Не успел он отложить в сторону очередной документ, как, не слушая робких возражений Клируотер, к нему в кабинет ворвался взволнованный министр. Скримджер упал в кресло возле стола и сухо произнёс:
— Привет, Фрэнк. Я сегодня виделся с Поттером и его друзьями. Решил лично сообщить им о наследстве Дамблдора, естественно, в части их касающейся. Вот только этот маразматик завещал мальчишке меч Гриффиндора, представляешь? А чего сразу не статуи основателей? Дамблдор не имел никакого права отдавать Поттеру одну из реликвий. Мне кажется, старый гриб за годы руководства школой начал считать, что Хогвартс принадлежит ему одному, а не всей магической Англии!
— Только не надо вешать лапшу мне на уши, Руфус. На самом деле ты ведь хотел у них в головах полазить? — усмехнулся Палпатин, продолжая подписывать бумаги. — Иначе с чего такая честь: сам министр магии, бросив все дела, мчится оглашать чьё-то завещание.
— Ну да, — нехотя признался тот. — Я надеялся, что уж Поттеру и его приятелям известны истинные обстоятельства смерти Альбуса.
— И как, много удалось узнать? — спросил Палпатин, продолжая подписывать.
— Да ничего интересного! — разочарованно скривился Скримджер и стукнул кулаком по подлокотнику. — Оказывается, все трое проспали ту ночь в своих постелях. Это же подтвердили двое авроров, которые дежурили у входа в гостиную.
— Ну а где ещё должны спать ученики Гриффиндора, как не в своей башне, — улыбнулся Палпатин и с деланым сочувствием спросил: — Кстати, я слышал, в ту ночь несколько хороших парней погибло?
— Увы, «Пожиратели Смерти» сумели как-то пробраться мимо всех постов, — вздохнул Скримджер. — Мракоборцы, которые дежурили возле гостиных, не смогли прийти на помощь своим товарищам, пока те храбро бились с превосходящими силами противника. Я полагаю, что существует значительная вероятность того, что это было спланировано с целью захвата детей в заложники. И поэтому погибшие авроры до конца выполнили свой долг!
«Всего год, как он занял кресло министра, и уже даже в личных разговорах, будто интервью для газет даёт», — презрительно подумал Палпатин, а вслух сказал:
— Но по факту их просто перебили по одному?
— К сожалению, так и вышло. Но зато никто из детей не пострадал. У меня всё под контролем, Фрэнк, беспокоиться не о чем.
Скримджер опять произнёс это так, будто репетировал речь перед представителями прессы.
В дверях снова показалось лицо взмыленной секретарши, и, получив разрешение Палпатина, девушка втащила в кабинет очередную кипу бумаг. К явному неудовольствию Клируотер пользоваться заклинанием левитации было нельзя, так как многие важные документы имели магическую защиту. Дождавшись, когда секретарша, устало цокая каблучками, покинет его кабинет, Шив с любопытством посмотрел на Скримджера:
— Значит, больше никто в школе не пострадал, кроме Дамблдора и авроров. Получается, целью «Пожирателей Смерти» была атака на Альбуса?
— Вряд ли. Скорее, они хотели показать, насколько беспомощен Аврорат перед мощью представителей старых родов, — поморщился Скримджер и сердито произнёс: — «Пожиратели» уходили через Хогсмид и, похоже, случайно наткнулись на пьяного Альбуса. Знаешь, Фрэнк, я намного больше верю словам мисс Скитер, чем той лживой патоке, что льют со страниц «Ведьмополитена» Элфиас Дож и его дружки геи. Да если бы Дамблдор был трезв, а не храпел в придорожной канаве, как пьяный тролль, его так просто убить не смогли бы. Там половину деревни разнесли бы заклинаниями!
«Вот и нашёлся спонсор честного журналистского расследования. Я всего лишь дал направление, а они и рады стараться», — ухмыльнулся мысленно Палпатин и задумчиво произнёс:
— Деканы Макгонагалл и Флитвик совместными усилиями построили Дамблдору целую гробницу рядом с Хогвартсом. Уважаемый профессор Слагхорн очень возмущался по этому поводу. Мне, правда, показалось, он просто завидует. С другой стороны, разве это правильно — устраивать некрополь у стен магической школы? А ну как Дамблдор встанет в виде лича? Ни одного из прежних директоров Хогвартса никогда не хоронили так, и даже у Основателей в замке всего лишь статуи и портреты.
— Мне тоже не нравится это излишнее почитание, — сказал Скримджер, скривившись, словно от зубной боли. — Думаю, осенью, когда шумиха вокруг его смерти утихнет, надо будет без особой огласки перенести могилу Дамблдора в Годрикову впадину.