- А меня и так нет! - фыркнула и голой пяткой ударила по ноге мужчины.
Он тут же отпустил мою руку, шипя что-то себе под нос, и я рванула в потайную дверку. Как мама и предупреждала, ход за дверкой сразу ведет вниз, и только через сто шагов выходит на поверхность. Я стала считать.
Мама не ошиблась, как и всегда: Пройдя сто шагов, я увидела просвет и выбежала на зеленую траву. Солнце уже поднялось выше деревьев, и начинало греть. Глаза болели всё сильнее, и их пришлось закрыть. Надо чуть-чуть отдохнуть.
Сколько я сидела на той полянке, не знаю, но когда глазам стало легче, приоткрыла их и пошла на звуки города. Теперь вопрос стал за тем, как найти нужный дом. Взгляд было тяжело фокусировать хоть на чём-то и идти «вслепую» было неудобно. Осознание того, что я в городе, появилось тогда, когда мимо промчалась грохочущая телега, едва не задев меня. Вслед что-то кричал злой возничий.
Я во все глаза разглядывала дома и улицы, дороги и людей. И чем больше я видела, тем хуже понимала. Мама показывала мне на иллюзиях и воспоминаниях, каким был мой город. И сейчас, видя всё вживую... а этот ли город я видела?
На иллюзиях мамы город... цвел. Дома были сделаны из солнечных камней и дерева с опаловыми прожилками. На солнце город был похож на драгоценные пещеры, от которых невозможно оторвать глаз. На каждом участке у владельца дома был или цветущий сад, или озерцо. Дороги были вымощены красноватым камнем с чёрными прожилками, который плавно переходил в бордово-желтый песок. Именно на наших землях был такой песок, который, как, оказалось, выделяет вещества, очищающие организм от влияния чёрной магии. Наверное, именно потому сюда сбегало много магов и магических существ.
Сейчас же город выглядел... бедно. Дома выцвели и стали серо-грязного цвета, и не были видны даже прожилки дерева. Зелени почти не осталось, пару кустиков на сто метров, да и только. Дороги заросли травой, а камни покрылись грязной коркой, которую, наверное ничем не содрать уже. А песок... драгоценный песок города, его не было видно, так как везде была грязь и мусор.
Город изменился до неузнаваемости. В том, что мама показывала настоящие воспоминания, я не сомневаюсь. И теперь... даже люди стали другими. Глаза чаще смотрят в землю, чем прямо, на людей. Одежда потеряла краски и стала блеклой, бедной.
- Мамочка... - хрипло прошептала я.
Ступая босыми ногами по не нагретому ещё камню, я с трудом вчитывалась в названия улиц. И так, полностью сосредоточившись на выцветших табличках, я совсем не заметила человека, идущего мне навстречу. Он больно схватил меня за предплечье, вздёргивая, будто хотел сделать меня выше.
- Смотреть надо, куда идёшь! - выкрикнул зло мужчина, внешность которого рассмотреть не получалось, так как он всё тряс и тряс меня.
Вокруг собирался народ, а мужчина всё кричал, и дошло уже до того, что меня обозвали воровкой. И никто мне не спешил помочь. Как мама и говорила... рассчитывай только на себя. Вот я и рассчитываю... наверное, именно потому во мне сейчас плескалось море спокойствия, нежели страха. Боялась я только того, что могу откусить язык, если меня продолжат трясти.
- Ми... ми... ми... ми... - вежливого "Мистер" выговорить, никак не получалось.
- Что здесь происходит!? - раздался чуть рокочущий голос мужчины.
Он заворожил меня сразу. Именно таким мама и показывала мне принца в одной единственной сказке. Я во все глаза рассматривала его лицо, которое обрамляли темно-коричневые пряди, выпавшие из хвоста, нос был с горбинкой, серо-карие глаза, которые сейчас отдавали сталью. Губы были поджаты так сильно, что они превратились в тонкую линию. Но, как и говорила мама, внешность не главное. По пришедшему было видно, что он гвардеец или из гильдии, и явно занимал своё место не за красивые глазки. На перевязи висел двурушник, с кожаной перевязью у навершия. И так как вся перевязь была протерта, а на руках была наверняка огрубевшая кожа... передо мной стоял сильный человек.
- Мне повторить вопрос? - звуки вернулись, и я поняла, что меня уже и не трясут.
- А ты кто такой? - попытался огрызнуться мужчина, что держал меня. Но вот именно пытался...
- Заинтересованная сторона. Что вам сделала эта девочка? - и цепкий стальной взгляд остановился на мне.
- Обокрасть меня решила, оборванка! - вновь обрел силу голоса мужчина.
- Где доказательство? - спокойно поинтересовался, пусть будет, наёмник. На него он походил больше, чем на гильдийца.
Вот тут сразу начала и толпа рассасываться, и мужчина наконец-то отпустил мою руку. Её свело и даже пальцы с трудом двигались.
- Вы безосновательно обвинили девочку в том, что она не делала. Вы знаете, что за это полагается, - наёмник очень шустро оказался возле мужчины и, положив руку на лоб, что-то прошептал.