Ну, а мы готовились к зачистке того, что осталось от административного корпуса. Осталось, кстати, не так уж и много. Назначенные группы шли по руинам, врывались в выжженные комнаты и кабинеты, осматривали каждый уголок, но живых не находили. Под завалами и ломаной мебелью только трупы, причём изрешеченные как дуршлаг. Бой прошёл без единого шанса на спасение для боевиков. В месиве тел и стройматериалов даже оружие найти удавалось не всегда. Но всё же в моей вечно всё подозревающей голове складывалось ощущение, что боевиков меньше, чем должно быть, поэтому зачистка продолжалась. В конце концов, Андрюха под лестницей обнаружил герметичные двери с воротом запирания, и всё встало на свои места. Какое-то количество боевиков могло укрыться в имеющемся под зданием бомбоубежище. В ту же минуту несколько бойцов по моему приказу принялись искать запасной выход из бомбаря и контролировать грибки вентиляционных шахт.Долго искать не пришлось, выход обнаружился метрах в пятидесяти от главного корпуса, представляя из себя гермодвери в выкопанной яме с аккуратным спуском бетонных ступеней. Имея четкие указания, бойцы подогнали один из джипов, спустили его задом по лестнице и подперли машиной дверь. Заблокировали и главный вход, а также уничтожили вентшахты, чтобы воздух не проникал внутрь. Пусть сдохнут от кислородного голодания, сами себе выбрали такую участь. Но если захотят, то могут приоткрыть главную дверь и попросить о сдаче. На этот случай я оставил отряд из двадцати человек. Впрочем, командиру отряда я намекнул, чтобы живыми тварей не брали. Жестокие правила жизни.
Глава 14. Предрассветное затишье.
Ну вот, собственно говоря, и всё. Часы показывали четыре утра или ночи. Это кто как любит. В этот момент я в последний раз ступил ногой на руины главного здания администрации НПС города Тайшет. И к этому времени вооружённые формирования противника перестали существовать. Те же, что остались под землёй, скорее всего там и останутся и особой опасности уже не представляют. Стало быть, обещание, данное Ахмеду, я сдержал. Недавних заложников увезли в горбольницу, там их осмотрят и эвакуируют. Нашли и последнего, который прятался в сарае на одном из подворий деревни Акульшет. Молодец, будто услышал мои мысли. Обнаружили на выезде из деревни и сгоревший джип, лежащий вверх тормашками. От него остался лишь остов, но, пошарившись вокруг, наши бойцы насчитали-таки пять обугленных тел, которые теперь опознать можно только при помощи экспертизы.
Мы сделали для освобождения своего города всё, и даже чуть больше. Некоторые в прямом смысле пожертвовали жизнями. Оставалось лишь довести до конца эвакуацию, распределить по городу группы ополченцев из тех, кто не поддался уговорам и не захотел покидать Тайшет. Пусть патрулируют улицы, зачищают всё по второму кругу. А также дождаться военных, которые по заверениям Оперативного Штаба должныприбыть ближе к обеду. Но самое главное, что нужно сделать, это дать отдохнуть людям и передохнуть самим. Хотя бы часа три, иначе упаду. Последний бой забрал остатки сил, и глаза, несмотря на сильное душевное напряжение, закрывались сами собой, а ноги подкашивались.
Я докурил сигарету, бросил бычок на кучу обломков здания "нефтянки" и втянул носом горелый, пропитанный дымом воздух.
- Командиры отрядов, ко мне! - рявкнул я, совсем позабыв, что для оповещения есть радиостанция. Впрочем, какая разница.
Не прошло и минуты, как вокруг меня собрались те, кто взял на себя обязанность отвечать за других. Брат, Андрюха, Макс Хромов, Тема Малой, Саня Рыжий с братом и ещё несколько человек, командовавших отрядами помельче в составе крупных подразделений. Все смотрели на меня устало, но с живым интересом. Чумазые, раненые, перебинтованные, ослабшие, но с огоньком вновь обретённой свободы в глазах. Каждый за эту ночь немного состарился, а Рыжий даже получил ранение, но делал вид, что ничего не произошло, хотя иногда всё же жмурился от боли и баюкал отстреленный палец.
- Всё, пацаны, здесь мы закончили, - облегчённо сообщил я. - Дальше соваться смысла не имеет, да и федералы скоро подкатят. Здесь уже остался небольшой отряд. Пусть караулят и дорогу. Также возле электроподстанции нужен пост, человека три на тачке и со связью. Хром, сделай по-братски. Жратвой и патронами снабдим. Всем остальным, кто участвовал в штурме - отдыхать до девяти утра, а потом закончим эвакуацию и свалим сами. Старшим в городе останешься ты, Саня, раз не собираешься уезжать. Всё, кажется, - я оглядел пытливо командиров в ожидании вопросов и предложений, но желающие отсутствовали. Смысл лишний раз сотрясать воздух, если и так всё понятно? Хотя Хром всё-таки задал вопрос, который нельзя оставить без внимания.