— Ургх! Ургх.
Не оборачиваясь, Олег отпрыгнул, почувствовав дыхание промчавшегося мимо коня. Свистнул меч, но Олег уже был сбоку от всадника. Конь остановленный сильной рукой поднялся на дыбы, воин развернул его и двинулся на пешего человека, осыпая его ударами. Один Олег пропустил. Доспехи выдержали, но рука онемела, кривясь от боли, Олег отскочил в сторону, выигрывая драгоценные секунды.
— Ургх — выдохнул всадник и вынырнувший невесть откуда сержант воткнул ему в живот копьё.
Тут всё кончилось. Нападающие повернули коней, и отхлынули назад от расстроенных рядов.
— Что? — хрипло спросил Олег, озираясь по сторонам.
Подоспевшая на выручку пешей колонне конница промчалась мимо и с воплем устремилась за противником.
— Кончено — ответил сержант, вытащил меч и подойдя к корчащемуся на земле всаднику ловко перерезал ему горло.
Рука ныла. Олег пошевелил пальцами. Перелома не было. Оглянувшись, он в двух шагах от себя увидел поверженного им врага. Подойдя к трупу, Олег с удивлением увидел, что показавшийся ему великаном, противник на самом деле низкорослый и совсем не страшный. Лицо, обезображенное гримасой ненависти, было совсем молодым.
— Раз — прошептал в мозгу вкрадчивый голос. — Сколько ещё раз ты убьёшь Олаг из другого мира.
— Здорово ты его свалил — подошедший солдат, нагнувшись, снял с убитого золотую цепь и протянул Олегу. — Да, неплохая добыча.
— Не надо — покачал головой Олег, чувствуя, как подкатывает к горлу тошнота.
— То есть? — оторопело спросил наёмник — Ты что, хочешь всё это здесь оставить.
Солдат небрежно пнул ногой труп.
— Это золото для сотни. — Олег поглубже вздохнул, снял шлем и подставил лицо солнцу — Вечером выпьем, за возвращение домой.
— Э-э! Не у всех есть дом. — Наёмник тоже посмотрел на небо, а потом закричал — Ребята! Давай сюда. Помогите раздеть эту собаку!
Олег отошёл в сторону.
— Я могу идти! Я могу идти!
— Да держите его!
Нога наёмника была сломана кость выпирала из под кожи, а наёмник всё пытался встать, одновременно вырываясь из рук двух других наёмников.
— Не надо.
— Тонкий стилет вошёл раненому прямо в сердце и он вздрогнув затих уронив голову на грудь.
— Вот так вот — сержант, спасший Олегу жизнь, равнодушно наблюдал за сценой. — Пользуясь передышкой, он что-то жевал, челюсть его покрытая седой щетиной мерно двигалась — Коротка жизнь наёмника.
— Зачем раненых добивать. Не чужие же.
Сержант обернулся и посмотрел на Олега пустыми голубыми глазами.
— Может, ты его на себе понесёшь? Нам идти ещё двадцать чангов до привала. Он знал, какие законы у серого братства и ты знаешь. Ты или идёшь или мёртв. Иди в свой десяток, сейчас выступаем.
И вновь потянулась колонна в пыли дороги. Шли солдаты, громыхало железо доспехов. Куда ты идёшь солдат? Куда ты тащишь килограммы железа и свою ничего не стоящую жизнь? Там впереди выстраиваются ряды таких же как ты, разворачиваются фланги и скоро лишь в угоду чьим-то амбициям с рёвом сойдутся полки. Ты идёшь умирать солдат? За горсть монет?
— Шире шаг! О бабах размечтались! Шагай солдат!
А ведь тебе не важно, куда ты идёшь солдат. Ты спрятался здесь, среди массы таких же, как ты отдал свою жизнь в пользование. И твоя цель…
— Шагай солдат!
Лиги становились всё длиннее, сохло в горле.
— Эй, в строю! Шлёмы не снимать!
Часы бредут ещё медленнее, чем колонны. Ползёт по небу солнце, проклинаемое тысячью высохших глоток.
Вот проскакал мимо посыльный, на тонконогом скакуне и волны зависти поплыли за ним. Куда ты идёшь солдат? За чем ты живёшь солдат? Ведь твоя цель…
— Шире шаг солдат! Шагай солдат! Шагай!
Ведь твоя цель отодвигается с каждым твоим шагом к ней.
