— Я не жду от вас ничего, — сказала Мириэль, — да и не могу принять ваше приглашение. Я для вас опасная попутчица.
— Что ты такое говоришь?! — всплеснула руками Лавашка. — Видишь, Кумбрик, грубиян, что ты наделал! Да, если я не поговорю с вами, Мириэль, я же умру! Ну, пожалуйста, хоть ненадолго, зайдите! Мы вас накормим, только что охотились так удачно: поймали четырех жирных кроликов. — Лавашка тянула Мириэль за рукав, и принцесса согласилась. Подумать только, встретила в таком месте знакомую. Все они поспешили к месту стоянки гномов.
— Кумбрик, Бурлевундр! Вы не представляете, как приятно удивится Дебори такой встрече, — шепнула гномам Лавашка по дороге. А Мириэль она сообщила на ушко: «Там будет один наш старый знакомый, если припугнешь его своим волком, буду тебе обязана всю жизнь». Мириэль чувствовала себя неловко, за годы отшельничества она совсем отвыкла от разговоров и собеседников, да еще таких бойких, как Лавашка.
Они пришли к лагерю, где у гномов был костер и даже палатка. С бревна, лежащего у костра, поднялся Тим Огнеруд. Он был удивлен, увидев неизвестную даму с огромным белым зверем. Кумбрик и Бурлевундр избегали взгляда вожака.
— Тим, познакомься, пожалуйста, — спокойно сообщила Лавашка, — это Мириэль, мы с ней давно друзья, случайно повстречались в лесу, и я пригласила ее поужинать с нами.
— Мириэль, это Тим Огнеруд — наш командир и очень стоящий гном, за это я могу поручиться, — в свою очередь представила она Тима принцессе, — не то, что эта старая образина Дебори.
— Приятно познакомиться, добро пожаловать, — сказал Тим, и пригласил гостью сесть поближе к костру. — Ваш зверь какой породы? — спросил он вежливо.
— Это снежный волк, — ответила за принцессу всезнающая Лавашка, — с друзьями он милый, — и она похлопала Олвика по боку не без боязни, — но врага съедает заживо без приправы. — Бурлевундр и Кумбрик отошли на два шага. Тут из палатки вышел Дебори, при взгляде на Мириэль он обмер: «Не может быть! Сгинь, призрак»! Волна неприязни всколыхнула душу Мириэль, но она заставила себя подавить ее
— Я еще живее тебя, старый плут, — ответила она сдержанно.
— Но ты не могла выйти из Зачарованного леса!
— А кто бы меня удержал? Не ты ли!?
— Вы знакомы? — спросил Тим. — Почему ты так побледнел, Дебори?
— Эй, держись повежливее, мочалка. Мириэль сегодня почетный гость за нашим столом, — влезла в разговор Лавашка, пиная Дебори сзади.
— Я не понимаю, Лавашка, — обратилась к ней Мириэль, — как ты оказалась в этой компании? Ведь Дебори — твой злейший враг, а здесь вы, как я вижу, сообщники.
— Да, ты права, нас связывает одно общее дело. Как только мы его завершим, а это уже не за горами, так и разойдемся.
— Лавашка! Это мой поход, я хочу, чтобы ты держала язык за зубами. Сколько раз я тебя предупреждал! — вышел из себя Тим. — Дорогая принцесса, поскольку вашу знакомую хлебом не корми, дай все разболтать, я полагаюсь на вашу скромность. Не вмешивайтесь, пожалуйста, в наши дела, поскольку лично вас они не касаются.
— Может быть. Я и сама не останусь в вашем кругу. Этот подлый гном повинен в самых больших несчастьях, произошедших в моей жизни. Мой муж спас ему жизнь, а он пытался обворовать и убить нас, из-за него мы попали в Зачарованный лес, из-за него я потеряла любимого. У меня много причин его ненавидеть. Но пусть жизнь отомстит за меня, и без него у меня довольно забот.
— Все это было давно, я так полагаю, — ответил Тим невозмутимо. — Если мы можем помочь вам в чем-то, мы это сделаем. Этот участок пути опасен, он кишит орками, и вы можете преодолеть его вместе с нами. Одинокой девушке небезопасно бродить вдоль Щепа и Эдгры даже с таким прекрасным защитником, как ваш белый волк. Мы проводим вас до безопасных земель, если, конечно, нам с вами по пути. Куда вы направляетесь?
Мириэль усмехнулась.
— Понятно, я не стану допытываться.
— Спасибо за предложение помощи, Тим, но я в ней не нуждаюсь. Я только поболтаю сегодня с Лавашкой, а затем мы разойдемся, чем скорее, тем лучше.
