В начале декабря меня еще раз вызвали на допрос. В кабинете, где обычно проводился допрос, на этот раз присутствовал и другой мужчина. Вообще, хоть этот человек и не принимал участие в моем допросе, но было заметно, что он прислушивается к нему, а уже знакомые мне офицеры, относятся к нему очень уважительно, если не сказать подобострастно. Любой задаваемый мне вопрос, тут как бы согласовывался с этим мужчиной. Во всяком случае, офицеры постоянно поглядывали на него,ожидая одобрения, и буквально выражали неземную радость, стоило ему кивнуть, и выразить согласие с говорившим офицером. Создавалось впечатление, что это, какой-то большой начальник, хотя по виду он был гораздо моложе любого из здесь присутствующих офицеров.
В какой-то момент, он отложил в сторону документы, которые рассматривал, и издал что-то напоминающее звук:
- Э-э-э. – Присутствующие тут же заткнулись, обернувшись в сторону мужчины, а он поднял из папки фотографию моей бабушки и меня рядом с нею и произнес.
- Откуда у вас, эта фотография, и кто на ней изображен?
- Это моя родная бабушка, мать моей погибшей матери. Ее звали Мария Антоновна Овербах. А стоящий рядом с нею мальчик это я.
- Еврейка?
- Нет, насколько я знаю, ее отец был испанским коммунистом, и эмигрировал в СССР, во время гражданской войны в Испании, в 1936 году.
- У вас другая фамилия если судить по вашему заявлению и паспорту.
- Да, у меня фамилия моего отца.
- Хорошо. Скажите, что вы планируете делать дальше, вернуться в СССР, или же попытаться остаться здесь.
- В Советском Союзе, меня не ждет ничего хорошего. Близких родных у меня не осталось, за исключением брата матери, но у него своя семья, и вряд ли он обрадуется моему возвращению. Со стороны семейства жены, я тоже не вижу ничего хорошего. Тем более, что из-за того, что я оказался здесь, наверняка тесть лишился своей должности, и кроме мести, с его стороны, меня ничего не ожидает. Поэтому, я хотел бы остаться здесь. Точнее не здесь в Индонезии, а скорее где-то в США или в Латинской Америке. У меня есть профессия, испанский язык я знаю достаточно хорошо. Думаю, я найду для себя место в жизни и работу.
- Ну, что же. Это меня устраивает. Еще один вопрос: Как именно вы собираетесь легализоваться в нашем обществе. Поверьте, это не так-то просто. А находиться в стране на незаконных основаниях вам никто не позволит.
- Я слышал можно испросить – Политическое убежище.
- Что же, и меня это устраивает. – Произнес мужчина, и поднявшись со своего места, добавил. – Господа, я забираю этого человека с собой. Все необходимые документы, получите в обычном порядке, уже сегодня к вечеру, максимум завтра утром. Всего доброго.
И не дожидаясь ответа, подхватил папку с документами, он бросил мне:
- Не отставайте, здесь легко заблудиться, - и тут же вышел за дверь.
Я в некотором ошеломлении остался на месте, когда меня легко подтолкнули к двери, и произнесли:
- Иди парень! Считай, что ты вытянул счастливый билет с Джек-потом.
И я, буквально побежал вслед за этим мужчиной, еще ничего не понимая.
Уже через полчаса, меня переправили в консульство Соединённых Штатов Америки. Как оказалось мужчина был их представителем. Еще через десять минут двое испаноговорящих мужчин в течении сорока минут, в перекрестном допросе выяснили всю мою подноготную. Как я умудрился, ничего не сказать о своем даре удивляюсь до сих пор. Мне показалось, они докопались до всего, что только было можно и нельзя, вплоть до того какие девочки мне нравились в школе и в каких позах я имел секс с Дилей, Эльвирой и Марией, и сминаю ли я газету, перед тем как использовать ее в качестве туалетной бумаги. К концу беседы, я чувствовал себя, словно выжатый и вывернутый наизнанку лимон.
Надо отдать должное, обращались со мною вполне вежливо. Стоило кому-то из них увидеть, что я пытаюсь облизнуть пересохшие от болтовни губы, как мне тут же предложили, чашку горячего кофе, и небольшой перерыв, а чуть позже полноценный обед. Но слезли с меня, только после того, как я начал повторяться, не внося ничего нового в свой рассказ. К вечеру, мне выделили отдельную комнату с ванной, и предложили отдохнуть, предупредив, что будет лучше, если я пока не буду покидать этого помещения.
- Если вам понадобится легкий завтрак, или чашечка кофе, или сигара, позвоните по этому телефону, вам тотчас все будет доставлено.
* * *
- Что ты думаешь по этому поводу, Джо?
- Поверь моему чутью это будет бомба! Отпереться от того, что нами обнаружен потомок барона Эдуардо Себастьяна Овербах и его единственной дочери, Марии Антуанеты Овербах, пропавшей без вести в 1936 году, Советы просто так не смогут, а если наши люди, отправленные по названным адресам, принесут хоть косвенные подтверждения сказанному, а я уверен, что все так и будет, готовь дырочку на лацкане Джо!