— Одна? — восхитилась Луна и грустно добавила: — А меня отец одну не отпускает.
— Мистер Лавгуд правильно делает, там очень опасно! — И Грейнджер неодобрительно посмотрела на когтевранку.
— Мир вообще полон опасностей, — пожала плечами Луна. — Это не повод не ходить туда, где может быть интересно.
«Полоумная Лавгуд» — так и читалось в скептическом взгляде Грейнджер.
Луна только хмыкнула, достала из кармана кузнечика и предложила того Тревору. Однако Мимбулус мимблетония мгновенно раздулся и успел первым ухватить угощение. Жаб обиженно квакнул в сторону кактуса и сделал умильную мордочку. Луна рассмеялась и положила на стол второго кузнечика. Вот только насекомое не стало спокойно ждать, когда будет съедено, а прыгнуло. Тревор тут же последовал за убегающей добычей.
Купе тут же взорвалось возмущёнными криками, потому что жаб не выбирал, куда ставить лапы, а использовал всех вокруг как точку опоры для очередного прыжка. Наконец кузнечик был пойман и съеден, а возмутитель спокойствия заперт в клетке.
Оттёршись от жабьей слизи, Гарри и Рон продолжили рассказывать, как они проследили за Панси Паркинсон до самой лавки «Боргин и Бэркс», а потом даже взобрались на крышу соседнего дома, чтобы видеть происходящее в магазине.
— Там уже были «Пожиратели Смерти». Я узнал Беллатрикс Лестрейндж, — произнёс Гарри мрачно. В голосе Поттера отчётливо прозвучали нотки ненависти.
— Ага, — поддакнул Рон. — А ещё через пять минут в лавку зашёл тот самый мужик, которого мы видели прошлым летом в доме Сириуса Блэка. Фред тогда ещё предположил, что то был какой-то наш родственник. Или Джордж так подумал? — спросил сам себя Уизли. — Впрочем, неважно.
— Да, — подтвердил Гарри. — А потом они все там начали драться. И видимо, применяли что-то ужасное и тёмное, потому что кровищи было просто море.
— Даже наверху окна кровью заляпало, — передёрнулся Рон. — Я так и не увидел, кто там у них победил, но минут через тридцать из лавки вышел только тот рыжий волшебник, знакомый Сириуса Блэка.
— И вы за ним, конечно же, проследили? — полюбопытствовала Гермиона.
— Шутишь, что ли? — возмутился Рон. — Если этот человек в одиночку смог победить целую толпу «Пожирателей», то он, по-любому, очень сильный и опасный волшебник. И я совсем не уверен, что он действует на стороне добра. Короче, мы с Гарри Мантию-Невидимку накинули и дали дёру оттуда!
— Из лавки Боргина несло жуткой чернотой! Я думал, у меня от боли голова лопнет, — пожаловался Поттер. — Шрам потом ныл ещё целый час.
— Хотела бы я посмотреть на этого крутого мага, — мечтательно улыбнулась Лавгуд. — Я пока только одного взрослого волшебника видела, у которого совершенно нет мозгошмыгов. — И она бросила многозначительный взгляд на Невилла. Вот только он не обратил на это внимания, а сидел, нахмурив брови, и молчал.
Невиллу очень хотелось рассказать друзьям, как он сумел спасти отца и убить невероятно сильного волшебника из Франции. Отец в тот раз доходчиво объяснил, что убийство врага, если оно необходимо для собственного выживания или для спасения близких от гибели, не настолько плохой поступок, как может показаться на первый взгляд. Однако что-то внутри Невилла шептало, что друзья не одобрят применение «Авады Кедавры» даже против врага, и убедить их, что в той ситуации не было другого выхода, ему, скорее всего, не удастся.
— Вы считаете, мистер Керриган прикончил Панси? — задумчиво спросила Джинни, оторвавшись от чтения «Ведьмополитена».
— А ты откуда знаешь, как его зовут? — заинтересовалась Гермиона.
— Мама сказала, — пожала плечами Уизли и снова вопросительно посмотрела на остальных.
— Когда Керриган ушёл, мы тоже смылись, — пожал плечами Поттер, — да и какая разница? Они там все «Пожиратели Смерти», и эта Паркинсон, я уверен, уже давно ходит с меткой!
— Панси — староста Слизерина и одна из лидеров их факультета, — пояснила Уизли. — Если её убили в Лютном переулке, змеи тут же начнут мериться, кто там из них самый чистокровный и богатый.
— А ещё Снейп не будет преподавать у нас зельеварение в этом году, — многозначительно сверкнул очками Поттер.
