Небо ничуть не прояснилось за всё это время, дождь даже усилился, а где-то вдалеке раздались громкие и суровые раскаты грома. Я сгорбилась над бугорком земли, с трепетом зарывшись руками в песок. Тётя, разве эта истина уже не важна? Ни на что не повлияет, говоришь? Почему ты так долго молчала?! Никому не дано узнать наверняка, но я правда очень сильно плакала и кричала в тот день, сидя под ливнем рядом с безмолвной могилой. Вокруг не было ни души, да и смог бы кто-то, кроме меня, решиться появиться на кладбище в такую погоду?
Я продолжала сидеть на голой земле, изредка всхлипывая и с нежностью вглядываясь в такое родное, почти забытое, лицо матери. Я старалась запечатлеть её образ навсегда в своей памяти, запомнить любую деталь, даже самую мелкую. Мамины морщины, ямочки, прыщики, шрамики правда самые-самые красивые. И почему раньше я никогда не думала над этим? Правильно, я же столько лет чувствовала себя брошенной, так что теперь казалось, что другой жизни нет и быть не может.
- Ты долго ждала меня, мам, - продолжила я, обращаясь к молчаливой фотографии. - Но теперь я не брошу тебя, я буду часто приходить. И тётю с собой притащу, и дядю, и... Мам, у меня появились друзья, мне было не так уж и одиноко. Правда, сейчас у нас с ними небольшой конфликт, но я знаю, они не плохие люди... Ты тоже. Нет, ты - лучшая. Прости, что я так поздно это поняла. Не переживай за свою глупую дочь, я стану хорошим человеком и никогда не разочарую тебя. Я люблю тебя, мам, как ты всегда любила меня...
Я не помню точно, как долго сидела в одном положении и рыдала, извинялась, причитала, билась о землю и снова рыдала, но вот тяжело поднялась с колен и отряхнула сырость. Однако всё, чего добилась - руки стали совсем грязными. Но мне было совершенно всё равно. В жизни есть много неважных и ненужных вещей, просто нужно найти что-то, что точно всегда будет твоей необходимостью. Так ты никогда не сойдёшь с пути. Я всегда знала, не все люди в этом мире подходят друг другу, но в тот момент я осознала, что это не касается меня, Мэтта и Дэма. Если не им, то кому же быть рядом со мной в таком случае? Они странные, настоящие эгоисты, лицемеры и лжецы, но они были рядом, когда я нуждалась в них больше всего. И то, что они смогли причинить мне боль, лишь доказывает, как сильно я всё это время была зависима от общения с ними. Я чувствовала, что жила.
Я так долго была готова ненавидеть этот мир, но это ни к чему не привело, поэтому я научилась искренне и безрассудно его любить, лишь благодаря Мэтту и Дэму. Я внезапно почувствовала, что хочу им об этом рассказать. Хочу спросить... У меня ведь так много вопросов! Я была готова простить им всё, ведь теперь знала... Ложь во имя любви тоже существует. Такой ложью защитила меня мама много лет назад.
Тётя рассказала, что мой отец бросил маму сразу, как только у них родилась я. Он просто не смог принять ответственность на себя, ведь я была достаточно ранним ребёнком. Даже после такого тяжёлого расставания моя мама не пала духом и продолжила воспитывать меня с неизменной улыбкой, то и дело повторяя: "всё, что случается, случается к лучшему". Было это к лучшему или нет, я не могла понять, ведь была совсем маленькой, но я безумно любила свою маму, наслаждалась нашей тихой и уютной семейной жизнью. И вот однажды мама просто пришла к тёте Ане со мной под руку и сказала, что уйдёт, попросила её заботиться обо мне настолько, насколько это будет возможно. Конечно же, тётя набросилась на неё с распросами, на что мама ответила: "Пусть она лучше живёт с ненавистью, чем с тоской по любимому человеку. Я не хочу, чтобы она видела мою смерть". Оказалось, что мама тогда уже знала, что тяжело больна...кажется, это был рак. Теперь, когда я стала старше, я могу понять твои материнские чувства. Ты желала мне лучшего, но... Нет, мам, ты всё-таки ошиблась, потому что для меня ненависть не лучше, чем скорбь.
На обратном пути я поняла, что в конец продрогла и выбилась из сил. Слёзы ещё долго не могли высохнуть, а одежда была такой сырой, что, кажется, если бы её отжали, то можно было бы наполнить целое ведро водой. А когда я, наконец, перестала плакать, почувствовала, как сильно болят глаза, закрываются сами собой, а в теле появляется слабость. Но на душе впервые за многие годы появилось чувство чистого всепоглощающего покоя, словно я снова перенеслась в детство - самое счастливое время.
У людей вошло в нехорошую привычку врать мне, но, поверьте, ложь - не самое страшное, с чем вы можете столкнуться на своём пути, ведь её никогда не поздно исправить, сказав правду, как на духу, потому что все мы - всего лишь люди, которым свойственно врать и совершать ещё очень много разных ошибок. В тот момент я уже знала, что обязательно снова прощу Мэтта и Дэма, потому что совершенно точно не могла по-другому. Они стали слишком важной частью моей жизни.