Олег часто собирал их вместе в отстроенной башне приграничной крепости, которую все продолжали по привычке называть Мёртвой крепостью. Они часами сидели возле камина, попивая вино, и болтали. Хохотал Горан, цвёл в улыбке стеснительный Киран поглаживая чашу золотыми пальцами, даже Родгар оттаивал и расслаблялся в кресле прикрывая глаза. Олегу никогда не было так хорошо как в эти вечера. Он наконец обрёл свой мир. После боли и потерь, после многих сражений крови предательства и страха, он получил его наконец, но не золотой чаше, а на острие меча. И когда он наконец почти успокоился, когда немного утихла щемящая боль в груди к нему вновь пришёл император…
… Император стоял самом верху огромной пурпурной башни замка, возносясь над Хендером. Ветер безжалостно трепал чёрные одежды развевал волосы, а император улыбался, глядя на притихший город. Здесь царил страх.
— Моя империя. Дрожащая притаившаяся, лежащая на брюхе перед своим властелинам.
Император подставил растопыренные пальцы ветру.
— Когда ни будь я вновь подниму свою армию мертвецов и вновь пройдусь по тебе разрушу то, что вы с таким трудом построили, отниму ваши глупые богатства, которые вы скопили пока я вас не трогал. Смету вас плодящихся, копошащихся на этой земле и пойду дальше. Вперёд и вперёд пока ужас не захлестнёт всю землю.
Император улыбнулся.
— Пока каждый из живущих, здесь не будет вздрагивать при слове.
Император приподнялся на цыпочки и выкрикнул в ночное небо.
— Император!..
… Олег проснулся и сел на постели.
— Ты вернулся? — прошептал человек.
Он шагнул к Олегу из темноты и заглянул в глаза.
— Я рад что ты жив — прошептал император. — Я знал, что ты победишь стража сокровищницы и начнёшь строить свою империю.
— Я не победил его, стража победил, наверное, самый слабый человек в этом мире.
Император покачал головой.
— Самый сильный. Ты не знаешь силу любви и преданности.
— Зачем ты пришёл?
Император улыбнулся и Олег вздрогнул.
— Поздравить тебя. Я слышал, как тебя нарекли императором наследник. А ещё я пришёл сказать, что пришло время великого похода. Через полгода армия Грасгаарта разобьёт армию Алонии и королевство падёт. Поспеши поднять свою корону.
— И что потом?
— А потом…
Гасло видение, разваливаясь на куски.
— А потом…
Олег подскочил на постели тяжело дыша. Привычно пришла тоска, заныл висок. Отбросив тяжёлое одеяло, человек встал.
— Корона. Вот она, совсем рядом моя хрустальная империя. За моей спиной те кто пойдёт со мной до конца. Я дойду до вершины. Моя жизнь станет размеренной и спокойной, утихнет сердце и ничего не потревожит его, потому что не будет больше страшных поисков, дороги по колено в грязи и крови.
Человек опять улёгся в постель, зарылся в одеяло и уснул. Он хотел увидеть себя в алых доспехах, на вороном коне подъезжающего к самому прекрасному замку на свете. Хотел увидеть на широком дворе самую красивую девушку на Земле, глаза которой будут широко распахнуты от счастья. Но вместо этого лязгнули в тяжёлом сне стальные алые ряды и зашагали на стену врагов, заскрипели натягиваемые тетивы луков и лучники с выкриком Йа-х, отправили в смертельный полёт стрелы. Вместо этого мелькнуло перед глазами собственное перекошенное залитое кровью лицо, и выкрикнули кривящиеся губы: — Шагай император! Мёртвые не умирают!
Глава 35
Мёртвая крепость пылала. Огонь вырывался из окон отстроенной башни, потрескивал, гудел ограниченный закопченными стенами из дикого камня. С треском обрушилась крыша конюшни, подняв в воздух облако искр.
Прошла зима, чуть подсохли дороги после весенней распутицы, и армия Олага стала собираться в путь.
— На Алонию!
Зов прозвучал, вскоре полки выступили из лагеря раскинувшегося вокруг Мертвой крепости, которая запылала подожжённая наёмниками Горана, как только последний солдат покинул твердыню.
— Я сдержал своё слово Орлаф. — Олег, сжал бока забеспокоившегося коня, и посмотрел на кронга. — Ничего не осталось от моего присутствия в Ассоне.