Того тут же забросали вопросами, и Гарри поделился с друзьями историей, как неделю назад они с Альбусом Дамблдором побывали в гостях у старого мага по имени Гораций Слагхорн.
— Я только успел одну красотулю в кафешке склеить, как тут же появился директор и приказал мне идти с ним. Мол, хочет познакомить меня с очень важным для наших дел человеком, — вздохнул Поттер.
— Маггловские девушки зачастую слишком вульгарны, пусть и легкодоступны, — фыркнула презрительно Уизли. — Возможно, Альбус Дамблдор спас тебя, Гарри, от жестокого разочарования.
— Он с ней для другого хотел познакомиться, — гыгкнул Рон Уизли. — Обнимашки, поцелуйчики под звёздами, летняя романтика, короче! Я вот в этом году попробую замутить с красоткой Браун. Фреду его девушка рассказала по секрету, что Лаванда давно хочет со мной встречаться!
— Ты дурак, Рон Уизли! — почему-то покраснела Гермиона Грейнджер. — Твой брат наверняка подшутил над тобой, а ты и уши развесил. Какая нормальная девушка захочет встречаться с таким остолопом, как ты!
— Герми, ты чего на меня взъелась? — удивился Рон. — Не понимаю я вас, девчонок. Из женской солидарности, да?
Не став отвечать, Гермиона спросила Гарри:
— Если Снейп не будет преподавать зелья, значит, и деканство у него заберут?
— Я надеюсь, что его наконец-то выгонят из Хога, а новым деканом Слизерина и профессором зельеварения станет мистер Слагхорн! — с энтузиазмом воскликнул Поттер. — Тогда у Снейпа точно не получится обломать меня и Рона с поступлением в школу авроров. Это сальноволосый ублюдок шипел, что возьмёт только тех, у кого по зельям одни превосходно. Но профессор Слагхорн, когда увидит, что почти у всех нет высших баллов, тогда точно возьмёт и тех, у кого выше ожидаемого в аттестате.
— Да, будет здорово, — скривился Рон. — Опять эти Мордредовы зелья. Терпеть их не могу!
— Я тоже, друг, я тоже, — похлопал Рона по плечу Гарри. — Но чего только не сделаешь, чтобы стать аврором.
Невилл смотрел то на одного, то на другого и улыбался. После всех тех несчастий, что произошли этим летом, весёлый трёп друзей казался успокаивающим.
Глава 54
Сила просыпается
Уже ставший привычным за эти годы кошмар выплыл из подсознания ближе к рассвету.
— До-ро’ик вонг пратте!
Взмах катаной, и голова уродливого существа отлетает в толпу таких же монстров.
— Будьте вы прокляты! — громогласно рявкает Палпатин, и разошедшаяся во все стороны серая хмарь заставляет миллионы уродливых существ развеяться пылью. Через секунду он стоит посреди безжизненной пустоши, по колено в пепле.
С чёрного неба неизвестного мёртвого мира тут и там горящими кометами падают огромные, ранее бывшие живыми корабли. Вот она, победа, радуйся, Шив, но почему же так плохо на душе? Словно та неизвестная энергия, что является самой сутью его души, рассеивается по капле и исчезает…
Палпатин резко проснулся, почувствовав, как его осторожно прихватили за ухо. Дарт Филин сидел рядом и требовательно изучал его лицо своими круглыми жёлтыми глазами. Какое-то очень важное виде́ние ускользнуло за край сознания, и Палпатин даже потряс головой, чтобы попробовать его поймать. С тех пор как он получил книги друидов от славянского архимага, его провидческие возможности стали понемногу прогрессировать. Однако приходящие виде́ния показывали не столько текущие события в Англии, сколько что-то о космосе.
— Уух-ух-ух! — между тем требовательно повторила сова, то сжимая, то разжимая свои внушительные когти.
Палпатин закатил глаза и щёлкнул пальцем, вызывая домовушку, после чего приказал той накормить наглую птицу. Впрочем, в какой-то мере он был даже благодарен Дарту Филину за побудку. Бесконечно сражаться с уродливыми существами ему давно надоело. Причём там, во сне, Шив использовал всё, что успел освоить в этом мире.
Вот и сегодня он скастовал самое сильное заклинание Блэков, которое в последний раз использовалось теми ещё в 1346 году. Однако если у древних волшебников применение этих чар привело к эпидемии бубонной чумы среди населения Европы, то в виде́ниях Палпатина проклятие просто уничтожило всё живое в неизвестной ему звёздной системе. Несмотря на разницу в масштабах, результат был один — гибель любой органики.