После ужина Лавашка увела Мириэль подальше от шумных гномов.
— Как? Разве Юниэр не нашел тебя? Он же собирался вызволить тебя из Зачарованного леса!
— Меня и не было в том лесу. А что, он собирался искать меня?
— Ну, конечно! Сначала ему, правда, пришлось отнести Мудрену к ней на родину, она заболела чем-то и сама ходить не могла.
— А, ну понятно, она вовремя заболела. Ладно, Лавашка, хватит об этом. Юниэр остался в далеком прошлом.
Буги бодренько вышагивал по берегу Щепа, вот уже две недели они преследовали отряд гномов и непутевую Лавашку. Иногда они подкрадывались совсем близко, так, что можно было подслушивать разговоры. Шумми все ждал момента, когда гномы начнут притеснять Лавашку, и ее жизнь окажется под угрозой. Но Буги думал, что такой момент вряд ли наступит. Лавашка при каждом удобном случае задирала гномов, но они терпели все ее выходки. Вмешиваться не было смысла. Разве только клад не поделят, если, конечно, найдут. Шумми был болен, свалился с высокой температурой. Буги сокрушался о том, что они могут упустить гномов, если Шумми не поправится. Он шел проверить сеть, которую поставил утром, и очень надеялся, что какую-то рыбешку угораздило в нее попасть. Добравшись до места, Буги затрясся от отвращения: горы орчьих трупов валялись на берегу. «И как тут пробраться к сети? — спросил он самого себя раздраженно. — Вот всегда ведь устроят драку в самом неподходящем месте. А что у хоббита может аппетит пропасть, так это никого не волнует». Вздохнув, Буги зажал нос и начал перешагивать через трупы. Он уже почти добрался до воды, как вдруг услышал голоса на незнакомом каркающем языке. Обернувшись, он увидел шесть-семь орков, спускающихся к берегу. Первым его желанием было спрятаться в куче убитых орков, но те, другие, уже заметили его. Тогда Буги выпучил глаза, выхватил маленький, перочинный ножик и завопил:
— Что, мало вам? Мало? Давайте все сюда, бегом, я вас тоже изрублю в куски. Скорей! Скорей!
— Смотри! Все наши погибли! — сказал один орк другому.
— Уноси ноги быстрее! — и орки припустили подальше от этого места.
— Получилось, — удивился Буги. На сердце был холодок, а в висках стучало. Он быстро проверил сети. Рыба попалась одна, размеров не очень внушительных, но лучше, чем ничего. На обратном пути Буги решил проведать, как там гномы. Он подкрался к их лагерю. На поляне перед палаткой растянулся огромный белый зверь. Пока Буги пытался понять, собака это или медведь, Олвик заметил, что в кустах кто-то прячется, и зарычал. Мириэль почувствовала что-то неладное, она подошла к Олвику и сделала знак всем гномам замолчать. Напряженно вглядывалась она в заросли, готовая ко всему.
— Что случилось? — спросил нетерпеливо Тим, склонный действовать, а не выжидать.
— За нами следят, — голос Мириэль был спокоен, — но вы тут ни при чем. Это за мной охотится один недруг. Поэтому ни в коем случае не вмешивайтесь, что бы ни случилось. Если попытаетесь помочь мне, умрете.
Все с тревогой уставились на кусты. Ни один лист не шевелился, и не было слышно ни звука, только Олвик рычал.
— И кто же за вами охотится? — осмелюсь я спросить, — прервал молчание Тим.
— Ну, если прозвище Истребитель что-нибудь объяснит кому-нибудь из вас, отвечу, — усмехнулась Мириэль, — это — могущественный маг и воин, он убивает прежде, чем вы это осознаете. Отойдите все на край поляны, а лучше спрячьтесь.
Гномы не заставили себя упрашивать. Они слышали об Истребителе.
— Эй, выходи! Я знаю, что ты на меня смотришь, — не выдержала Мириэль, — хватит играть в прятки, я готова к новой битве. Ты можешь взять любое оружие, только выходи под своей собственной личиной, сделай одолжение, не испытывай мое терпение.
В ответ на это вдохновенное воззвание кусты закачались, из них нехотя выкарабкался Буги и сильно смутившись, заговорил:
— Извините, принцесса… Другой личины у меня нет, вот, только эта. Да и рыбешку эту оружием я не стал бы называть. — Он поднял за хвост свой улов, чтобы Мириэль его оценила. — Драться мне, вообще-то, тоже не хочется, разве только, если вы будете настаивать.