Тело на дне Босфора
Я ничего не слышала и не видела вокруг себя, словно была в какой-то прострации. Поэтому даже не заметила, как покинула территорию университета, и оказалась возле машины Кенана.
Мои внутренние ощущения были смешанными. Я ещё раз прокрутила в голове свой сон, но всё же было сложно понять, где девушка и как её найти. И как назло её душа не приходила ко мне.
— Что с тобой? — подошёл ко мне Кенáн. — Я звал тебя, но ты, кажется, не услышала.
— Это она! — ответила я. — Та девушка, которая снится мне каждую ночь. И её же тело я видела тогда в воде.
— Ты уверена? — нахмурился Кенáн.
— Да! — кивнула я.
Пока мы разговаривали, к нам тихо подошла одна студентка и осторожно заговорила:
— Простите, это вы ищете Меликé?
— Да! — ответил Кенáн. — Вы что-то знаете о ней?
— Я не знаю где она, но, думаю, знаю человека, который может указать вам её местоположение, — не совсем уверенно говорила девушка.
— О ком идёт речь? — спросил Кенáн.
— О её парне, Ахмете.
Мы с Кенаном переглянулись. Ни единый преподаватель не сказал о том, что у неё были отношения. Нам это показалось странным, поэтому Кенáн предложил девушке пойти в ближайшее кафе, где она могла бы всё подробно рассказать.
— Как я понимаю, вы были её подругой? — спросил Кенáн, присаживаясь.
— Нет, просто знакомой, — объяснила девушка. — Меликé мало с кем общалась в университете. Преимущественно это были преподаватели. Но мы с ней стали разговаривать после того, как вместе сделали один проект. Тогда я и узнала, что у неё есть парень. Как-то раз я даже видела, как он забирал Меликé с университета на мотоцикле.
— У него есть мотоцикл? — взял в руки блокнот Кенáн, чтобы записывать информацию.
— Да! — кивнула девушка. — Он старше неё, и, кажется, он сам чинит мотоциклы.
— Насколько именно он старше неё?
— Ему на вид лет 25, может, но не больше 30.
— Вы можете описать его? — попросил Кенáн.
— Я его близко не видела, да и он боком стоял, — девушка немного задумалась. — Могу попробовать. Он высокий, где-то 180 см возможно, чёрные кучерявые волосы, у него была не большая щетина на подбородке.
— Хорошо! — улыбнулся Кенáн. — Странно, но почему никто из преподавателей не упомянул о её отношениях?
— Потому, что она скрывала их, — спокойно ответила девушка.
— Почему? — нахмурился Кенáн.
Девушка оглянулась по сторонам, чтобы убедиться в том, что рядом нет студентов из университета.
— Она от всех скрывала эти отношения. И, думаю, это потому, что её семья была против, — начала объяснять девушка. — Меликé немного рассказала мне об этом. Что стало с её родителями, я точно не поняла, но она жила с тётей. Когда она окончила школу, у её тёти кто-то появился, и, похоже, этот мужчина стал приставать к Меликé.
Мы снова переглянулись с Кенаном. Я внезапно вспомнила ту записку, которую нашли в заброшенном доме. В моей голове стала, потихоньку, прояснятся картина событий.
— А когда Меликé познакомилась с Ахметом? — спросил Кенáн.
— Скорее всего, когда она поступила в университет, — приложила руку к подбородку девушка. — Она постоянно боялась идти домой, это было видно по её лицу. Поэтому, когда я спросила, не пристаёт ли тот мужчина к ней, она очень испугалась.
Поговорив с девушкой, Кенáн понял, что дело обстоит гораздо серьёзней, чем он мог предположить. Пока он вёз меня домой, описал внешность парня своим сотрудникам и потребовал немедленно начать поиски.
— Прости, что так глубоко пришлось посвятить тебя в это дело, — извинялся Кенáн, когда привёз домой меня.
— Ну что ты, мне и самой интересно, что произошло с этой девушкой, — убеждала я. — У меня в голове крутятся два варианта: либо её утопили, либо она совершила самоубийство.
— Я тоже это предполагаю, — кивнул Кенáн. — Думаешь, её мог убить тот мужчина Харýн?
— Вполне возможно… — вздохнула я.
— Ладно, не буду тебя ещё больше утомлять, отдохни! — улыбнулся Кенáн и поцеловал меня в лоб.
Эти его внезапные объятия, поцелуй, каждый раз вводили меня в какое-то непонятное состояние. Вначале я приняла это как заботу, но в тоже время мне всё равно казалось странным такое поведение.
Дома никого не было, Зейнéп работала в кафе. Однако оставила мне записку на столе, в которой снова ругала, за то, что я не была дома, и не понятно где разъезжала с этим следователем. Но, не смотря на всю свою злость, приготовила для меня кучу еды, потому что знала, что я вернусь уставшей и голодной.