— Надо было мне там остаться, — сказал Тилар.
Катрин нахмурилась.
— Но Аргент разжег костры и факелы аж на трех нижних этажах. Поставил на всех лестницах двойные караулы. Вооружил их бочонками с маслом, которые можно поджечь при необходимости и сбросить вниз. Я уж и не знаю, чего бояться больше — нападения рыцарей-демонов, проклятого урагана или того, что Аргент попросту спалит Ташижан.
Тилара это явно не успокоило. Но он как будто понял наконец, что в комнате они не одни. Пригладил встрепанные волосы.
Дарт заметила, что Ривенскрир он уже успел восстановить. В зале суда Тилар держал в руках только золотую рукоять, и для всех меч выглядел сломанным. Никто, кроме девочки, не видел призрачного серебряного клинка, который становился настоящим после того, как его смазывали кровью. Ее кровью. Что, видимо, Тилар и сделал, прежде чем подняться сюда.
Он всегда носил на серебряной цепочке на шее маленький стеклянный сосуд — репистолу — с ее гумором.
И хорошо, что Тилар сделал это, — увидев его в зале суда, Дарт испугалась, что ей придется пускать себе кровь для восстановления клинка. А нынче вечером у нее вряд ли нашлись бы на это силы.
Креван, Роггер и Геррод подошли к вошедшим ближе. Делия осталась на месте. Только быстро перевела взгляд с Тилара на Катрин и обратно, словно высматривая что-то, известное ей одной.
— Катрин права, — сказал Тилар. — Аргент поспешил воздвигнуть огненный барьер между нижним и верхним Ташижаном. А следовало бы оставить какое-то пространство для маневров.
— Мы все равно ограничены собственными стенами, — возразил Роггер. — Ураган отрезал нас от прочей Мириллии. Мы в ловушке.
Геррод, скрипнув доспехами, сделал шаг вперед.
— Небольшая надежда все-таки есть, — произнес он. — Подобная осада не может длиться вечно. Ураган в конце концов истощится сам собой, даже если его поддерживают своей силой боги. Или хотя бы изменит направление. Это как плотина, которая рано или поздно прорвется. Будь у нас возможность дождаться этого…
Тилар покачал головой.
— Я лично не намерен доверять судьбу Ташижана случаю. И ждать прорыва плотины. Геррод, сколько времени нужно вашим мастерам, чтобы починить флиппер?
— Могут к рассвету управиться, если призвать на помощь всех работников доков.
— Так призовите их.
— Но ураган вытянет Милость из любого судна, которое к нему приблизится…
Тилар поднял руку, прерывая его.
— Начните делать дело, а там посмотрим. — Потом взглянул на Катрин. — Лекари еще не привели Лорра в сознание?
Нам нужно поговорить с ним. Узнать побольше о том, что он видел.
Катрин, кивнув, спросила:
— А ты уверен, что там, внизу, был именно Перрил?
— Если только его тело… Боюсь, от самого Перрила мало что осталось.
Лицо Катрин исказилось болью и гневом.
Она двинулась к спальне. Делия догнала ее.
— Может, я смогу чем-то помочь… Лорр для меня… на самом деле больше чем родной отец.
Не глядя друг на друга, обе вышли.
Тут Креван обратился к Тилару:
— Мне надо бы перемолвиться с тобой словечком наедине. И с тобой. — Он ткнул пальцем в Роггера.
Тилар обвел взглядом комнату, которую отнюдь нельзя было назвать пустой. Баррен, лежавший у окна, заворчал, словно обидевшись, что разговаривать хотят вовсе не с ним.
— Если нужно уединиться, — вмешалась Дарт, — то вон за той дверью — моя комната. Правда, места там немного.
— Сгодится, — буркнул Креван.
Роггер встретился глазами с Тиларом, пожал плечами.
Дарт подвела их к узкому арочному проходу, открыла дверь, отошла в сторону.
— Заходи-ка и ты, пожалуй, — вдруг сказал ей Креван.
Она испуганно отступила.
— Зачем?
Пират остановил на ней жесткий взгляд. И после его ответных слов колени у нее подогнулись. Тилар поддержал ее, не дав упасть, но и он недоуменно воззрился на Кревана, услышав это.
— Затем, что речь пойдет о твоем отце. Настоящем.
Катрин приблизилась к постели. В спальне стоял тяжелый запах жженых волос, горелой плоти и шерсти. Пытаясь перебить его, лекари уже накапали на раскаленную докрасна решетку жаровни душистого мятного масла и положили сверху связку смоченных водой веточек ламфура.
— Помогает дышать, — заметив, что Катрин смотрит на них, сказал негромко лекарь Феннис. — Раскрывает легкие.
Его жена и помощница стояла возле Лорра на коленях и осторожно отмачивала и снимала остатки сгоревшей одежды, прилипшие к его ожогам.