К изумлению Невилла, Луна каким-то невообразимым способом сразу обнаружила пустое купе. Он разложил багаж и вдруг понял, что забыл Тревора у бабушки в сумочке. Вначале Лонгботтом собирался оставить Мимбулус Мимблетонию с Лавгуд, но решил, что это может быть просто опасным.
«Любопытная Луна полезет к кактусу снова, и как отреагирует на это магическое растение — непонятно. А вдруг тот захочет её убить?»
Оставив сундук в купе, Невилл быстро выбежал на перрон и с облегчением понял, что бабушка ещё никуда не ушла. Августа Лонгботтом по-прежнему общалась с какой-то волшебницей. Едва не протаранив кактусом нескольких человек, Невилл подбежал к бабушке и выпалил:
— Я Тревора забыл, ба!
Совсем не удивившись его рассеянности, та открыла сумочку и через мгновение сунула ему в руки недовольно квакающего жаба. За эти годы фамильяр заматерел, и подросток удерживал того с некоторым трудом. Тем более Тревор выражал хозяину явное недовольство и норовил треснуть лапкой побольнее. По дороге назад Невилл встретил Джинни Уизли и Гарри Поттера. Почему-то те были только вдвоём. Ни рыжего Уизли, ни заучки Грейнджер с ними не было. Невилл даже осмотрелся по сторонам.
— Их старостами сделали в этом году, — ответила младшая сестра Рона на его удивлённый взгляд.
— Здорово, Невилл, — улыбнулся Гарри, пожимая ему руку. — А мы купе собрались искать. Давай с нами?
— Всё уже найдено, — улыбнулся он, — пойдёмте скорее, а то Лавгуд может нас и не дождаться. Вдруг ей станет скучно сидеть одной, и она затащит в купе ещё кого-нибудь.
— Мы что, будем ехать с полоумной Лавгуд? — недовольно скривилась младшая Уизли.
— Она хорошая, — заступился за блондинку Невилл. — Просто иногда говорит непонятно.
Однако шевеление губ Джинни он прочитал и внутренне поморщился, потому что та всё равно беззвучно обозвала Луну сумасшедшей. Младшая дочь рыжего семейства раздражала Невилла своей бесцеремонностью и вздорным, завистливым характером. Впрочем, это не помешало им вместе забраться в поезд и вскоре подойти к нужному купе. К их счастью, Лавгуд никого не пригласила, она по-прежнему сидела в одиночестве у окна и заинтересованно пыталась высунуть язык так далеко, чтобы суметь коснуться кончика носа.
Увидев компанию пятикурсников, она закрыла рот с таким хлюпающим звуком, что Тревор сразу же перестал вырываться из рук Невилла. Жаб оценивающе посмотрел на девушку. Видимо, услышав такой громкий «хлюп», он признал таланты Лавгуд в ловле комаров.
Невилл всё ещё держал в другой руке Мимбулус Мимблетонию. Внезапно иголки растения полностью втянулись, а на поверхности стали появляться зелёные волдыри, которые начали подозрительно пульсировать. Жаб нервно квакнул и обвис, притворившись мертвым.
«Успокойся, мой хороший! — тут же мысленно обратился Невилл к растению. — Луна не желает тебе зла… Нет-нет, — почувствовал он тревогу кактуса и желание того защитить хозяина. — Лавгуд не питается такими красавчиками, как ты или я, и всегда ведёт себя странно. Не обращай на неё внимания!»
Пульсация растения утихла, но Невилл всё равно чувствовал настороженность Мимбулус Мимблетонии, направленную на окружающих.
Гарри начал рассказывать, что с ним произошло летом, а потом с укоризной посмотрел на Невилла и произнёс:
— Министр Фадж и твой отец судили меня за самозащиту и едва не выгнали из Хогвартса. К счастью, директор Дамблдор не дал им это сделать.
Невилл изумлённо вытаращился на друга, и Гарри рассказал, как на него напали дементоры, а потом Министерство пыталось лишить его палочки.
— Я так и не услышал в твоём рассказе, в чём же ты обвиняешь моего отца? — раздражённо нахмурился он в конце.
— Как это в чём? — возмущённо всплеснул руками Поттер. — Ни твой отец, ни Фадж не поверили Дамблдору, когда тот сказал, что Волдеморт вернулся!
При упоминании имени Тёмного Лорда все сидящие в купе передёрнулись, а Лавгуд посмотрела на лоб Гарри и чему-то криво ухмыльнулась.
— Так и при чём здесь то, что ты использовал магию против дементоров? — удивился Невилл. — Как я понял, министр вообще хотел тебя сразу оправдать, и если бы не Дамблдор, так бы и вышло.
