Слова Чистовой летели в его голове бесконечной, сумасшедшей каруселью, и с течением времени начали вызывать всплески паники. Он ничего не знал о ее планах, не знал, чего она ждет от сегодняшнего вечера, но хорошо знал, что от него потребуется какая-то услуга — во время их короткого разговора Наташа достаточно ясно дала это понять. От Сканера не укрылось, что в ее речи стал проскальзывать странный старинный пафос, она употребляла не свойственный ей прежде выражения, и иногда ему казалось, что с ним разговаривает кто-то, не принадлежащий текущему веку.
Он вздохнул, рассеянно шагнул в сторону и наступил на платье какой-то пышной шатенке, проходившей мимо, и ткань платья едва слышно треснула. С трудом проговорив извинения разгневанной женщине, он поспешно ретировался с места происшествия, не глядя, куда идет, а, остановившись и подняв глаза, увидел, что оказался почти рядом с выходом в холл. Выход притягивал его, как магнит. Пройти туда, там длинный холл с рядом ниш и квадратной колонной в центре, а в конце — тяжелые двери с литыми ручками, а за ними — безопасность.
Сканер заставил себя вернуться в центр зала, но там его взгляд устремился на ряд огромных арочных окон, задернутых тяжелыми вишневыми портьерами. Выругавшись про себя, он отвернулся, машинально положив ладонь на левую сторону груди. Там, под френчем, в кармане рубашки покоилась плоская бутылочка с авиационным керосином, и он постоянно проверял, надежно ли она закрыта. Достать керосин Сканеру, при довольно жесткой ограниченности его передвижений, стоило большого труда, но Чистова попросила, и он сделал. Нельзя ее злить, нельзя… Только зачем он ей — не собирается же она поджечь ресторан? Впрочем, это не его дело. Не его дело. Изо всех сил стараясь не смотреть на дверной проем и на окна, Сканер снова начал разглядывать гостей. Пробегая по одному из мужчин, его взгляд дернулся и на мгновение вернулся обратно — человек, стоявший довольно далеко и вполоборота к нему, показался ему смутно знакомым — то ли черты лица, то ли манера держаться напомнили что-то. Высокий, в обычном для охранников темном костюме, мужчина был абсолютно лыс, что компенсировалось густой короткой черной бородой, которой его лицо заросло почти до глаз. Несколько секунд Сканер пристально смотрел на него, потом отвернулся. Может, и вправду встречал где-то раньше — какая разница? Он начал наблюдать за женщинами — не промелькнет ли какая-нибудь похожая на Яну?
Когда Сканер отвернулся, Андрей еще некоторое время наблюдал за ним боковым зрением, пока не убедился, что не был узнан, потом чуть повернулся — в ту сторону, где его взгляд минуту назад оставил Чистову. Она была окружена плотным кольцом людей, что, впрочем, не могло быть для него помехой. Дело было в другом — ничего нельзя было предпринимать, пока Наташа не наведет его на свои картины. Он не сомневался, что картины уже спрятаны где-то в ресторане, но где именно — не знал. Оставалось только ждать. Андрей вскользь посмотрел на бывшего начальника, стоявшего рядом с женой, и отвернулся.
— Ты доволен? — произнесла тем временем Инна Баскакова, улучив момент, когда рядом никого не оказалось, кроме охраны. — Половине гостей уже скучно, а что будет к середине?! Несколько лет подряд мы прекрасно справляли все в «Орхидее», с чего вдруг?! Мне нравится здесь бывать в тесном кругу, но устраивать массовые гуляния!..Ты же сам ненавидел все эти представления!
— Именно представления. Почему бы не развлечься иногда? — Виктор Валентинович улыбнулся, но улыбка была безадресной и скользнула мимо жены. — Аристократизм хорош, когда он идет из души, от сердца, когда в крови еще хоть что-то осталось. А вот это, — он кивнул на гостей, — какой это к черту аристократизм. Обстановка и одежда не делают из человека аристократа, а настоящей породе и маскарад не нужен. Ничего, пусть помучаются! Очень забавно наблюдать, как сейчас они пыжатся… а вскоре половина этой утонченной знати будет лежать мордой в салате, доставать музыкантов и глупо орать «Ой, мороз, мороз», кто-то обязательно подерется… а дамы — представляешь, как начнут вести себя дамы? Стая пьяных позолоченных кошек. Век аристократизма умер, а из быдла аристократов не сделать. Не те времена… Даже те, в чьих жилах якобы течет княжеская кровь, откалывают номера, верно?
Инна слегка покраснела, и ее глаза зло блеснули.
— Мы же договорились…