.