— Да что ты такое несёшь, Лонгботтом! — негодующе вмешалась Уизли. — Директор Дамблдор спас Гарри! Ты не знаешь, а этот мерзкий боров Паркинсон хотел, чтобы его отрезали от магии!
— Я видел Паркинсона на кладбище, когда Волдеморт возродился и убил Седрика, — помрачнел Поттер. — Он точно «Пожиратель Смерти», я знаю. Думаю, что дементоров на меня Волдеморт натравил, директор тоже так сказал.
— Слушай, — вспомнил Невилл, — так Дамблдор все эти годы был твоим магическим опекуном? А почему ты тогда жил у своей тётки, а не здесь?
— Директор Дамблдор, — недовольно сморщилась Уизли. — Имей больше уважения, Лонгботтом. Ты о Великом Светлом волшебнике говоришь всё-таки.
— Тебя, рыжая, Гермиона, что ли, покусала на каникулах? — рассмеялся Невилл. — Попроси у мадам Помфри безоар. Чувствую, нужно вывести яд из твоего организма.
Давно привыкшая, что Лонгботтом в Хогвартсе обычно мямлит или молчит, Уизли захлопнула рот и недоумённо выпучила глаза. Луна тут же скопировала выражение её лица, и девушки стали похожи на двоих филиппинских долгопятов. Невилл и Гарри прыснули со смеху, к ним тут же присоединилась Лавгуд. Только Уизли сердито фыркнула и, видимо, что-то очень нелестное подумала о Невилле, потому что стоя́щий на столе Мимбулус Мимблетония мгновенно раздулся раз в десять и выстрелил во все стороны невероятно вонючим соком ядовито-зелёного цвета.
Купе мгновенно превратилось в филиал неубранного свинарника.
— Ой, это у него защитная реакция, не надо!
Невилл спас кактус от немедленной смерти. Гарри и Джинни уже собирались испепелить горшок вместе с его ценным обитателем. Луна звонко засмеялась, растирая по волосам липкую слизь.
— А что, зелёные кудряшки мне идут!
Лавгуд рассмотрела себя в быстро наколдованное зеркало, потом повернулась к ошарашенным ребятам и сказала:
— У вас у всех такие смешные лица, вот бы кто-нибудь нас сейчас сфотографировал!
Она хрюкнула от смеха, а потом сделала незаметный пас рукой в сторону выхода.
Дверь купе сама собой отодвинулась, и оказалось, что за ней много народу: в том числе и фотограф Колин Криви с братом Деннисом. Там же Невилл заметил Чжоу Чанг, Мариету Эджкомб и ещё нескольких девушек с шестого курса.
Колин Криви тут же защёлкал фотоаппаратом, а его брат радостно захлопал в ладоши. Они вдвоём вели школьную газету, и такая горячая новость, судя по энтузиазму мальчиков, обязательно должна была украсить первую полосу.
— Здравствуй, Невилл, привет… эмм, Гарри… — узкие глаза Чжоу Чанг выглядели сейчас непривычно круглыми.
— Ничего себе развлекаются пятикурсники! — изумлённо проговорила подруга Чжоу. — Вы бы поосторожнее с навозными бомбами, ребятки. Их же запрещено привозить в Хогвартс.
— Поэтому они их в поезде все и взорвали! — радостно завопил Деннис Криви. — Это сенсация! Гарри, чтобы добиться внимания сестры Фреда и Джорджа, взорвал перед ней навозную бомбу! Мальчик-который-выжил знает толк в извращениях!
— С вас лучшие фотографии, мальчики, — захихикала Луна, а Джинни с силой захлопнула дверь купе и принялась остервенело махать палочкой, накладывая на всех очищающие чары. Невиллу тут же пришлось набросить на Мимбулус Мимблетонию усыпляющее заклятье. Иначе кактус снова взорвался бы, такую жуткую месть обещал всем вокруг взгляд разгневанной рыжей девушки.
Хорошо, что через десять минут пришли Рон с Гермионой, хвастать первым собранием старост. Дальнейшая дорога прошла весело, даже зашедшие поязвить слизеринцы не испортили им настроения. Тем более Драко, увидев Лонгботтома, не стал цепляться ни к кому, кроме Поттера. Да и то всего лишь подколол очкастого гриффиндорца, что тот не стал старостой, несмотря на всю свою известность.
— Даже Уизли превзошёл тебя, Поттер, вот это ты тупень!
— Заткнись, Малфой! — одновременно рявкнули Джинни и Гермиона.