— Магов нельзя, в этом случае мы станем мишенью для каждого огненного демона, — ответил отец, хотя сын и сам это прекрасно знал, а сказал лишь потому, что на самом деле никакого выбора не было.
Кьен думал над этим вопросом давно и не раз прокручивал все возможные варианты, не находя ни одного подходящего.
«Что ж, война так война. Если погибну, то хоть думать о ней не буду».
Единственное, чего Кьен боялся, это умереть в бою до победы. Тогда Ория может стать трофеем другого демона, а он останется пеплом, на котором потом вырастет трава. Маги быстро найдут белаторку и выкупят, ведь денег у них полно. А дальше судьба её будет незавидной.
«Тогда мне уже будет всё равно!» — успокаивал себя он.
Прежде, чем отправиться к Зуре, Кьен решил сходить к местному провидцу. Он видел немного, но ошибался редко. Если этот старый демон не сможет ничего сказать, то и ладно, ведь он от него особо ничего и не ожидает.
Предсказатель как обычно сидел в комнате полной дыма от каких-то вонючих палочек из-за которых Кьена чуть не вывернуло наизнанку.
— Не подходи ближе, — громко сказал хозяин этого зловония. — Я и так всё вижу!
Он запыхтел, засопел, а потом закричал, словно курица, пытающаяся снести яйцо:
— Ты уже умирал из-за неё, второй раз не оживёшь. Сколько бы не пробовал — она чужая. Твой удел наблюдать со стороны. Она подарила тебе сына. Ты должен быть благодарен ей и отпустить. А теперь пошёл вон!
Демон не слишком церемонился с посетителями.
Выйдя на улицу, Кьен прокашлялся.
Как можно сидеть в таком смердящем дыму целыми днями он не понимал, да и не хотел понимать.
Провидец наговорил много такого, что не состыковывалось в сознании. Если Ория подарила ему сына, то почему нужно её отпустить? А как же сын?
«Сын?»
Только сейчас он понял смысл слов этого странного демона.
«Выходит, Ория забеременела после тех двух ночей, а потом родила мальчика. Нит воспитывает сына не подозревая, что тот демон? Значит, цвет его глаз в мать, иначе он бы давно догадался. Орию и сына нужно забирать из рук этого белатора!»
С такими мыслями он отправился к магичке.
Зуру демон застал за перепиской каких-то бумаг: не то рецептов снадобий, не то бухгалтерией. Кьен в этом плохо разбирался. Цифры и буквы, написанные в столбик, вызывали в нём скуку и сонливость.
Никаких кричащих детей, никаких служанок, мечущихся по дому. Очевидно, отец что-то сгоряча напутал.
Хозяйка дома отложила работу в сторону и пригласила его присесть.
— Могу помочь? — спросила она вкрадчиво.
Кьен изложил вопрос, интересовавший отца.
Девушка насторожилась, он заметил это по тому, как она на долю секунды, замерла, но тут же расплылась в фальшивой улыбке, чтобы скрыть это.
— Вас заинтересовала возможность сделать человеческую девушку своей в постели?
— Не меня, одного моего приятеля.
«Конечно. Все так говорят, но в результате всегда оказывается, что никакого приятеля просто не существует», — усмехнувшись подумала она.
— Способ есть, только он вряд ли ему подойдёт, — произнесла вслух, пристально глядя на реакцию демона.
— Какой?
— Она не может стать демоницей, а он человеком запросто. Вот только…
— Что?
— Проживёт лишь человеческий век, а потом рассыплется в прах. Превращение будет длительным и болезненным. Когда огонь покинет его вены, демон надолго станет больным и немощным. Боюсь, до побед в постели он не дотянет. Пока восстанавливается, наступит старость. У людей к этому времени страсти гаснут, сил и здоровья на них не остаётся. Коротка их жизнь.
— Да уж, какой-то замкнутый круг.
— Я могу ему сделать зелье, благодаря которому он всего лишь один раз может получить желаемое, но потом должен будет оставить предмет своей страсти навсегда. Болеть после этого придётся года два, не меньше, но зато получит желаемое удовольствие и не причинит девушке вреда, если та, конечно, не умудрится забеременеть.
