15
«Дорогой Кадаш!
Доброй тебе ночи, так как пишу уже ночью и моя просьба к тебе безотлагательна.
Но обо все по порядку. По получении твоего письма, мы пригласили Тишана Райена в сад. Мы, это я и Калин. Да, ты как всегда оказался прав, молодой человек открыт и прямолинеен. Даже можно сказать честен. Но во внимательности ему не откажешь. Что касается его магического дара, то я бы очень осторожно назвал его просто «магическим». Скорее «природным» и «магическим» одновременно. Наши с тобой навыки базируются на управлении внешними магическими и психическими потоками пространства. Его же дар скорее формируется изнутри, и не очень зависит от состояния магического фона вокруг. Как я это понял?
Мы намеренно подвели его к Беседке Пустоты. Помнишь, надеюсь? В ней блокируется, как ты знаешь любая магическая активность. Так вот, Райен почувствовал медь моментально. Более того, он сказал об этом вслух. Даже не понимая, насколько открывает себя! Синяя медь на него не действует. Либо он улавливает какие-то совершенно иные потоки пространства, о которых мы нечего не знаем и медь их пропускает. Либо его организм генерирует какие-то свои магические излучения, о которых мы тоже ничего не знаем.
Суммировав все сказанное, несложно сделать вывод, что мы столкнулись с чем-то давно забытым. Или же с новой мутацией. И то и другое, конечно, хотелось бы меньше всего.
Поэтому, будет у меня к тебе огромная просьба. Покопайся в Академической библиотеке. Насколько я знаю, в нижнем зале, книги и свитки просто скинули навалом, натаскав их со всей Вессалии после войны. Я понимаю, ты очень загружен, но нам необходимо знать о способностях молодого человека как можно больше. Будут какие-то новости, непременно сообщи. Посылаю тебе в подарок артефакт связи. Не благодари. Когда он разбудит тебя среди ночи, я с удовольствием послушаю слова твоей искренней благодарности в непередаваемых выражениях, на которые ты такой мастер.
Касандр Лоран».
День пятый
День пятый
1
Утро для меня выдалось не ахти. Начать с того, что снились мне кошмары один другого страшнее, от которых я раза три просыпался в холодном поту. Разболелось порезанное запястье - я кое-как промыл рану отцовским снадобьем, сунутым мне в баул, и потому, когда в дверь постучали, я чуть было не схватился за кинжал, так и висевший на ремне - спал в одежде. Хорошо хоть грасту отцепил.
Кое-как доплелся к двери, открыл, увидел служанку, державшую выстиранную одежду, забрал, пробормотав «спасибо», и снова закрыл дверь. Как оказалось, не на ту нарвался. Я служанку имею в виду. Она настойчиво постучала снова, заулыбалась в проеме вновь открывшейся двери и заявила, что через полчаса меня ждут на завтрак. И подхватив юбку, стремительно удрала по коридору.
Ханур заинтересованно вылез из-под кровати, как только прозвучало волшебное слово «завтрак», и зевнул, показывая пасть полную острых желтоватых зубов. При виде загнутых внутрь клыков этого зверя, я тут же вспомнил Грая. Н-да, повезло так повезло...
Не буду рассказывать, как умылся и привел себя в порядок, как пришел в столовую вместе с настырным подопечным, как двое мальчишек блестя от восторга глазами, тискали ханура и, в конце-концов, он удрал от них под стол, а они успокоились только тогда, когда на них прикрикнула мать. Позавтракали все, даже зашипевшая на зверька толстая кошка, на которую он не обратил ни малейшего внимания.
При попытке расплатиться с купцом Рафилем за постой - как его зовут я, к своему стыду, узнал только за завтраком, его по имени позвала жена - он удивленно поднял брови, сказал, что я уже заплатил за всё, и очень щедро, что он рад знакомству со мной, и его дом для меня всегда открыт, и что он всегда готов стать опорой нужным людям короля, если возникнет в том насущная необходимость. Посоветовал заехать в Торговые ряды, к его другу Тамиру и прикупить все необходимое в путешествие и последующую работу в приграничном городке, а также обязательно нанять хотя бы одного охранника в Бойцовской Гильдии, где начальствует его хороший знакомый Рават. Мол, без охраны меня на тракте остановит любой патруль и заставит заплатить штраф в три раза превышающий оплату за полное сопровождение.