Орлаф молча кивнул головой. Отблески пожара играли в глазах кронга кронгов.
— Теперь Ассон целиком твой Орлаф.
— Ты вернёшь тех, кого увёл с собой?
— Они свободны. Это их выбор последовать за мной в Алонию.
— Это будет трудный путь.
— Я всегда иду трудной дорогой.
— Ты непонятный человек Олаг — Кронг оторвался от созерцания пожара и посмотрел на рано поседевшего молодого человека — В твоём сердце вечный пожар и ни одно королевство мира не сделает тебя спокойным. Я стар Олаг. У меня внуков больше чем у тебя пальцев на руках и ногах, но я не стремлюсь за несбыточным. Зачем тебе королевство?
— Прощай Орлаф. — Олег протянул руку кронгу.
— Прощай. — Кронг не пожал протянутую руку. Он вновь смотрел на горящую крепость. Что-то ухнуло за каменной стеной и новый столб искр, взлетел над пламенем. Олег развернул коня и сопровождаемый сотней всадников Горана в чёрных доспехах поскакал вслед уходящему арьергарду.
— Прощай — повторил кронг, словно не замечая, что собеседника уже нет рядом.
Пять тысяч Алых призраков, семь тысяч ассонских лучников, превратившихся в два полка Честь Ассона и Гордость Асона, три тысячи наёмников Горана вышли из лесов и двинулись по землям вольных городов, мимо холодных заливов Севера к тёплым землям Алонии. Два раза армии вольных городов пытались встать на пути этох людей. Но оба раза бежали разбитые полки наёмников Лорха, Родра, Паштана. Армия шла к Алонии.
Олег вышел из шатра в прохладную летнюю ночь. Алый призрак стоявший на страже вытянулся, отдавая честь.
— Дивная ночь — Олег проводил взглядом золотистый росчерк упавшей звезды.
— Да император.
— Борн — узнал солдата по голосу Олег.
Солдат польщённый хмыкнул.
— Я император.
— Рука не болит.
— Нормально. Эти северяне дерутся как звери. Зачем они встают у нас на пути?
— Тщеславие. — Олег привалился спиной к стволу дерева росшего у шатра и с удовольствием почувствовал, как жёсткая кора холодит кожу. — Мы идём по землям вольных городов, а это не всем нравится.
— Капитан говорит, что самая великая битва у нас впереди.
— Он говорит правду. Мы идём к самому большому королевству этой древней земли. Идём собирать разбитые сердца и строить свою империю.
— Красиво звучит.
Олег засмеялся.
— Почему ты не сержант Борн? Ты присягнул призракам ещё в Лорхе, одним из первых.
Солдат переложил копьё из одной руки в другую и вздохнул.
— Я хочу, что бы мне доверили летопись Алых призраков. Каждый стремится оставить что-то после себя на Земле, но дольше всех живёт слово. Я хотел бы быть, словом Алых.
— А капитан?
— Капитан сказал: — Посмотрим.
Олег хлопнул солдата по плечу.
— Капитан дал тебе надежду.
— Император.
— Да Борн?
— Хотите, я прочитаю вам то, что напишу об этом походе.
— У тебя с собой свиток?
— Да — солдат прикоснулся перчаткой к шлему — Вот здесь, в голове. Я помню каждое слово.
— Я с удовольствием послушаю твою летопись.
— Мы выступили из Ассона сильными как тысяча ветров, и каждый брат верил в справедливость нашего пути. — Начал Борн нараспев. — Мы шли по каменистым землям и доспехи казались нам совсем не тяжёлыми, потому что мы знали, мы идём домой. Отряд лига за лигой проходил путь, а когда преградила его, восьмого дня месяца посевов, армия Родра и Паштана братья в первых рядах приняли бой. И во славу императора мы победили, пусть Бог простит нам пролитую кровь, мы не хотели убивать. Алые не считали убитых врагов, их было много, мы оплакивали погибших братьев. Триста сердец успокоились в камнях Каррага, горного перевала земли вольного города Паштан. Я помню это место. Меж двух гор вставших стражами у могил Алых братьев оно. Над братьями не насыпан холм, но если ты будешь в этих местах, если у тебя Алое сердце поклонись мёртвым братьям. Вот имена погибших. Ассур с Юга, Дорт плотник, Лиссад, что владел мечом лучше всех, Фандор опытный охотник….