Только такое зелье, господин, будет вам дорого стоить.
— Почему мне? С него плату и бери.
— Ему я его не продам. Только вам.
— И что же это за плата такая? Денег у меня много, назови цену.
— Деньги мне не нужны. Если это для вас важно настолько, что вы готовы отдать взамен что-то тоже очень важное, я скажу.
Демон не понимал к чему Зура клонит. В конце концов, если её амбиции окажутся слишком высокими, он всегда может отказаться.
— Говори уже! — рыкнул он.
Кьен не любил намёков и недосказанности. Они ему надоели ещё в Белатории.
Зура, давно привыкшая к особой манере поведения своих клиентов, на его рычание никак не отреагировала.
— Что ж, — сказала она спокойно, — тогда… женитесь на мне. Я сделаю всё, чего вам захочется. Создам хоть гарем из разных видов женщин. Постараюсь постепенно приспособить к вашему естеству не только человеческую девушку, а даже девушку-птицу, которая не выдерживает неволи. Только тогда вы мне должны достать несколько штук для того, чтобы опробовать зелье.
— Ты в своём уме? Почему я должен платить за кого-то своей свободой.
— Вашу свободу я не ограничу. Ко мне в спальню тоже можете хоть никогда не заходить. Я просто хочу получить статус замужней женщины и ваше имя.
— Я подумаю! — буркнул Кьен и удалился.
Он был зол и в то же время в замешательстве.
К Зуре постоянно сватались демоны разных рангов, но она всем отказывала.
Когда Кьен передал разговор отцу, тот обрадованно воскликнул:
— Глупый, своя магичка в роду — это же отлично! Соглашайся! Она сделает любое зелье для нас, причём постарается, не для посторонних всё-таки. Пусть болтается в гареме. Она ведь даже спать с ней не просит. Она сможет сделать так, что твою Орию не выследят маги. Разве ты не этого хотел?
Про это Кьен не подумал. Завтра, нет, лучше послезавтра (а то ещё подумает, что её предложение сильно его заинтересовало), он спросит об этом. Если Зура сумеет создать такое заклинание, то он согласится на брак.
У Зуры на этот счёт были свои планы.
Она не смогла изобрести ничего, чтобы суметь объединить демонов с людьми. Этого не пока смогли даже высшие маги, а у них возможностей куда больше, чем у какой-то девчонки полукровки.
Зато девушка придумала кое-что новое — эликсир, который не нужно было давать тому, кто хотел увидеть возлюбленного в ком-то другом. Её изобретение делало таким возлюбленным того, кто выпьет это снадобье. К тому же вкус оказался приятным, а не отвратительным, как у того зелья, которое применял когда-то Кьен, чтобы на время стать Нитом в Ольгиных глазах.
Достаточно было добавить несколько капель в воду или чай и Зура могла быть Орией, женщиной — птицей, человеком… да кем угодно, хоть самим Кьеном.
Она решила стать единственной женой (по её требованию остальные смогут быть лишь наложницами) понравившегося демона, пообещав тихо жить в отдельных покоях, не требуя ничего, даже близости, неспроста.
«Пусть эта белаторка или человеческая девушка и привлекают Кьена, только вместо любой из них буду я. В то время, когда он решит потащить одну из наложниц в постель, эта красавица будет крепко спать в моей комнате. А мы с моим мужем в это время… И пусть он думает, что ласкает другую, только его любовь будет доставаться мне, а не этим девушкам из его гарема. Постепенно я их уничтожу. У людей жизнь короткая, с этой даже делать ничего не надо. Что касается крылатой, она может покончить с жизнью, я легко инсценирую это. На самом деле её заберут маги, ещё и заплатят мне за такой экземпляр. Зато мой сын, которого она якобы родит, будет законным наследником, которого, после гибели «мамаши» будут любить больше всего на свете».
Дело оставалось за малым. Кьен должен был согласиться.
Зура верила, что это его решение не займёт много времени. Демоны никогда не отличались особым терпением.
Она не знала лишь одного: человеческая девушка предназначалась не для Кьена, а для Грора старшего. Стать одновременно женой двух демонов в её планы не входило.