На природу полетели в большом десятиместном левиусе. Народу было восемь человек: Макар с Ланой, еще две молодые пары, одна женщина среднего возраста, тоже подруга Ланы, и с ней увязался Глар.
Лана приняла его спокойно, но когда узнала, что поблизости будет находиться боевой левиус с охраной, пришла в раздражение.
— Мы же летим в дальнюю от ноэлитов часть страны!
— Лучше перестраховаться, — отрезал Глар. — Я обязан обеспечить безопасность землянина.
К стыду своему, Макар не запомнил при знакомстве имена попутчиков. У него так бывало: знакомство — немного волнительный момент, сосредоточенность пропадает, особенно, когда надо запомнить несколько имен. Пока летели, сидел вспоминал, но окончательно запутался. Решил потом переспросить у Ланы.
Большое солнце давно прошло зенит и теперь не спеша плыло по наклонной. Про солнце Макар уже знал: это оно и есть — наше Солнце. Его необычный вид — особенность местной атмосферы. Очень хорошая особенность. Если бы такая атмосфера была на Земле, люди бы не знали сильной жары, засух и пустынь.
Водная гладь открылась впереди сверкающим зеркалом. Озеро было очень внушительным — даже с высоты полета левиуса не было видно его противоположного берега.
Приземлились у самой воды. Походили, выбрали место. Разложились. Двое парней начали разжигать костер из привезенных дров. Рядом на траве стояла большая посудина с пряно-ароматным мясом, что-то похожее на шашлык.
— Макар, пойдем рыбачить! — взяла его за рукав Лана.
— Как рыбачить? — опешил Макар. — У вас же все искусственное.
— Идем-идем, у нас все настоящее.
Она увлекла его к самой кромке воды. В руках у нее были две короткие палочки. Одна из них на глазах вытянулась в удочку, другая в подсачник.
Лана забросила снасть.
— Ты же не насадила! — воскликнул Макар.
Взгляд девушки пристально следил за поплавком. Увлекшись, она даже высунула кончик язычка.
— Не насадила, зато сейчас подсеку…
Она резко дернула. С усилием держа удочку и радостно глядя на Макара, закрутила катушку. Макар приготовил подсачник. Скоро на свет появился здоровенный полосатый окунь.
— На, теперь ты, — протянула ему удочку Лана.
Макар взял в руку почти невесомый пластиковый стебелек. Осмотрел крючок. На нем темнела горошина.
— Это что, насадка?
— Да, универсальная. Каждая рыба чует в ней свой деликатес.
Макар забросил.
— Так, все-таки. У вас же есть искусственная рыба, неотличимая от настоящей.
— А азарт? А поймать самому, и потом съесть? — Лана подержала в руках барахтающегося окуня. — На таких вылазках — как от рыбки отказаться… Смотри, клюет!
Макар дернул. Рыба сошла.
— Рано! Давай еще закидывай!
Скоро Макар вытащил полуметровую щуку.
Лана радовалась, как ребенок.
— На, теперь ты, — возвратил он ей удочку.
— Хватит, — она свернула снасть. — Для ухи нам достаточно. Давай разделывай. Сейчас я принесу посуду.
С окунем Макар справился быстро, с сопливой щукой пришлось повозиться.
Уха получилась вполне земная.
— Давайте — за встречу, а с Макаром — за знакомство! — когда они уселись в кружок сказал один из парней, Плир, наливая в стаканчики светящуюся желтую жидкость.
— Что это? — поинтересовался Макар.
— Это нектар, — ответила симпатичная девушка Шела.
Кстати, Макар не встречал еще в Мидосе несимпатичных на вид людей. Все они были красивы в той или иной степени, и красота эта была не обезличенной, а вполне индивидуальной. Макар даже не спрашивал о причинах такого эстетического совершенства — при их уровне генетики и медицины это само собой подразумевалось.
— Нектар?.. Напиток богов?
— Он! — ответил Плир.
Выпили.
Так вот чем увлекались античные боги — легким сахарно-сладким вином. Но не приторным, а с прохладной кислинкой. И хотя это была реальная жидкость, показалось, что в горло попала не влага, а какая-то субстанция, вкус в чистом виде. Закусывать это великолепие не было никакой необходимости.
Но все стали есть уху, и Макар тоже приложился к тарелке.
Только чтобы захмелеть, усмехнулся он, такого нектара надо выпить ящик.
И тут его накрыло счастье.
Весь мир засиял, голова и тело опустели, музыка сфер закачалась внутри. Глаза закатились, блаженство и любовь ко всему выказались улыбкой до ушей.
— Что с ним? — воскликнула старшая подруга Ланы Вилея.
Глар подошел к нему, пощупал пульс, посмотрел в бессмысленные глаза и сказал:
— Перебрал.
— И что теперь? — спросила Лана.