Серафима приготовилась к чему угодно, кроме того, что произошло.
- Слава богу, - на лице профессора мелькнуло облегчение. – Ее муки закончились.
- Она умерла? – Сима с трудом встала и взялась за спинку стула.
- Да, - их глаза встретились. – Я хотел угостить вас ужином, но теперь мне придется вызвать похоронную службу. Вы не обидитесь, если я положу вам с собой?
- Что? – Серафима попятилась к двери, решив, что Дмитрий Степанович сошел с ума.
- Я предполагал, что такое может случиться, поэтому поставил сумку у входной двери. Сердце не обманешь… - он посмотрел на неподвижную жену. – Пойдемте, я провожу вас.
Сима стояла на пороге, прижимая к груди маленькую чашку с угощением.
- Прошу вас, пусть все, что вы увидели и услышали сегодня, останется в этих стенах. Я объяснюсь с вами, когда похороню Жанну. Мне кажется, что она не успела рассказать вам о себе, а ведь моя жена была удивительной женщиной.
Серафима смахнула слезы, которые покатились по щекам.
- О, нет, не оплакивайте ее! Она запретила…
Сима шла по ночному городу и не могла прийти в себя. Произошедшее казалось страшным сном, а ей никак не удавалось проснуться. Она уже видела смерть – мама скончалась у нее на руках. Но это другое. Тогда ее распирало от горя, которое целиком пыталось влезть в душу, ломая от боли ребра. А сейчас она иначе ощущала утрату. Жанна была чужой, но тонкая невидимая нить, связывающая их, порвалась с оглушающим треском, оставив на сердце жуткую пустоту.
Она не помнила, как добралась до дома, как вытащила маленькую железную чашку, края которой обожгли пальцы, как взяла вилку и начала есть желтое, приправленное яйцом картофельное пюре с сочной и темной, как кровь, подливой.
Глава 9
Утро выдалось пасмурным. Небо заволокло тяжелыми серыми тучами, которые с трудом удерживали в себе скопившуюся влагу. Серафима выскочила из подъезда, зажмурилась от порыва ветра и прибавила шаг. Нужно успеть в лавку, пока не разошелся дождь. Она шагнула на вымощенный тротуар, обошла дворника, собирающего стекло от разбитой бутылки молока, перепрыгнула белую лужу и подняла глаза к небу. Может ли душа Жанны, покинувшая тело, в этот самый момент наблюдать за ней? От самой мысли сделалось не по себе. Лучше вообще ни о чем не думать, чем терзать себя напрасно. Никто не знает точного ответа на этот вопрос.
В суете последних событий, она совсем забыла про Назара, которому пообещала прогулку. Если погода испортится, то он, скорее всего, и не придет. Сима пока не определилась, чего она хочет больше.
Игнат уже крутился за прилавком, перекладывая с места на место товар, как будто Серафима недостаточно хорошо справлялась со своими обязанностями. Заметив ее, он коротко улыбнулся, но вовсе не потому, что был рад видеть.
- Если вольет, то торговли сегодня не будет, - заявил он с претензией в голосе. Как будто это Серафима заказала дождь! – Какой идиот рискнет здоровьем ради куска сыра?
- Голодный? – Сима сняла пальто и повесила на крючок. – Вчера заходила Лидия Цветкова. Вы правы, она, кажется, на мели. Такое устроила!
- Ну ка… - Игнат выпрямился и наклонил голову на бок.
- Придумала, что забыла в лавке дорогой зонт и потребовала его вернуть, - Серафима старалась говорить быстро и уверенно. Ей не хотелось даже позволить Игнату усомниться в ее словах. – Но я точно помню, что она приходила без зонта! Когда я ей сказала об этом, она начала кричать. Решила, что это я забрала ее добро, но вы же понимаете, что это не так? И это не самое ужасное. Госпожа Цветкова решила, что несуществующий зонт пойдет в счет оплаты ее долга.
- Что? – Игнат жутко разозлился. – Да как она смеет… Это нельзя так оставлять! Дайка-ка мне тетрадь.
Серафима быстро открыла записи и нашла нужное имя.
- Вот, двадцать семь покупок.
- Что же за зонт у нее такой? Из чистого золота? – он карябал ногтем по странице. – Сегодня же нужно забрать всю сумму.
- Хотите, я найду ее адрес в книге? Уверена, что вы с легкостью поставите ее на место!
- Я? – Игнат вдавил подбородок в шею и выпучил мелкие круглые глазки. – Чей это почерк?