Тут словно по зову появился Замета и поманил меня в одну из изб, показал на лежак и исчез по-тихому. Спал я в ту ночь плохо. В голове огненные колеса вертелись, пронзительные очи ведунов мерещились, взрывались и гасли звезды. Лишь под утро Рада появилась и губ пальцем коснулась, ладошкой холодную с горячего лба пот смахнула, и заснул я без сновидений, вырубился!
Проснулся, солнце высоко! Вышел наружу и ополоснулся из кадки. Поглядел на залив озерный, а там лодок штук пятнадцать за ночь набилось: « Многие видать на совет поспешают» - подумалось.
Совет собрался под самым огромным необъятным дубом, высящимся на самой окраине селища, на особой поляне. На дубу я келью Святогора углядел, вокруг поляны высились древние изваяния богов словенских. Вглядевшись, я узнавал Сварога, Волоса, Перуна, Купалу, и Даждьбога, а также многих мне не ведомых, но наверняка играющих не малую роль в жизни володаев. Суровые лики древних богов окружали всех собравшихся, и казалось, что сами боги присутствуют на Совете.
На меня сначала посматривали с интересом, а кто и искоса, но после речи Святогора в помин души Влесояра-Лихобора и моего представления, как члена Круга и воспитанника умершего ведуна-воина, прибывшие перешли к делам насущным.
Многое было говорено. Как я понял, здесь собрались в основном все князья старшины и воеводы из городищ и селищ, оставшихся от набегов врага страшного, Темной Ордой прозываемого. Как оказалось не так уж и мало родовичей на Валдае сохранилось. Я слушал говоривших и подсчитывал - больших и малых городищ дюжина, где людей за тысячу, селищ около трехсот и хуторов с отселенцами сотни полторы и деревень домов двадцать около тыщи. Так что по самому скромному прикиду - княжество Волдайское тысяч шестьдесят взрослого люда имело, не считая стариков и детей. Постепенно я вникал в заботы народа володайского.
Яромир, слушая старшин, на грамотке-берестянке отмечал значками: Какие виды урожая ожидаются, сколько у кого скота, коней, птицы, как поработали охотничьи артели, сколько мяса и пушнины, рога запасли, много ли меда и смолы заготовили. Святогора больше интересовало - сколько под копье по первому зову обученного люда селенья выставить смогут, где сейчас вороги ходят, что ищут-вынюхивают и какими тропами хаживают. Сколько их, какую дань берут и с кого. Слушал я доклады прибывших на Совет и ярость закипала в крови и в голове звучал колоколом вопрос: «До, коль слезы кровавые род словенский лить будет?!»
Запал в душу мне рассказ старшины Коростеня, который прибыл с пограничных селищ с княженьем Кривечевским:
Поехали мы, значитца, с торговыми людьми договор держать с Кривичами в городище Дорогобуж. На постой к самому старшине ихнему встали. Сама хозяйка старейшины торгового нас привечала-подчивала. О многом там договорились к взаимовыгоде, в обход ига иноземного. Скрепили договор пиром добрым. Старейшина все дочками своими ясноглазыми хвастался. В самый разгар гульбища и нагрянули вороги! Без слова и разбора, не по чести и правилу всех рубить давай, стрелами шпилить!...Мы хоть и в подпитии были, но отпор дать сообразили! Да маловато нас оказалось и кривичей не много вступиться успело! Изверги всех кто супротив встал, посекли, покалечили. Я вот с дружкой спасся, да метку вражью до смерти теперь носить, - Коростень тронул пустой рукав правой руки, - Девок всех молодых в полон, погнали, а детишек и старух со стариками в избы самые большие позагоняли и подожгли....Очень уж злобствовали, что мы им отпор попытались устроить!Все угрюмо молчали, переживая услышанное. Я увидел как у Доброхота, добродушного с виду богатыря, налились глаза кровью, и вздулись вены на лбу, и кулак сломал роговую рукоять поножного меча.
Первым молчание нарушил Святогор:
Помянем братьев наших, словом добрым и поклянемся отомстить врагу лютому! - Ведун хлебнул меда и плеснул из чаши под ноги окружавшим Совет богам. Все присутствовавшие повторили жест ведуна.Братья и сестры, - поднялся Яромир, - теперяча нам надобно думу думать, как от извергов избавиться, землю нашу оборонить, защитить! Чтоб не лезли к нам за данью непосильной, в рабство люд наш не брали, корень словенский не изводили!Есть у меня мысль братия, - выступил крепкий чернобородый рядович Кревослав, - в городище моем и селищах по окружию много местных из чуди и мери со словенами побратались и породнились! Хоть они и дикие лесовики, но охотники отменные и работники умелые. Вот бы их в помочь привлечь! Железо болотное мастера они работать. За зерно много вооруженья поставят для брани!Дело говоришь! - Кивнул Яромир и опять чиркнул по грамотке, - пойдешь послом к князю ихнему, Пойге, договор держать. От нас привет и подарки передашь. Коростень, я же мыслю, с кривичами столкуется, они не меньше нашего от Темных натерпелись!