Немного позже Волдеморт вернул артефакты Беллатрикс и Снейпу с приказом спрятать их в тех же самых местах. Только теперь вместо частиц его души внутри артефактов находились магические ловушки с имитацией крестража. Как только воры попытаются как-то использовать заряженные магией артефакты, западня активируется, и неосторожных волшебников будет ждать нелёгкая смерть.
С довольной улыбкой Волдеморт бодро поднялся из ритуального зала. В гостиной, под конвоем брата и сестры Кэрроу, нахохлившись, словно мокрый воробей, ждал решения своей судьбы Наземникус Флетчер. Волдеморт подошёл к ним вплотную и протянул старому вору копию Медальона Слизерина, заряженную ловушками.
— Возьми его, Наземникус, можешь даже передать Дамблдору, если пожелаешь, — сказал с обманчиво доброй улыбкой Тёмный Лорд. — В этом древнем артефакте нет ничего ценного, кроме золота, из которого он сделан. И не забывай докладывать нам обо всех планах Альбуса, что тебе станут известны. Иначе… — И Волдеморт многообещающе посмотрел на сжавшегося в комочек волшебника.
— Конечно, господин Тёмный Лорд, — низко поклонился тот, — непременно сообщу, как только старому Флетчеру станет что-то известно. Позвольте покинуть ваше блистательное общество, сэр?
— Пшёл вон!
Волдеморт отвернулся от Наземникуса и направился к себе в кабинет. Настоящий Медальон Слизерина следовало побыстрее спрятать в пещере. Да и записку Керригана положить внутрь на всякий случай.
Уютная обстановка спальни давно не радовала. Рано овдовевший мужчина во второй раз так и не женился, воспитывая дочь сам. Он не хотел предавать память супруги и причинять боль Панси. Лорд Паркинсон щелчком пальцев позвал домовика и попросил того наполнить бокал замечательным на вкус вином, производимым компанией Лонгботтомов. В голове Паркинсона закружились тяжёлые мысли, и он задумчиво сделал первый глоток, оценивая безупречный букет безумно дорогого напитка. Освежающая волна магии терпкой сладостью прокатилась по горлу, принося долгожданное облегчение.
Перед Хэллоуином он купил маггловскую фирму, производившую карамель «Лимонный шербет». А ещё через лавку «Яды и отравы Шайверетча» приобрёл сильнодействующий состав, которым начинили любимые конфеты Дамблдора. Прислать директору какой-нибудь про́клятый артефакт или пытаться отравить Великого Светлого волшебника, подмешав тому яд в алкоголь, было бы слишком наивным. Даже обычный английский маг практически всегда проверял еду и питьё на неучтённые добавки.
После консультации с итальянскими партнёрами, которые традиционно были мастерами в области ядов, в любимое лакомство Дамблдора был добавлен особый составной яд. Сам «Лимонный шербет» по-прежнему не нёс в себе ничего вредоносного. Однако стоит отравленному директору в дальнейшем выпить пару рюмок «Старого Огденского», как части магического яда объединятся с этиловым спиртом в особую смесь и быстренько разрушат организм жертвы.
На йольские праздники Панси пожаловалась ему, что не может починить прокля́тый шкаф, на который указал лорд Волдеморт. И тогда Паркинсон всего за несколько дней, потратив неприлично огромные деньги, нанял в Германии женщину-артефактора, которая под видом Панси станет чинить в Хогвартсе исчезательный шкаф.
Правда, для этого Паркинсону пришлось посвятить в свои планы профессора Снейпа. Иначе тот, как опытный легилимент, быстро разоблачил бы самозванку, несмотря на защитные амулеты волшебницы. Ведь, хотя в этом году Снейп перестал быть деканом Слизерина и получил вожделенную должность преподавателя ЗОТИ, большинство учеников змеиного факультета по-прежнему обращались к желчному зельевару со своими проблемами.
Снейп возражать не стал, только взял с нанятой волшебницы клятву, что та не будет причинять вред ученикам, даже если её случайно раскроют. Пообещав обойтись лёгкой коррекцией памяти, волшебница согласилась и после зимних каникул отбыла в Хогвартс вместо Панси. «Оборотное» зелье и помощь Снейпа гарантировали, что приказ Тёмного Лорда будет выполнен.