Глава 24
Между противниками лежала поле. Широкое поле, ровное как стол. Несколько тоненьких деревьев играли листьями, словно приветствовали обе армии. Чуть в стороне возвышался поросший невысоким кустарником холм. Олег стоял в первых рядах и с беспокойством поглядывал в сторону холма. Лучники с этой позиции могли выбить весь левый фланг, а сбросить их оттуда было бы весьма затруднительно. Олег тяжело вздохнул. Их отряд швыряло с одного края на другой. Отступив после тяжёлого разгрома из Шадизара. Отряд отдыхал некоторое время в Элейе, вольном городе юга. Потом месяц тянулась нудная служба на востоке, где бесконечные ночные дежурства на полуосыпавшихся стенах, сменяли вылазки против неуловимых горцев. Наконец отряд погрузился на корабли и отправился на север. Король прибрежного королевства Одан, с трудом отбивающий нашествия Ледяных воинов раскрыл сундуки с золотом рассчитывая на помощь Серого братства наёмных отрядов. И вот теперь армия жестоких северных пиратов, которые сами себя именовали Ледяными воинами, стояла против десятитысячной армии Одана и шести тысяч наёмников Серого братства. Пиратов было много, поход Северных кланов собрал двадцать тысяч воинов. Вооружённые двуручными топорами, одетые в лёгкие кольчуги до колен или варёную кожу, в шлёмы с рыбьими гребнями и высокие сапоги они были страшными противниками в бою. Отступить для Ледяного воина значило покрыть позором не только себя, но и весь свой клан. С воем врубались они в ряды противника двуручными топорами и не щадили никого.
Олег переступил с ноги на ногу. Лиган, пожилой десятник стоявший в одном ряду рядом с Олегом усердно молился полузакрыв глаза. Олег не слышал, что старый солдат обещает Богу, но то, что Лиган выпрашивает себе жизнь, он знал наверняка. С другой стороны стоял Юрах, нервный южанин присоединившийся к отряду в Шадизаре. Он постоянно поправлял шлем, снимал и вновь одевал перчатки переставлял с места на место щит.
— Успокойся. — бросил ему Олег.
Юрх улыбнулся, сверкнув белыми, крепкими зубами и вновь поправил шлем.
Над рядами пиратов поплыл протяжный звук рога. Казалось какое-то морское чудовище, вынырнув из воды, ревёт грозно, требуя себе жертву.
— Началось, — выдохнул Лиган.
— Щиты! — пропел голос сержанта.
Шевельнулся строй на той стороне поля. Раскатился, провожая звук трубы, вой, и мечи северян ударили о круглые щиты.
— Хоррог! Хоррог!
Тяжёлый ритм ударов становился всё чётче.
— Хоррог, Хоррог!
Ряды пиратов качнулись вперёд, пошли плотной стеной на врага. За спиной Олега запели трубы.
— Лучники.
Снова проревел могучий рог и пираты, взревев, перешли на бег, размахивая мечами и топорами. Щёлкнули спущенные тетивы луков, звякнула, сомкнувшись, стена щитов. Стрелы дождём обрушились на наступающих, но те, перешагивая через трупы бежали вперёд.
— Стрелки дьявол им в душу! — выругался бледный ветеран десятник. — Только стрелы зря мечут! Крепко стоим! Держать ряд!
Воющая лавина северян, блестя сталью, катилась вперёд. Топоры, булавы, мечи требовали крови врага. Олег уже различал лица бегущих, открытые рты, пустые глаза, кожу и сталь доспехов. На Олега, вырвавшись чуть вперёд, бежали двое. Рослый рыжебородый великан и среднего роста крепыш в кольчуги причудливого плетения. Прямо в центр этой кольчуге ударила стрела и крепыш запрокинулся назад раскинув руки.
— Хоррог!
Лавина тел ударилась о стену щитов, разорвала, разметала в одном порыве линию наёмников, разбив литой строй на кучки сражающихся людей. Выругавшись, Олег отбросил короткий меч наёмника и вытащил из ножен Лунный луч. Рыжебородый сеял смерть, круша двуручным топором щиты, доспехи, шлёмы. В первые же секунды боя чья то кровь, фонтаном брызнув из под топора, причудливой маской легла на его лицо.
— Хоррог! — выл северянин.
Олег отбросив щит прыгнул ему навстречу. Ушёл от страшного полёта топора, ударил сам. Гибкий северянин не отступив ни на шаг одним движение отбил удар лезвием топора и зарычав ткнул оружием в лицо Олега. Отклонившись назад, Олег избежал удара. В это время с другой стороны на Ледяного воина бросился Юргх, крича, что-то на своём языке. Рычащий воин легко избежал удара и вогнал лезвие топора в бок солдата Серого братства. Затем он вырвал его одним движением как дровосек вырывает застрявший в дереве топор и не обращая внимания на внутренности наёмника потянувшиеся за изогнутым лезвием повернулся к Олегу. Олег, выкрикивая проклятия, обрушился на огромного воина. Меч и топор скрестились, длинная искра ушла в сторону от занывшей стали. Вот тут Олег изо всей силы ударил окованным железом носком башмака в пах северянину. Лицо Ледяного воина побледнело, огромные руки способные разорвать Олега как котёнка дрогнули, топор застыл на половине удара. Отскочив в бок, Олег с хрипом выдохнул воздух и опустил меч на спину противника. С тошнотворным стуком клинок вошёл в тело круша кости.