- Ты домой завтра летишь или здесь остаёшься?
- С чего вдруг?
- У модельки твоей отпуск, как я понял, у тебя тоже.
- Отпуск мы ещё не обговаривали, - чувствую, как нарастает раздражение, не только потому, что лезет не в своё дело, но потому, что понимаю к чему клонит, и он прав.
- Здесь лучше не маячить. Ты, конечно, себе гемор нашёл.
- Почему?
- Сам не знаешь, что ли. Папарацци теперь из-за каждого куста снимать будут.
Он открывает в телефоне свежую статью, уже состряпанную каким-то интернет-изданием, и протягивает мне.
На весь экран красуется фотография с нашим поцелуем с подписью: «Победный поцелуй: чемпион UFC и топ-модель ярко отметили победу».
«Едва покинув клетку, после сокрушительного нокаута Дэвида Даррелла, российский боец, Рамиль Умаров по прозвищу Dark, доказал, что он силён не только в октагоне. Без слов, чемпион заявил о своих правах на одну из самых желанных невест страны, а возможно и мира - топ-модель Мию Рахманову. Их страстный поцелуй на глазах у многотысячной толпы и десятков камер мгновенно разлетелся по сети, отодвинув на второй план даже самую эффектную победу вечера. Похоже, у «Тёмного» чемпиона появился новый, шикарный трофей».
Поднимаю глаза на брата, знаю его отношение к таким, как Мия, я и сам всегда считал, что с публичными девушками можно, но по-тихому и не всерьёз. А теперь в душе такой бардак. Сам себя не понимаю, как изменил собственным принципам, как она за такое короткое время снесла мне голову.
- Знаешь, что самое хр*новое? - говорю Тамиру. - Что я не жалею. Плевать на эти таблоиды и сплетни, я хочу быть с ней и я буду.
- Я не отговариваю, просто не понимаю - нельзя было её тихо, без пиара трахать?
- Я её не трахал.
Его лицо становится озадаченным, брови ползут вверх.
- У нас ничего не было.
- Пизд*ц, Рамиль... Совсем поплыл. Ты что, влюбился?
- Чёрт его знает, как это называется. Башню снесло, а я кайфую.
- То-то я и смотрю, что с башней проблемы, - вздыхает, смиряясь. - Чудесной ночи, чемпион.
Хлопает меня по плечу и уходит, а я возвращаюсь в номер и не выходя на террасу, упираюсь о косяк двери.
Мия сидит спиной, красивая поза нога на ногу, в коконе длинного платья, выдаёт годы работы над собой. Она не играет, она так живёт, эффектно неся себя не только в массы, но и вот так, в кругу самых близких. Невозможно красивая, чистый криминал, и да, я хочу, чтобы она была моей. А я привык брать, что хочу.
Словно почувствовав, она поворачивается. Поднимается и подходит ко мне. Заключаю в объятия, не обращая внимания на болтовню за столом, касаюсь губ.
- Пойдём ко мне, - шепчу в губы, утыкаясь лбом.
- Ты не устал?
- На тебя сил хватит, - улыбаюсь многообещающе.
- Пойдём...
Рамиль
Низ живота сводит сладким спазмом предвкушения. Резко, почти болезненно.
Прощаемся с нашими на террасе, беру её за руку и вывожу из номера.
Мой недалеко, через две двери, но я всё равно ускоряю шаг. Долгое воздержание орёт фанфарами в голове, я дико её хочу. Это больше, чем похоть, это выстраданное, выжженное в мозгу чувство, которое сейчас детонирует наружу с силой разорвавшейся бомбы. Каждый нерв оголён, каждая клетка хочет ощутить её вкус, запах, услышать такой желанный стон, а затем крик...
Вставляю ключ-карту в замок.
Щелчок.
Толкаю дверь.
Втягиваю её за собой в тёмный коридор и, едва дверь захлопывается, прижимаю к стене.
Не грубо, но властно. Руки находят её бёдра, сжимают, прислоняюсь всей массой, целую. С сумасшедшим напором, захватывая в плен не только губы, всю целиком хочется присвоить, затрахать до потери пульса.
Отрываюсь, дышим горячо. Воздух сгущается, становится тягучим и сладким. В темноте чувствую биение её сердца, частое-частое, как у пойманной птицы. Так же стучит у меня в висках.
Её пальцы впиваются в мои плечи, прижимаюсь лбом к ее лбу, глаза в глаза. В полумраке её зрачки расширены, в них плещется та же буря, что крушит меня изнутри.