Грустно осознавать, что эта крепкая девушка ломается внутри. Я коротко киваю, за что получаю уставшую лёгкую улыбку.
Мы разошлись по комнатам сразу после разговора. Она осталась спать в гостевой комнате, я направилась к себе.
Всю ночь я думала о том, что произошло и что случилось бы, если Тибби не поцеловал меня. Я искренне удивилась за стойкость подруги, которая пыталась защитить и себя, и меня от нападков этого дьявола.
Мы с Лилит очень близки друг другу, каждый свой первый шаг, свое действие, не происходит без ведома другого. Она часто оставалась со мной, когда родители оставляли меня одну. Приносила мне всякие сладости, заменив мне сестру, которую я очень хотела. Мне было жаль о том, что ей пришлось пережить год назад.
Страх для меня всегда являлся составляющей обычной людской жизни. Я пыталась смотреть на вещи здраво, спокойно расценивают ситуацию. Никогда не понимала людей, которые так яро бояться чего-то, кого-то, если бояться нужно только себя. То, что внутри каждого из нас.
Утром было тяжело вставать, но мы это сделали. Правда, стоило мне поднять голову с подушки, как Лилит снова уронила ее и спокойно продолжила ловить сон пока я собиралась пойти в ванну и навести порядок со своим лицом и волосами.
Второй пункт о Лилит в моем списке “Идеалы Лилит Мик” - ей не нужно краситься, как остальным нашим одноклассникам и подругам. Ее большие зеленые глаза прекрасно ладили с густыми идеальными бровями, ресницами и несколькими веснушек в складки носа между бровями. Она в жизни не ставила эксперименты над своим телом. Ни разу не красила свои обсидиановые волосы, не выщипывала брови и не качала и так пухлые губы.
Из всех этих прелестей я имела лишь густые ресницы, да волосы. Впрочем, до остального мне и не было дела. Я красилась когда этого хотела ну или ходила в школу как алкашка, после недельного запоя. Всегда было наплевать на то, что скажут люди и каким взглядом меня будут провожать дальше.
Я вошла в ванную, умылась почистила зубы и расчесала волосы. Все мои действия закончились быстро, когда я вернулась, подруги уже не было в комнате, кровать была заправлена, а по дому витал запах еды, которую Лилит умела очень вкусно подать. Я уже и забыть забыла об инциденте который произошел с нами, когда увидела довольную девушку, которая запивала вкусный круассан свеже-сваренным кофе.
- Заказала через дорогу, - ответила Лилит на мой немой вопрос глазами и протянула мне тарелку с лакомством. - Но ты можешь взять салат, я и его приготовила, - рукой девушка махнула в сторону кухонной гарнитуры.
Я поставила салат в холодильник и села поедать круассан вместе с подругой.
- Мисс Мик тебя не потеряла? - кидаю мимолётный взгляд на девушку, снова перевожу глаза в окно где шел проливной дождь. Скоро зима, а Орландо никак не хотел отпускать эту чертову осень. Она и так засиделась у нас.
- Ты знаешь, она не особо волнуется где я и с кем, если знает, что рядом всегда ты.
Киваю. Так и есть. Если Мик нужно было выгораживать перед ее матерью в ход шла моя личность и убеждения Лилит о том, что она со мной, а значит все хорошо. Почему? Мик невозможно остановить и есть только один человек, кто сможет это сделать.
- А что с твоими родителями? - Ли шумно ставит кружку на тарелку и внимательно смотрит на меня. Ее взгляд пронзает каждую мою кость доставая до души. Сердце больно защемило от упоминания их, но я не осмеливаюсь смотреть на подругу.
- Мама редко звонит сейчас. Говорит, что отец настроен решительно на выздоровление, но его голос говорит об обратном.
- Гвен, ты сама себя изувечиваешь.
Перевожу взор на девушку которая все так же серьезно смотрит на меня. Порой мне кажется, что ей не шестнадцать я а двадцать два и она мой личный психолог.
- Лилит, прекрати. - Умоляюще тяну я.
- В конце концов, в случае чего, ты не останешься одна. У тебя будет мама, я и Арчи.
Я промолчала. В случае чего... Я бы искренне хотела, чтобы эта фраза не прозвучала никогда больше в моей жизни. Я часто задумывалась о смерти отца и о смерти ближних. Жизнь не вечна и все, что в ней происходит не просто так. Кто-то расплачивается за ошибки получая жизненный опыт, кто-то был послан Богом, выполнить его миссию, а эти люди не живут счастливо и иногда я задумываюсь, что принадлежу ко второй половине.
Я часто задавалась вопросом, зачем давать какие-либо оправдания душевной боли, если это есть и это убивает. Я бы хотела взглянуть человеку в глаза, который сказал о том, что вещи умерших несут их душевную ауру. Люди верят в это, верят в этот бред. Нет никакой чертовой душевной ауры. Есть только человек и он будет пока не наступит его конец. Мы лишь ищем себе утешение, ищем оправдания, способ чтобы затупить ту ноющую боль, которая не даёт спать, думать. Мы оправдываем всеми способами, что вещи, принадлежавшие умершим - они сами. Душа покоиться там и они всегда с нами. Это ошибка, но только так люди могут нести то тяжёлое бремя, когда теряют самое близкое, самое нужное, самое родное.