- Ты зачем не свою ношу подобрал? ,-голосок как ручеек звонко переливается.
- Кто ты? - спрашиваю.
-На вопрос вопросом не ответ, - ласково пожурила незнакомка, а искорки в глазах вспыхивают и мой взор притягивают.
В голове моей щелкнуло, промелькнуло, как колоколец ночью услышал, как сторожку обыскивал и его забрал, как разглядывал, поглаживая и изучая. А русалка..., да и не русалка вовсе, головкой кивает: так, так. Потом тень на лицо её прекрасное набежала, пригорюнилась... может, показалось мне, блики костра на лице её играли.
- Одень,- говорит,- колоколец на шею, Выдержишь ношу - жив, останешься, не выдержишь - домой не воротишься, и пропала, как и не было....!
Глянул я на озеро, а по нему рябь пошла и камыш прошуршал-прошептал: ,,Одень!”
Завернулся я в спальник и опять заснул, как давеча, словно в омут головой! Проснулся, солнышко высоко и угли остыли. Умылся, сел на бревно и закурил. А сам вспоминаю сон - наваждение. В сказки уже давно не верил, взрослый человек и бывалый, современный. Может и колокольчик пригрезился! Пошарил в спальнике рукой - да вот он в капюшоне лежит! Тут и слова из сна припомнились...И как-то заныло у меня под ложечкой. Сижу колокольчик покачиваю...Вспомнились вдруг сестренка, дед и друг - Стас. Ерунда всякая в голову полезла! Пригрезилось!...
Положил я колоколец в коробку из-под блесен, позавтракал и рыбку удить поплыл к Камню. За цельный день ни одной поклевки не было, обрубило! Промучившись с бесконечной заменой снастей, наживок и блесен, я, не соло нахлебавшись, погреб в становище. Там тоже ждала неудача - с кукана весь крупняк ушел, а в садке дыра с два кулака и рыбы так же ноль. Как все это обнаружил - не по себе как-то стало! Чувствую, не чисто здесь! Разозлился! Но не в моем характере унывать. Картошки с тушенкой наварил, поел. Сижу, курю, а сам все про сон, думаю, и тянет в руки колокольчик взять, еще раз на руны посмотреть, на девчушку русалочку. Из коробки достал, поглаживаю, разглядываю. Мелькает что-то в отсветах костровых знакомое на рунах-узорах. И вроде бы знаю я что значат они, а вспомнить не могу, словно блок какой-то в памяти. И мыслишка сверлит и настаивает:,,Надень, надень...!” Накинул цепку на шею, думал, может толчок памяти даст...Ничего! Удобно колоколец лёг так мне в ямку промеж ключиц:,, Странно и не холодный вовсе...”.
Тепло от него к горлу пошло и по груди вниз....Только во рту пересохло и губы потрескались! Думаю от жара кострового! Спустился я к озеру напиться. Стал пить не из горсти, как обычно, а лег на берег и припал губами к воде...После глотка -пошла голова кругом, словно чистого спирта хлебнул. Дыхание перехватило, в глазах поплыло и слезы навернулись. И дальше пошло- поехало! Потерял я сознание, лишь помню глаза зеленые близко, близко и голос серебряный из сна:,, Ну и как ноша, молодец, не тяжела?!”...И смех переливчатый, поцелуй ласковый и долгий, душу мою забирающий....А потом падал куда-то долго. В глуби озера, не озера! Это сейчас я понимаю, что плыл тогда через омут веков, как через толщу воды!
....Очнулся утром на берегу. Сел и первым делом за цепочку схватился. Пальцы сами колоколец нащупали. Хотел снять с шеи, а вмести с ним и наваждение...Не смог! Надевал, голова свободно проходила, а теперь не проходит! Чертовщина! Потом вокруг огляделся. Все вроде тоже самое - и озеро и лес, да не совсем! Лес помощнее, дубов побольше и озеро светлее, не такое заросшее по берегам. И еще много мелких несоответствий, которые на зрительно-подсознательном уровне отложились! Дернулся к палатке и обалдел....! Стоит, но не палатка, а шалашик из жердей и лапника! Вместо лодки-резинки берестяная плоскодонка! Сердце испуганно колыхнулось! В голове пусто...,,Во попал, во попал...!” Стал вещи осматривать и перебирать. Они несли то же значение, что и мои, НО МОИМИ НЕ БЫЛИ!...: Вместо палатки - шалаш, вместо лодки - челн берестяной. Топорик туристический с резиновой рукояткой - в кованный превратился с березовой рукоятью! Спальник - стал шкурой медвежьей. Рюкзак «Ермак» - короб плетенный из лыка и с холщевыми лямками. Одним словом колдовство и наваждение!
Я сел на бревно и стал проверять, что в коробе лежит, пощупал, что на мне одето. «Афганка» - стала штанами из крепкой холстины и белой расшитой рубахой на выпуск, подпоясанной тонким кожаным ремешком. На ногах короткие сапожки, на ощупь из лосины. Охотничий нож почти схожий с моим прежним формой, только рукоятка из рога звериного, а не из пластмассы, с ножнами из чулка кабаньего. В коробе - пара туесков с солью и медом. Камушки с фитилем - огниво. Еще мешочек с листиками и корешками - понюхал, пахнуло смородиной, мятой и еще чем-то душистым и знакомым! Я сразу врубился, что эта смесь вместо чая.