— Тебе придётся спуститься в святилище и стать главой рода, как просит алтарный камень, — вздохнул Палпатин. — В противном случае я не смогу оставаться здесь без тебя, а о тайной библиотеке и мечтать не стоит. Как только ты выйдешь на улицу, дом меня выкинет или вообще попытается убить. Сейчас у тебя нет прав разрешить доступ к мэнору, потому что ты сам не хозяин.
Сириус скривился, будто съел червей, которые иногда попадались в азкабанской пище, но возразить не смог, чувствуя на сердце магическую удавку.
— Ты хоть знаешь, как становятся главами в тёмных домах? — прохрипел Блэк. — Кровавая жертва нужна. Причём на алтаре надо зарезать волшебника, а не маггла. Даже в сотне простецов не будет достаточного количества энергии.
— Значит, одного волшебника хватит? — деловито осведомился Палпатин.
— Хватит, — буркнул Сириус и взорвался хриплым криком. — О чём ты вообще говоришь! Я не собираюсь резать горло человеку, с которым, возможно, учился в школе!
Палпатин понял, что тот скорее умрёт от нарушения клятвы, чем решится на такое, и недовольно поморщился, ища выход. Внезапно ему в голову пришла неожиданная идея.
— Твою девушку Марлин Маккиннон тогда в восьмидесятом изнасиловали и убили «Пожиратели Смерти»: Джонатан Трэверс и Уилкис-младший. Тот самый, у которого старшего брата авроры взорвали возле «Флориш и Блоттс», — задумчиво почесал щёку Палпатин. — Трэверс сидит в Азкабане, а второй «Пожиратель» живёт в Лютном переулке. Если на алтаре будет лежать убийца твоей подруги, ты сможешь перерезать ему горло?
Сириус вздрогнул и затравленно посмотрел на Палпатина. В глубине души он уже знал ответ на этот вопрос. Да, сможет. Хотя всё его существо противилось мысли, что придётся убить безоружного человека.
— Ты вспомни, Блэк, в каком состоянии обнаружили авроры тела Марлин и её близких, — произнёс Шив вкрадчивым голосом, как будто озвучивая мысли Сириуса. — Очистишь мир от зла, что в этом плохого? А заодно исполнишь просьбу родового алтаря. Ты хочешь поймать Питера Петтигрю не для того, чтобы посадить в Азкабан, ведь правда же? — Палпатин насмешливо наблюдал за мучительной борьбой на лице Блэка.
— Если бы я верил во все эти христианские истории, — прохрипел с ужасом Сириус, — я бы подумал, что ты сам дьявол!
— Нет, я обычный магглорожденный, — усмехнулся Палпатин, — которому всего лишь нужен свободный доступ в вашу библиотеку.
— Из-за этого я должен зарезать человека? Ты хоть понимаешь, как ужасно звучит твоё предложение⁈ — истерически рассмеялся Блэк, но Палпатин понял, что внутренне тот уже согласился. Убийство Уилкиса не вызывало в бывшем узнике Азкабана большого сопротивления.
Шив решил не затягивать с ритуалом и в этот же день отправил сову в магазин «Боргин и Бэркс». К лапе птицы был прикреплён солидный кошелёк с золотом. На следующий день хорошо упакованный Уилкис был доставлен бандитами в указанное место. Мужчина был без сознания, и Палпатин спокойно принёс того на Гриммо.
Сириус весь день оттягивал момент ритуала, но вечером всё же был вынужден спуститься в святилище рода. Перед этим он долго сидел, держа на коленях фотографию Марлин Маккиннон. Девушка весело улыбалась и махала рукой своему парню. На лице Сириуса то и дело мечтательность сменялась ожесточением.
Палпатин в одиночестве пил чай в гостиной и пытался понять, откуда идёт знакомое излучение магического отпечатка, с которым Шив уже неоднократно сталкивался в Англии.
«Какой предусмотрительный волшебник, — усмехнулся про себя Палпатин. — Рассовал свои якоря по всей стране. Может, воскресить его и пристроить к делу? Такой интересный маг пригодится для чего-нибудь в будущем. А если он окажется слюнтяем, как этот Блэк?» — в голове проскочила невесёлая мысль, и Шив решил, что оно того не стоит.
В этот момент дом тряхнуло. Настенные светильники почти погасли, замерцали быстро-быстро, а потом вспыхнули значительно ярче, чем раньше. В воздухе разлилась грозовая свежесть, а дом ещё несколько раз вздрогнул. Палпатин с любопытством наблюдал, как почти исчезнувшая магия древней резиденции тёмных волшебников набирает силу, словно раскручивающийся смерч.
«Чувствую, от Уилкиса даже пепла не осталось, — хмыкнул про себя Палпатин. — До чего довели такой прекрасный артефакт. Несчастный дом жив лишь благодаря крохам энергии. Всего одна жертва — это жалкая капля на фоне того озера магии, которое требуется алтарю, чтобы полностью восстановиться».