— Ну, ты и слизняк! — презрительно усмехнулся Мюллер. — И прав я, что ты много чего не знаешь.
— А вы в курсе, — повернулся к нему Макар, — что вас тоже долго и жестоко обманывают? Превращение людей в добродушные, но безвольные растения, не вернет им рая. Как и лично вам.
Шеф развел руками.
— Доля сомнений есть, но, все-таки, убежден в обратном. Чтобы подняться, людям надо пасть плотью и духом, и только в полном смирении они вернут себе место на небе.
— Это подмена правды, — вмешалась Лана, всеми силами пытаясь отвлечься от того, что она только что совершила. — Человек сам присвоил себе знание добра и зла, поставил себя на одну доску с сущностями, имеющими возможность осознанного выбора. Теперь сделать правильный выбор — суть земной жизни каждого человека и всего человечества. А вы хотите усечь у человека главный инструмент очищения его души. Если сам всемогущий Господь этого не делает, несмотря на прошедшие тысячелетия людских бесчинств и пороков, значит это не выход из положения. Этим способом вы не вылечите болезнь, а просто убьете больного.
— Ну не всех же… — вставил Брэд.
Мюллер покачал головой.
— Словами можно повернуть все и так, и сяк. Приведите мне довод, почему я должен верить вам, а не тем, кто реально пытается найти выход. Вы-то ничего не делаете, одни слова.
Лана задумалась.
— Хм, слова… А что, ноэлиты убедили вас не на словах? Вам просто капитально промыли мозги, используя тщательно выверенную логику и всевозможные трюки, доступные нашей цивилизации. К сожалению, вас некому было разубедить раньше. Я — такая же представительница высшего мира, как и ваш Инспектор… А знаете что? Давайте устроим мне с ним очную ставку! По телефону. Только он не должен будет знать, что вы слышите наш разговор, иначе он, конечно, не раскроется.
Шеф щурил на нее глаза.
— Вы упорно хотите доказать мне, что я — самый последний кретин из всех живущих? Мне слишком поздно, девочка…
— Мне двести четырнадцать лет.
Это было сказано к месту. Наибольший эффект эти слова произвели на Брэда. Он выпрямился на стуле и начал профессионально пожирать Лану глазами.
— Вы полностью победили ген старения?
Она не удостоила его ответом. Испытующе смотрела на Мюллера.
— Ну что, боитесь момента истины? Вы же сильный человек. Оцените сами, кто с вами блефует. В конце концов, ваша репутация — ничто по сравнению с теми мотивами, которыми вы руководствовались во всей этой затее…
Шеф, все больше мрачнея, поиграл желваками.
— Донахью, набери на своей трубке внутренний номер 134 и дай ей. И сделай громкую связь.
Профессор повиновался. Девушка, прокашлявшись и сосредоточившись, поднесла трубку к лицу.
— Слушаю… — раздался в кабинете настороженный, немного посаженный динамиком голос ноэлита.
— Это Лана, дочь Фета.
На том конце соединения последовало короткое замешательство.
— Точно. А я-то думал — откуда мне смутно знакома твоя мордашка? Значит, Фет родную дочь не пожалел… Не верю. Что-то здесь не так.
— Это к делу не относится.
— Согласен. Чем я могу тебе помочь? Только давай перейдем на дарийский или на ноэлитский…
Тут уже Лана на секунду смешалась.
— Нет… говорим по-английски… Переговоры должны вестись на нейтральном языке.
— Хм, хорошо. Я, конечно, не спрашиваю, откуда ты звонишь, хотя это будет несложно установить. Кристаллы со вчерашнего дня еще не зарядились, так что дела ваши неважные. Но давай по-хорошему. Предлагаю простой и приемлемый для всех вариант. Я отпускаю тебя домой и даю возможность твоим друзьям уйти с острова. За это ты отдаешь мне один кристалл.
Лана усмехнулась.
— А потом вы приводите в действие свой дьявольский план по уничтожению человечества?
Ноэлит задумался, сказал:
— Не надо на нас напраслину возводить. У нас с вами есть известные противоречия, и это вопрос философский. А потом — здесь до каких-то операций еще очень далеко. У вас уйма времени. Согласившись на мои условия, ты вернешься домой и вернешь дарийцам кристалл. Между нами восстановится равновесие, вы сможете снова мешать нам делать наше дело. Правое дело… В противном случае, я все равно скоро найду вас, и ты потеряешь все — и жизнь, и кристаллы.
Предельно обтекаемые фразы, подбираемые искушенным ноэлитом, начали выводить Лану из равновесия.
— Если бы ты мог, то давно бы уже нашел нас, — процедила она. — Барахлит твой передатчик, не слышно тебе своих друзей?.. Правое дело! Что ты виляешь? Всю жизнь мечтали адамово семя извести, стравливали народы, а тут — правое дело! Может тебе напомнить, что ваш Ноэль проповедовал?