Собрав вещички и перемотав запястье свежим лоскутом порванной, для этих целей, рубахи, я выехал на отдохнувшем и вычищенном лошарике за ворота. Мне помахали ручками на прощанье, пожелали удачной дороги, и вместе с хануром на плече я поехал в Торговые ряды. Хорошими советами пренебрегать не стоит.
2
По дороге, решил зайти в обменную лавку, плюнув на предостережение серого эльфа, и в четвертой, где менялой был обычный человек, достал из кошеля три монеты на размен. Мрачного вида мужик, глянув на прилавок, без разговоров выложил десять монет, сгреб мое серебро, и только тогда посмотрел на меня вопросительно. Чего еще, мол, надо? А надо было хотя бы половину разменять на медь - не буду же я серебрушками за пару портянок рассчитываться. Меди оказалось много, и меняла со зверским выражением лица, достал из-под прилавка крепкий кожаный мешочек, сунул мне его в руки и буркнул «подарок от заведения», в его исполнении прозвучавшее как «чтоб ты подавился». На мой вопрос, чем его так достало это утро, он глянул на меня из-под бровей, сплюнул куда-то под стол, но все же произнес загадочную фразу: «Мутные достали». Я не стал настаивать на переводе. Вышел из лавки на улицу, где меня ждал хвостатый зверь, выполняя роль охраны для лошака, вполне довольного жизнью.
А вот в шумных и людных Торговых рядах я растерялся. Такого количества нужного и ненужного барахла я еще не видел. Проездив туда-сюда с полчаса, я не выдержал и спросил у первого попавшегося бродяжки, где найти Тамира. Бродяга противно захихикал, ткнул пальцем мне за спину, покосился на перевязь с оружием и, шмыгнув носом, растворился в толпе.
Просто надо было повернуться.
Над распахнутой настежь дверью небольшого заведения была приколочена доска с кривой надписью «У Тамира», а около двери на небольшом табурете с хитрым прищуром сидел, по-видимому, ее хозяин. Мои телодвижения он видел, и с интересом ждал продолжения. Ясное дело, я тут же сослался на Рафиля и буквально за руку был уведен внутрь.
Искусство торговли для меня недоступная территория, на которой совершенно спокойно обитают некоторые уникальные индивидуумы, которых можно с легкостью назвать гении своего дела.
Болтая без умолку о вчерашней жаре; о сегодняшнем ветре - при котором и в море никак не выйти; о знаменитой колюшке, которая подошла косяком к побережью; о соседской собаке, утащившей у мясника в продуктовых рядах здоровенный шмат, Тамир ненавязчиво выспросил у меня куда я еду, кто я такой и что хотел бы себе купить для дальнейшего житья-бытья.
Буквально через час я уже упаковывал все, что действительно понадобилось бы мне в дороге. Вещи нашлись быстро, соответствовали заявленному качеству, были просты и удобны и стоили приемлемую, для подобных изделий, цену. Как оказалось, Тамир бывал во многих укромных уголках Вессалии, ходил с обозами в Алар, на своей шкуре испытал северный холод Островов, а потому давал мне советы дельные, краткие, не испытывая мое терпение и не пачкаясь обманом или глупой похвальбой. Я был благодарен ему, а он был доволен внимательным и, конечно, платежеспособным мной.
Напоследок, он предложил мне небольшой закрывающийся короб с лямками, который можно было крепить к седлу. Для хвостатого непоседы. На вопрос о цене за подобную вещь, он как-то ссутулился и покачал головой:
- За короб мне денег не надо. Не мной куплено, не мне продавать. А отдать могу.
Я не стал давать упрашивать себя, а ханур согласился со мной, шустро юркнув в предложенные апартаменты.