Паркинсон тяжело вздохнул, вспоминая сегодняшний день. Аврорское усиление в Азкабане наконец-то сняли, и Лорд приказал ему подкупить новую смену, чтобы освободить остававшихся в тюрьме «Пожирателей Смерти». Для этого Паркинсону пришлось через преступное сообщество магглов найти в обычном мире людей, похожих на Лестрейнджей, Долохова и остальных «Пожирателей». Хорошо, что Алекто Керроу владела косметической магией и согласилась подправить пленным магглам внешность до полного сходства.
Сегодня в обед прямо на пирсе, к которому пристал перевозивший преступников корабль, они со старшим тюремщиком совершили обмен.
— Только пусть хотя бы до лета нигде не светят своими приметными рожами, — грубым голосом попросил его седой худощавый мракоборец. — К тому времени я уйду на пенсию, а Беккер и Тейлор уволятся с этой прокля́той службы.
— Договорились, — вздохнул Паркинсон, левитируя к ногам аврора очередной мешок, набитый галлеонами.
Спустя час он доставил освобождённых «Пожирателей Смерти» в мэнор к Волдеморту. В награду за это Тёмный Лорд удостоил его лишь небрежного кивка. Домовые эльфы немедленно занялись размещением вернувшихся хозяев и новых постояльцев, а Снейпу была поставлена задача как можно скорее восстановить здоровье сидельцев. Паркинсон хотел по-тихому уйти, но был остановлен внезапным вопросом.
— Надеюсь, твоя дочь не забыла о моём поручении? — угрожающе прошипел Волдеморт, прожигая Паркинсона змеиным взглядом.
У него нашлось сил только мелко-мелко закивать в ответ. Что случится с Панси, если они с дочерью не сумеют выполнить приказ Лорда, ему даже представлять не хотелось. Впервые за годы служения наследнику Слизерина в голове Паркинсона появилось сожаление, что он так и не примкнул к Малфою и Нотту. А ведь хитрые аристократы предлагали всем бывшим «Пожирателям Смерти» сменить сторону и утверждали, что способ избавиться от метки в конце концов нашёлся.
Стараясь не смотреть Волдеморту в глаза, он скомканно попрощался и трансгрессировал к себе в мэнор. Однако предательская мысль исчезать не спешила. Паркинсон слишком любил единственную дочь.
Отхлебнув ещё вина, он построил в голове занимательную цепочку:
«Малфой и Нотт перешли к Лонгботтому и до сих пор живы и здоровы. Метка их не убила. Значит, среди нейтралов кто-то действительно нашёл способ избавиться от клейма Тёмного Лорда. Вряд ли это Гринграсс и тем более Лонгботтом. Откуда у них могут быть знания о чёрной магии? Это кто-то умный и опытный. Идём дальше. Может быть — Миранда Гусхок сумела найти контрзаклинание? Она известна своими многочисленными исследованиями чар. Возможно ли, что Малфой заплатил ей, чтобы старушка разобралась с Чёрной меткой? Почему бы и нет».
Не найдя ни одного изъяна в своих рассуждениях, он выпил вина и принял окончательное решение:
«На случай если захват Министерства провалится, надо заранее подумать о смене покровителя. Для этого стоит позаботиться, чтобы денег в хранилищах рода было намного больше. Обеспеченного волшебника нейтралы примут с гораздо большей охотой, чем нищего голодранца. Теперь осталось только подкорректировать собственные воспоминания. Иначе Лорд убьёт и меня, и Панси, всего лишь прочитав мои мысли о предательстве».
Паркинсон вытащил из шкафа «Омут памяти» и призвал старейшего домовика рода. Затем он с помощью палочки достал из своей головы светящуюся нить, в которой содержались опасные для него мысли. Паркинсон приказал эльфу, чтобы тот каждый вечер напоминал ему об извлечённых из головы воспоминаниях. Через полчаса он окончательно захмелел, успокоился и лёг спать. Сон лорда Паркинсона был на редкость безмятежен. Так случается с человеком, наконец-то сделавшим свой выбор.
Собрание «Ордена Феникса» закончилось просьбой Дамблдора быть настороже. Грюм поддержал решение лидера глухим ворчанием и следом за остальными покинул «Кабанью Голову». Большинство волшебников предпочло немедленно аппарировать по своим делам, и только Люпин и Тонкс остановились, что-то обсуждая. Впрочем, Аластор знал, что Нимфадора просто заговаривает Римусу зубы, ожидая, когда он вступит в дело. Грюм не стал разочаровывать молодую любовницу и немедленно бросил в спину оборотня «Империус».