Но, принимая душ, ловлю себя на том, что в какой-то мере кайфонула от того, что не узнал. Когда разглядывал, смотрел сугубо, как на женщину, оценивал меня, а не мой статус, известность или возможные перспективы.
На ресепшене уточняю, почему не поставили в известность о закрытии зала на спецобслуживание.
- Прошу прощения, забыла сказать вам... - мнётся администратор, - Я была уверена, что все уже ушли. У нас тут спортсмены тренируются после семнадцати, Татьяна Васильевна сказала, что у вас зал всегда в первой половине дня.
- Бывают исключения. Будьте внимательны в следующий раз, вы меня поставили в неловкое положение.
- Извините, ради Бога, - тушуется девушка, - больше не повторится...
Киваю и иду на выход.
- Эм.. а можно у вас автограф попросить? - прилетает вслед.
Поворачиваюсь.
- Можно.
Откажи, завтра будут всем коллективом обсуждать, какая Рахманова стерва, и смотрит на простых смертных свысока. Кого волнует, что я дико устала, меня только что опустили ниже плинтуса, и я больше вообще не хочу заниматься в этом зале, но никто не спросит о моих желаниях. На работе личное оставляем за кадром.
Она тащит мне журнал с моей фотографией на обложке, со стопки на журнальном столике, стоящем около диванчика для посетителей, и протягивает маркер.
Расписываюсь и отдаю.
- Спасибо большое, - сияет девушка.
- Пожалуйста.
Выхожу на улицу, вдыхаю свежий воздух и немного отпускает. Закидываю спортивную сумку в багажник и, переваривая происшествие, еду домой.
Рамиль
Пока задержался добить штангу, после тренировки, воду мою черти спёрли в раздевалке, ещё и не признаются кто.
- Вы чо, бл*дь, нюх потеряли? - смотрю на каждого по очереди, но в ответ лишь ухмылки на рожах. Команда у нас еще та подобралась, вечно все на приколах, сам такой.
Свят выходит из душа, тянет своё полотенце с лавочки и заворачиваясь, улыбается.
- Это точно цыпа, которую ты вынес из зала, пробралась в раздевалку и свистнула.
- В отместку, - добавляет Ибрагим.
- Угу, больше некому, - снимаю потную майку, швыряю в пакет для грязного.
- Точно тебе говорю, посмотри, может, ещё что пропало, например мозги.
Все ржут, я тоже.
- Пошёл ты!
- Ну признавайся, поплыл? - лыбится Свят. - Зачётная тёлка, сам бы куда-нибудь уволок. До утра, - уточняет, с подъ*бывающей миной, ожидая реакции.
- И была у него жена и девять жизней, - вклинивается Рома, под ржач пацанов. - Одну уже считай пр*срал.
- У фантазий нет брачных обязательств, - отшучивается Колчин, он один среди нас женатик.
- А Иришка в курсе? - снова вызывает смешки Громов.
- А правда, Тёмный, зачем девочку спровадил? - выходит из душевой кабины Влад. - Пусть бы порадовала глаз, она нас всё равно не видела, так красиво бежала, - смеётся.
- А Тамиру потом Курбанов голову снесёт, вы забыли, что мы под камерами теперь? - напоминаю новые правила.
- М-да, разозлили Шамильевича...
Две недели назад тренер распорядился поставить камеры в зале. Наши, пользуясь случаем, что он сломал ногу и находится на восстановлении дома, приводили туда ночью тёлок, потому что клуб, в котором зависаем чаще всего, в паре шагов. А сторож на одну такую оргию наткнулся и Курбанову слил.
Щепки летели, хватило всем. Ещё и брат огрёб за то, что с нами тусит время от времени, и распустил бойцов.
Тамерлан раньше за нашу команду выступал, а полтора года назад получил травму, несовместимую со спортом. Сделали несколько операций на сухожилии, но так и не смогли привести его в норму. Теперь он второй тренер в команде.
Вот сегодня, как раз попросил меня подменить, сам полетел в Сочи к семье. У него там жена и дочка, малыхе столичный климат не подходит, вот и живут на два города, но чаще Тамир туда мотается.
Я бы, конечно, забил в другой ситуации, все взрослые мужики, сами знают программу тренировок и что кому необходимо. Но под камерами ж, мать твою, куда денешься. Шамилевич у нас мужик конкретный, сказал - выполняйте.