Я сам дрожащими руками стал шарить свой пояс, стараясь не обращать внимания на Веру, но мне это не удалось.
Я вновь превратился в зверя, которого снедает только одно желание,- обладать женщиной и немедленно.
КУЗУ она одеть не успела....
Но в этот раз, как только я сполз с неё, она сразу же дрожащими руками и всхлипывая поспешила надеть на себя пояс и тут же одеться в костюм. Я с рудом сумел подняться на ноги и тоже попытался одеть пояс. Меня всего трясло и я не мог застегнуть пряжку. Ведунья пришла мне на помощь и даже нажала на нужные кнопки.
Как только я оказался в КУЗУ, наваждение прошло. Я почувствовал как в лопатку мне что то воткнулось и приятная слабость растеклась по всему телу.
- Зен, с тобой все в порядке?
- Да Вера, наваждение прошло. К тому же мне что то вкололи в лопатку.
- Мне тоже сделали укол. И знаешь,- тут она сделала паузу и даже немного хихикнула,- теперь желание появилось у меня. Правда не такое звериное как у некоторых моих знакомых, но это довольно странное чувство...
Мы ещё посидели немного на песке, успокаиваясь и приводя свои чувства в порядок. Я снял с пояса флягу, которую в свое время мне дал лорд Мих, пояснив, что в ней питьевая вода настоянная на травах, вылил её в озеро и немного в стороне набрал этой черной воды,- пусть Мих разбирается с ней.
Когда фляга заняла свое место на поясе, я обратил внимание что в том месте, где я вылил нашу воду образовалось светлое пятно, которое стало расти прямо на глазах. Причем было заметно, что росло оно не только по поверхности, но и в глубину.
- Нам пора уходить. Только надо следы нашего пребывания здесь хоть немного затереть..
- Особенно там, где ты меня в песок втаптывал....
Встав на колени, от уреза воды, я стал своей спатой ровнять песок пятясь назад. Эту процедуру мне пришлось проделать несколько раз, прежде чем образовалось некое подобие ровной поверхности. Мы с Верой стояли на ровной каменной площадке. Пора было продолжить наш путь в неведомое.
Вдоль берега, на удалении нескольких метров от него почти под самой стеной шла твердая тропа, сделанная из незнакомого материала. Он приятно пружинил под ногами и глушил все звуки. По ней то мы и пошли в ту сторону, где таинственно мерцал какой то свет.
Где то через час движения жрица схватила меня за рукав костюма: - В нашу сторону движется отряд из пяти странников. они где то метрах в ста от нас. Раньше я на такие расстояния ничего не чувствовала.
- Наверное и на тебя эта вода подействовала. Я честно говоря опасался, правда уже после всего что произошло, что став женщиной, ты утратишь свои способности. Дар Соня меня о такой возможности предупреждала.
Говоря эти слова я лихорадочно искал выход из положения. Гладкая стена и ни малейшего намека на щель или нишу. Остается только одна возможность, не обнаружить себя раньше времени и не вступать в схватку со странниками - это опять залезть в воду. От одной этой мысли у меня по коже пошли мурашки, а каково будет Вере, когда я сообщу ей этот вариант?
А она продолжала наш разговор: - Нет, у меня дар не пропадет, у меня он природный, а вот у тех, кого им одаривает богиня, может исчезнуть, так что ты зря волновался. Хотя это и приятно осознавать, что за тебя кто то волнуется, правда уже после того, как сделал свое черное дело...
- Вера,- перебил я её,- нам придется опять сунуться в это черное озеро и попытаться там отсидеться. Времени на раздумье нет. Иди первая, я за тобой и затираю следы...
Глубоко мы не заходили. Как только стало возможным опуститься на колени так, что бы над водой торчала только не полностью голова, так мы и остановились.
- Ни каких резких движений, ни каких плюхов. Наши костюмы уже приняли цвет воды, так что если пристально не всматриваться, то увидеть нас очень трудно. Правда я не знаю, как устроено зрение у странников, но будем надеяться, что все обойдется.
Вера опустилась на колени так, что только глаза сквозь маску торчали над водой. Я встал на одно колено с тем, что бы в случае непредвиденных обстоятельств быстро вскочить на ноги, выхватить оружие и открыть стрельбу на поражение.
Через некоторое время показалась группа из пяти странников. До нас стали доноситься их голоса, которые КУЗУ добросовестно переводил: