Ответа не последовало.
Парнишка заметил кровь, стекающую с угла.
«Сразу стало понятно, обо что Люциус тормозил лицом. По-правде сказать, я без понятия как он смог выжить...»
– Ой, прости, пожалуйста! Кажется я испачкал тебя. – еле держась на ногах юноша начал усердно протирать поверхность стола.
Вышло так себе: теперь кровь не просто стекала, а была размазана по всему краю.
Пока Люциус пытался очистить своего нового каменного друга, он заметил на нём точно такие же символы, какие были и по всему помещению.
Возле стола находилось что-то вроде каменного трона с абсолютно ровными гранями, прямыми углами и высокой спинкой. Больше из мебели здесь ничего не было.
Слегка покачиваясь из стороны в сторону, юноша прошёлся по всему помещению, изучая возможности выбраться отсюда. Единственным выходом оказалась та дыра, через которую он сюда и попал. До неё можно было вскарабкаться по свисающим корням, но они тоже были довольно высоко, чтобы Люциус смог до них дотянуться.
Ситуация становилась всё сложнее. Он решил присесть на трон и ещё раз всё обдумать.
– Должен же быть хоть какой-то выход, – с этими словами Люциус облокотился на стол.
В этот же момент его новоиспеченный друг начал светиться. Точнее символы на нём. От неожиданности парнишка вздрогнул и оттолкнулся от него. Свет медленно погас. Люциус ещё раз положил руки на стол, но свечения больше не было, даже когда сел обратно на трон и принял то же самое положение.
Но зато он заметил кое-что другое. И это подарило ему новую надежду выбраться отсюда. Оказывается, в тот момент, когда Люциус оттолкнулся от стола, трон слегка сдвинулся. То есть он не был настолько тяжёлым, чтобы его нельзя было перемещать по комнате. Недолго думая, юноша стал пытаться пододвинуть эту каменюку ближе к корням, чтобы уже по ним выкарабкаться отсюда.
Кроме его веса, ещё одной проблемой были различные неровности и корни, торчащие в полу. Трон наотрез отказывался сдвигаться с места, пока парнишка не убирал очередную преграду с его пути.
Наконец всё закончилось. Каменный стул стоял так, как нужно. Забравшись по подлокотникам на его спинку, Люциус стал цепляться за свисающие сверху корни. Некоторые были довольно слабые и с треском отрывались, когда он крепче ухватывался за них. И вот, вцепившись за довольно крепкое сплетение корней, ему удалось осторожно вскарабкаться наверх. Было тяжело. Пару раз он чуть снова не упал на самый низ. Ухватившись за край дыры, он с трудом подтянулся и вцепился руками в траву, росшую на поверхности.
Через пару мгновений Люциус уже лежал на лесной полянке рядом с тем местом, откуда выбрался, и жадно вдыхал свежий лесной воздух, постепенно приходя в себя. Лучи солнца также старались пробиться сквозь листву северной чащи и согреть его.
Парнишка понимал, что валяться слишком долго у него не выйдет, поэтому он встал на ноги и пошёл в сторону дома, но перед этим решил забрать главного виновника своих несчастий – светящийся цветок.
Аккуратно переступая с ноги на ногу, дабы снова не упасть в какую-нибудь дыру или самостоятельно её не сделать, Люциус продвигался к растению.
Когда юноша подошёл к камню, то заинтересовался им не меньше, чем самим чудо-цветком. Он был вытянутой формы. Со стороны отдалённо напоминал человека с длинными когтистыми руками и большой лысой головой. Того, кто упал бездыханным телом навзничь и больше не встал. По большей части он напоминал ему неудачную скульптуру безумного мастера.
– Ну и страхолюдина...
Цветок рос прямиком из «груди» этого камня. Люциус аккуратно сорвал его и поднёс поближе, чтобы как следует рассмотреть. Растение всё также продолжало сиять, хотя та часть стебля, что осталась внизу, потухла.
Парнишка ничего подобного раньше не видел: тонкий, изящный синий стебель, как венец, украшал пышный сияющий бутон из голубых лепестков. А его нежный и приятный сладкий аромат сводил с ума.
Люциус решил, что необходимо было отнести его Лилинет. Только она могла объяснить, что это за странное растение, росшее в не менее странном месте. Он аккуратно положил цветок в сумку и начал возвращаться той же дорогой, по которой и пришёл, параллельно запоминая ориентиры, чтобы позже снова сюда вернуться.
По пути он чувствовал, как болит и пульсирует голова. Глаз по-прежнему ему было тяжело открыть. Всё лицо горело, а тело ныло. Ещё очень хотелось пить, но рядом не было ни реки, ни ручья. Ему нужна была помощь. Следовало как можно скорее добраться к Лилинет.
На удивление, когда Люциус вышел из чащи, солнце ещё не было в зените.
В скором времени на горизонте показалась изба травницы. Поднявшись по крыльцу и очутившись перед дверью, он постучал. Послышался голос Сантины.
Дверь открылась и на пороге его встретила высокая и очень красивая девушка с длинными чёрными волосами, заплетёнными в одну большую косу. На ней было надето бежевое платье с рукавами и тёмный кожаный корсет. Шею украшал металлический медальон. Она смотрела на парнишку глазами цвета серебра и с нежностью улыбалась, так же, как когда-то перед маленькой Эммой.
Но в тот же миг вся улыбка сошла с её губ, а лицо стало выражать страх и волнение. Она подхватила его за руку и аккуратно завела в избу. Девушка провела Люциуса сразу в свою лабораторию и усадила на стул, а сама тем временем подбежала к шкафу со снадобьями и стала усердно что-то искать.
– Где же эта проклятая стекляшка! – взволнованным голосом произнесла травница, продолжая свои поиски.
Её можно было понять, почему она так переживала. Наш герой сидел на стуле как раз напротив зеркала, и ему выдалась возможность посмотреть на себя со стороны.
«Выглядел он, мягко говоря, неважно. На лбу была огромная шишка. Левая бровь рассечена. Пол лица было испачкано запёкшейся кровью. Руки выглядели не лучше – все расцарапаны и вымазаны в земле и глине. Рубаха была ободрана, а на штанах красовались дыры в районе колен.»
Лилинет нашла два флакона с какой-то жижей, один из которых положила на стол рядом с юношей, а содержимое второго вылила в таз с водой, взяла полотенце, присела напротив него и стала обтирать его лицо.
– Что случилось? Почему ты весь в крови? – с таким же взволнованным выражением лица спросила девушка.
– Я упал.
– А мне показалось, что ты с кабаном за территорию дрался.
От неё веяло теплом и заботой. Сантина обучала его травничеству, приготовлению снадобий, ведению торговли, поддерживала и давала наставления. С ней всегда было интересно и весело. А когда он смотрел на неё, становилось спокойно на душе. Юноша был благодарен за всё, что она сделала для его семьи.
– Люциус, пожалуйста, скажи мне, что с тобой произошло?
Девушка повернулась, чтобы прополоскать полотенце, а он в этот момент аккуратно достал из своей сумки цветок, который сразу же начал заполнять комнату своим ароматом и сиянием.
Лилинет обернулась.
– Из-за него. Все эти царапины и ссадины из-за того, что я хотел взять его, изучить. Я такого раньше никогда не видел.
Он заметил, что Сантина была удивлена и заинтересована в цветке не меньше, но она очень быстро переключила всё свое внимание снова на парнишку.
Пока она обтирала и обеззараживала его раны, Люциус рассказал всё, что произошло с ним от начала и до конца.