— Да, упорства ему не занимать! — сухо произнес Князь Артос. — Но зачем мне поощрять выскочку, который не может управиться в своем собственном доме?
— Он — твоя плоть и кровь!
— Он — приблудок, чей родной отец не пожелал признать его.
— Господин мой батюшка!
— Не поэтому ли его собственный народ хватается за оружие и поднимает его против Дракана? Да, дочь моя, слышал я о том, о чем ты охотнее всего бы промолчала. Слышал я о кражах оружия и о засадах, и о солдатах с дубленой кожей, что бегут с его службы, чтобы предать его.
Князь выставил вперед палец, будто копье, и указал им на Нико.
— Вот он — законный сын и наследник Эбнецера! Ну, что скажешь на это, дочь моя?
У нее вырвался какой-то звук, похожий на шипение, — смесь гнева и презрения.
— Убей его! — воскликнула она. — Казни его здесь и немедля, и все сопротивление растает.
— Если Князь признает мое право на наследство, убить меня — преступление, — спокойно сказал Нико. — Если начнут казнить законнорожденных князей — чем это кончится? Какой князь сохранит тогда уверенность в своей жизни?
Я впервые услыхал, как Нико назвал себя князем. Не из-за этого ли он так часто ссорился с Местером Маунусом? Зачем ему нужно ставить на карту свою жизнь из-за власти над Дунарком? Но Нико хорошо понимал: Князь Артос будет дольше медлить, призывая палача, если речь идет о благородной крови.
Я облизал пересохшие губы. Во мне не было ни капли княжеской крови. У Артоса не было ни единой причины мешкать, когда это касалось меня.
Дама Лицеа бросила холодный взгляд на Нико. Затем повторила свое требование.
— Убей его, и все сопротивление погибнет вместе с ним!
— Или вспыхнет в десять раз сильнее, ибо его смерть воспламенит гнев народа! Он гораздо лучше послужит нам будучи заложником, нежели мучеником.
— Если ты слишком мягкосердечен, чтобы убить Никодемуса, отдай его мне.
Князь покосился на Местера Вардо, по-прежнему стоявшего рядом.
— А как полагаете вы, Местер? Приказать ли моему палачу сослужить Дракану службу и убить его соперника? И пусть это драконье отродье, взращенное моей бессовестной дочерью, поднимется еще на несколько альнов?
— Мой господин Князь сам сказал это, — учтиво ответил Вардо. — «Не нужно ничего выбрасывать до тех пор, покуда это может пригодиться». А вдруг наследник рода Равна окажется особо полезен. Если его хорошенько выучить!
Князь Артос придирчиво разглядывал Нико, словно тот был книгой, в которую он пытался вчитаться.
— Скажи мне, юный Равн, ты любил своего отца?
Вопрос этот застал врасплох Нико, и это понятно.
При чем тут отец Нико? Кроме того, я знал, что ответить на этот вопрос для Нико совсем не так просто из-за того, что случалось меж ними.
— Он мне отец! — в конце концов ответил Нико.
— Да, по крайней мере, это известно. Это куда больше того, что может сказать про себя Дракан.
Князь закашлялся, так что я на миг подумал, что он подавился. Потом меня осенило, что так он смеется.
— Думаю, моя дочь вряд ли любит меня, — сказал он. — Но, чтобы служить, любить нет необходимости. Да и вообще это лишнее. Но ведь она не была и соратницей.
Он покосился на даму Лицеа, и та ответила на его взгляд упрямой гримасой. Затем он снова обратил свое внимание на Нико.
— Если я оставлю тебе жизнь, юный Равн, ты станешь служить мне?
Нико некоторое время помолчал. Слишком долго… Затем покачал головой:
— Этого я обещать не могу!
— Гм-м, — проворчал Князь. — Вижу, ты более честен, нежели умен. Я умею ценить честного человека. Жаль, что такого рода людей встречаешь редко. Ну, а если я освобожу тебя? Если я введу тебя в права владетеля Дунарка?.. Что скажешь ты тогда?
Дама Лицеа почти зашипела:
— Господин мой Князь, это не может…
— Молчать! — шикнул на нее старец, и дочь его, прикусив губу, смолкла.
Да, Нико был честен, но глуп он не был.
— Под чьим верховным владычеством? — спросил он.
— Под моим! — ответил Князь Аргос. — И… Дракана! В его руках войско. Право меча тоже следует признавать!
Не бывает так, чтоб тебе перевалило за девяносто и ты не мог бы схитрить. Если Нико согласится на это, сопротивление предводителя дружинников Дракану рухнет, как старая, негодная кирпичная постройка. Тогда ведь законный наследник будет сидеть как Князь, владетель замка-крепости в Дунарке. А то, что Дракан будет по-прежнему верховным владетелем, господином всего прибрежья, — это другое дело.