Ну-с, куда это мы, в очередной раз попали? Спросить не у кого, а будить этих двух умников не хочется. Подождем. Заодно поспим. Опять, да. Уснул я, и увидел сон, в котором два огромных волка зашли в башню, обнюхали всех нас, пофыркали, наверное так пообщались между собой, и снова ушли.
Во второй раз я проснулся от запаха. Он распространялся по башне с настойчивостью налоговых приставов, пришедших за многолетним долгом. И так же неумолимо лез в нос, дразня голодный желудок. В котелке, висевшем над огнем на железных прутьях, варилось что-то невыносимо вкусное. Мясное, аппетитное и… короче, очень захотелось этот кулинарный шедевр попробовать. Точнее съесть все, что там, в котелке было. Рот мгновенно наполнился слюной, глаза открылись, а взгляд сфокусировался на… насмешливой физиономии Машки, который снимал котелок с огня.
— Вставай, соня, — фыркнул он.
— Вы меня с кем-то перепутали, — ворчливо выдал я информацию к размышлению для этого кота персонально, — Меня зовут Тишан Райен, если что.
Я полез в свой баул за ложкой, удивляясь, что еще недавно баула здесь не было, а теперь все мои вещички находились рядом. Никто другой кроме Машки его сюда притащить не мог, а значит, он несколько раз возвращался к выходу из подземного тоннеля. Если судить по замечательно бледным лицам магов-проверяющих, которые тоже проснулись и с интересом принюхивались к благоуханиям из котелка, принести наше имущество они, ну никак, не могли.
Пончик, что удивительно, на запахи не реагировал, а продолжал дрыхнуть на соломе. Если я правильно понял — а я правильно понял — он уже отобедал. Тем, чем его одарила Хозяйка Охоты.
Ложка нашлась быстро, и еще быстрее я подсел к снятому с огня вареву. Кстати и Крисс с Салибом оказались не берестой шиты, ложки у них тоже были, и по скорости доставания сих предметов они мне не уступили. Вот ведь что голод животворящий… э… который не «тётка», делает!
В общем, ели мы молча. Обжигаясь, дуя на горячую похлебку, стараясь не пролить ни капли.
Крисс выглядел не то чтобы плохо, а очень плохо. Он до пояса был раздет — Машка постарался, наверно — на животе и ребрах бурыми пятнами засохла кровь, но свежий изломанный шрам был уже покрыт жесткой коркой. Лекарь заметно истощал, словно не ел уже неделю и его руки тряслись. Но несмотря на всё это глаза блестели огнем любопытства.
Зато Салиб был хмур. Одежда на нем наблюдалась в полном комплекте, правда порванная в лоскуты и выпачканная грязью. Он пострадал меньше Крисса, но правую ногу серьезно подволакивал. Ну и воняло от всех нас недурственно.
Машка молча наблюдал за нами но к похлебке не притрагивался.
— Ты, Машал, ждешь, когда на нас отрава подействует? — спросил лекарь, зачерпывая полную ложку.
— А то. Заодно вы мне обо всех военных и государственных тайнах поведаете. С грибочков-то, языки и не на такое развязываются, — Машка был сама любезность, но Салиб поперхнулся. Зато Крисс, продолжая увлеченно жевать, как ни в чем не бывало, спросил:
— Какого вида грибочки-то?
— Да, кто их знает. Какие попались, такие и кинул. А вы, уважаемый, с какой целью интересуетесь?
Лекарь улыбнулся, но промолчал. А мне стало интересно, когда это наемник успел и мясом запастись и грибов насобирать. Хорошо, хоть воду искать не надо. Она в самой башне есть. Махонький родничок, прикрытый валуном. Мне даже любопытно стало, каким образом в монолитной скале появилась вода. Да не просто между трещин в гранитной породе, а цельный поток, поднимающийся вверх. Чудеса, да и только. Правда, спросил я о другом:
— Маш, а сколько мы тут провалялись?
Парень посмотрел на меня как-то странно:
— Ты провалялся полный оборот. Сутки, то-бишь. А эти… — он замялся, вызвав настороженные взгляды магов, — Только ночь.
— Это значит, ты нас на съедение местной фауне оставил, когда мы в отключке были? — вскинулся Крисс, — А потом совесть замучила и сюда притащил?
Я так и не понял, чего в словах лекаря было больше, насмешки или беспокойства. Но вот Машкин ответ заставил меня замереть от неожиданности.
— Не. Не совесть. Я просто не знаю, как ваши игрушки активируются. Спросить вот хотел. А то нажму чё-нить не туда, и поминай как меня звали, Машала Раса, подданного его величества, короля Вессалии, Калина Первого.
Внезапно лэр Отар Салиб, несмотря на бледность, резко подхватился с места и, хромая, рванул к вещмешку. Чем вызвал удивление Крисса и искреннюю заинтересованность Машки. Артефактор довольно долго копался в своих вещах, потом вывалил шмотье прямо на каменный пол, раскидал, но по-видимому не нашел то, что так интенсивно искал. Обхлопал себя по куртке, по штанам, даже ботинки снял и стельки вынул, и, со злой прищурью, уставился на оборотня.