Но мне достался тринадцатый номер столика. Он был чуть в стороне от остальных, но с другой стороны — мне было всех видно. И я могла смотреть и энергетику, и через чужое восприятие — на людей.
Почти сразу на мероприятии увидела детектива Троя — у него сегодня был день знакомства с побратимами. Оказывается, он ещё не сформировал так называемую семейную ячейку и не объединился со всеми побратимами. Сейчас их всего трое. У моей матери — семеро, и, насколько мне известно, это не предел. В прошлой моей жизни у мамы было двое мужей, и она была этим довольна.
На меня смотрели искоса, порой что-то тихо говорили. Обсуждали в основном парни, и чаще всего я в шёпотках и их мыслях слышала слово «ущербная».
Наверное, стоило отказаться и не идти на мероприятие. Но я слишком молода, чтобы хоронить себя в четырёх стенах. И Анита слишком долго сидела дома — якобы, чтобы ей никто не навредил. А по факту — чтобы никто не видел ущербную. Ведь даже братья и сёстры с ней практически не общались. Девочка была предоставлена сама себе и преподавателям. Неудивительно, что, когда она столкнулась с реальным миром, он легко сломал её.
Она была готова к игнорированию, но не была готова, что её будут унижать словесно. Хотя я со своей стороны и того опыта, что прожила, не увидела ничего ужасного. Я ведь в прошлой жизни прожила тоже только восемнадцать лет. А Анита никогда не слышала в свой адрес плохих слов, оскорблений. Родные чаще просто её не замечали и игнорировали.
На мероприятии заметила своих братьев. У них, судя по ауре, тоже знакомство с побратимами, но те пока не пришли, и они посматривают в мою сторону с недоумением. Вообще, много кто недоумевал — что я тут забыла. Два часа сидела с идеальной осанкой, словно всё в порядке. Это было сложно, но уходить было пока рано.
Когда приблизилось время, что можно уходить, ко мне за столик подсели трое парней. Как я удержала лицо — не знаю. Хотя не уверена, что мне это удалось. Потому что это были те парни, что виноваты в моей прошлой смерти. Внутри поднялась такая ярость, что хотелось здесь и сейчас вцепиться в их лица ногтями и выцарапать глаза. А я могла пока только дышать.
— Привет, красавица, скучаешь? – сказал Олег, пытаясь забрать мой номерок столика. Я его первой перехватила.
— Нет, не скучаю, – сказала с лёгкой дрожью в голосе.
Уходить прямо сейчас — это то же самое, что согласиться уйти с ними.
— Пошли с нами, отдохнёшь. На тебя всё равно никто не позарится.
Когда эта троица подошла ко мне, побратим Троя спросил:
— Ты на неё весь вечер смотришь, зацепила? – парень с лёгкой улыбкой кивнул Максу.
— Она очень необычная и помогла нам поймать уродов, расстрелявших кафе. Девчонка просто чудом тогда в перестрелке выжила.
— Судя по данным, она слепая… – сказал Арон.
— Не всё так однозначно, парни, – улыбнулся Трой.
— То, как ты улыбаешься… Мне интересно, чем она тебя так зацепила.
— Не здесь говорить про Аниту. Но она вас удивит. Не стоит верить всему, что написано в медицинских документах — они слишком неполные. Она поистине чудо!
— Та парочка — её братья?
— Судя по морде — да. Но я точно знаю, что она живёт отдельно от родных.
— Странное решение, – хмыкнул Арон.
— Пора вмешаться. Не нравится мне троица, что подсела к ней.
К моему столику одновременно подошли братья и Трой с побратимами. Братья пытались меня вразумить и не огрызаться приличным людям.
— Отстаньте! – сказала им, шипя. – Вспомнили о сестре спустя восемнадцать с лишним лет!
Трой мягко обнял и сказал едва слышно:
— Мы уведём тебя отсюда, ты будешь в безопасности.
Ему я доверяла. Ни братьям, ни тем более троим подошедшим я не доверяла. Позволила себя увести из зала. Братья вышли следом.
— Анита! Что ты себе вообще позволяешь?! К тебе подошли достойные парни, а ты на них волком смотришь! – попытался вразумить старший брат.
— А тебе какое до меня дело?! И так все знают, что я выродок! Или хочешь сказать, что сам так не думаешь?
— Могла просто не приходить.
— И похоронить себя в четырёх стенах, как было до этого все восемнадцать лет? Знаешь что, Никита — иди на знакомство с побратимами и не лезь ко мне!
Братья, на удивление, ушли. А я, тяжело дыша, пошла по улице. Замерла только на переходе дороги. Тут было слишком тёмное пятно даже для меня.
— Подожди, я подсвечу, – догнал меня Трой.