Когда все поели, запив медовухой, обильный ужин с белорыбицей и зайчатиной, потекла неторопливая беседа, где решали, как использовать мои возможности и помочь попасть в логовище врага.
Есть такая задумка, Святогор пронзительно взглянул на могучего Доброхота, - без добротного знания врага и того что происходит на его землях, передвижениях и количестве войск, силе и их возможностях, всех делах их творимых черных на земле наших и сородичей, мы будем действовать в убыток нашим планам! Поэтому мы тебе предлагаем Лекса, стать купцом и отправиться к сердцу Зла, а в пути быть нашими глазами и ушами.Доброхот согласно кивнул и добавил:
Одному в таком деле быть не должно! Надо чтобы и спину прикрыть ктото смог. Поэтому мы решили, что идти тебе не пешим и не конным, а водным путем и не одному, а с ватагой умелой!Яромир согласно закивал косматой бородой и добавил:
- Рухляди возьмешь, колокольца наши, меда и льна. Лишь добрался бы до сердца змеиного! Ради святого дела ничего не жаль!
Княгиня открыла небольшой сундук и достала из него свиток пергамента и протянув мне сказала:
Вот, Лекса, здесь вся земля наша и соседей . Князем моим погибшем нанесена! Князь и в Царьград хаживал и к морям Хвалынскому и Сурожскому, а погиб от ран в последнем походе к северным морям три лета назад. Так отец ненадолго сына пережил - ведь князь, мой муж был сыном ЛюбавыМудрой .Я понял, что погибший князь был не только сыном Любавы-Мудрой, но и Влесояра-Лихобора, видимо и для присутствующих это не было тайной. Влесояр же мне про сына не сказывал и считал Любаву бесплодной.
Я внимательно посмотрел на молодую княгиню и краем глаза заметил, как напряглись вены на бычьей шее Доброхота: «Не долго видимо ходить молодой княгине вдовой...!» Подумалось мне, и я порадовался за эту пару, так дополнявшую друг друга. От Заметы я уже знал, что Доброхот умелый и опытный вой и воевода. Не раз бился с Темными, когда их пути пересекались. За свои неполных тридцать лет жизни побывал и в Новгородской и в Киевской дружинах. Восемь лет воеводой на Валдае. Был у князя правой рукой, а теперь и княгине защита и опора, да и любит её безоглядно! Любава молодая, звалась, так же как и мать князя, имела также пытливый ум, но норов был у нее не женский - билась, бывало в битвах наравне с княжьими воями, уступая только в силе, а не в умении! Сейчас она еще выдерживала положенный трехгодовой траур по князю, хотя сердце уже давно принадлежит Доброхоту. Решено и свадьбу сыграть осенью, если решится дело святое - освобождение от гнета и напасти чужеземной!
Развернув пергамент, я увидел искусно выполненную карту! Нанесенные на ней реки, озера, моря европейской части Руси. Самым ценным были города и селения, помеченные названьями!
Это зеркало нашей земли, промолвила Любава, - многие недруги за то чтобы увидеть его отдали бы сокровища, да и жизни лишили. Поэтому посмотри и запомни нанесенное. В дороге же новую начертаешь, мы с этой сверим, когда бог даст, вернешься, и что устарело поправим!Я согласно кивнул, и тщательно изучив карту, вернул ее княгине. В голове осталась точная копия, так как и память, теперь была фотографическая, хотя я и раньше склерозом не страдал.
Уединившись после Совета и беседы в выделенной мне избе, я скорректировал все поставленные мне задачи. Получилось по мере исполнения примерно так:
Найти или построить приличное судно, чтобы экспедиция и в море смогла выйти.Собрать экипаж ватажников, на которых можно было положиться в трудную минуту.Прикидываясь купцами, разведать - откуда, куда, сколько, как и кем движется тьма воинов врага, и отправить эти данные Доброхоту, ведунам и княгине.Вступить в единоборство или попросту лишить головы всю эту темную мразь, что лезет на землю словенов, на Русь. То есть провести устранение вражеской верхушки.И самое главное - остаться живым, чтобы вернуться в свое время или к новым своим друзьям и побратимам, володаям!**********************************************************************
По совету Доброхота, Лекса заказал местным умельцам лодейщикам крепкое судно, но чертежик им свой подбросил - не даром с детства яхтами увлекался, начинал с моделизма, а затем с заядлым яхтсменом другом Стасом бороздил озера и водохранилища. Самому в той жизни тоже стругать яхты приходилось, ремонтировал и вооружал с другом не раз. Так что пока местные лодейщики-мастера выполняли заказ, он им и сам помогал, хотя из инструмента здесь лишь топор, пила и долото применялись. Параллельно Двоярук вел и другую линию - охотился, присматривался к людям, советовался с Доброхотом и ведунами, обсуждая варианты пути, экспедицию. Оттачивал свое воинское мастерство с воинами Доброхота. Многому научился и у самого славного воеводы. Конечно, он смог бы и победить богатыря в схватке, но опыт подсказывал, что в учебных поединках Доброхот бьется лишь в пол силы и многое, что умеет могучий боец, остается еще непостижимом, ведь таких воинов на Руси начинали готовить с пятилетнего возраста. Пару неизвестных приемов он и сам добавил в копилку Доброхотого умения. Но больше всего Двоярук был благодарен за тактику и стратегию русичей, о которой поведал ему воевода. Много нового появилось в воинском умении Лексы. Еще Двоярук сам рассказал Доброхоту про тактику партизанской борьбы и методы диверсионно-разведовательных групп. В чем-то воевода мудрое зерно и углядел. Но с горестью поведал, что последние годы, Темные перестали даже в рабство брать и после себя оставляют лишь пепелища и всех старых и малых мужчин убивают, а с собой в полон, увозят только девственниц!