Он собрался уже нанести Такеде смертельный удар, но кто-то из солдат отвлек его выстрелом в затылок. Едва Сектор обернулся на стрелка, уже Такеда замахнулся для атаки, но не успел — Сектор внезапно провалился под землю и мгновенно появился рядом с солдатом. Киборг схватил его за горло и поднял над землей.
Недолго думая, Такеда схватился за рукоять Сенто и создал силовое поле вокруг Сектора, после чего рванул его на себя. С громким лязгом киборг ударился об стену и выронил меч. Такеда тотчас кинулся к нему, как вдруг Сектор взмыл с земли с помощью сопел, раскрывшихся по всему телу. Ухватив Такеду за грудки, он в отместку впечатал его в стену.
Такеда распластался по холодному каменному полу. Все его тело парализовало от боли. Глаза застелила мутная пелена, однако разглядеть красную человеческую фигуру, стоящую над ним, было несложно.
В Сектора с громким звоном сыпались пули — Такеда сначала решил, что это звон в его голове. Однако киборг непреклонно продолжал стоять на месте. Он вскинул ногу, целясь в голову Такеды. Из последних сил тот достал рукоять Сенто и, направив ее на Сектора, создал крохотное силовое поле в его голове.
Словно почуяв неладное, Сектор устремился за рукоятью, но не успел — силовое поле резко увеличилось в размерах. Его голова лопнула с громким хлопком, во все стороны полетели обломки и куски мозга. Стальное обезглавленное тело рухнуло на пол и выпустило из рук все оставшееся пламя, будто пытаясь отомстить, после чего наконец замерло.
Солдаты поспешили на помощь Такеде — ему вкололи в руку препарат, от которого в голове прояснилось, а боль заметно спала. После этого Такеде помогли подняться с земли.
— У тебя большая рана на затылке, — сказал солдат-медик. — Нужно перевязать.
— Нет времени, я должен помочь генералу, — ответил Такеда. — Разрежьте киборга на части его мечом, на всякий случай. И ждите нас.
Такеда вновь приблизился к проходу и уже собрался призвать предков, как вдруг красный огонь сам взмыл из-под ног и перенес его через барьер.
— Спасибо, — прошептал Такеда.
Он приблизился к лестнице и прислушался. В медицинском отсеке было тихо, не считая нескончаемого электрического гула. Такеда попытался силой мысли разведать обстановку, но мигом вернувшая боль в голове помешала ему. Он дотронулся до затылка и посмотрел на пальцы — крови действительно было много. Такеда приспустил повязку отца на рану и сильнее затянул узел, после чего вступил на лестницу. Чем выше он поднимался, тем большая тревога одолевала его.
Наконец Такеда прошел последнюю ступень и оказался наверху.
— Нет, — дрожащими губами выговорил он. — Нет, нет, нет… Мне это мерещится. Этого не может быть…
Безжизненные глаза Сони Блейд смотрели прямо на него. Она лежала навзничь в луже собственной крови с резаной раной на горле. От такой кровопотери лицо и руки Сони стали снежно-бледными.
— Только не это… — Такеда качал головой, не желая принять истину.
Над ней словно в трансе стоял Кано — руки расставлены, грудь выпячена, голова высоко задрана. Он сжимал в руке окровавленный нож. Искусственный глаз Кано был сломан и испускал едкий дым, на теле пестрели несколько новых ран.
— Я не верю… — не унимался потрясенный Такеда.
— Сам не верю, парень, — отозвался Кано.
Он опустил голову. Лицо Кано превратилось в кровавую кашу.
— Столько лет мы были частями этого замкнутого круга. Она меня ловит, я сбегаю. Творю всякое, снова она меня ловит и так далее. Но сегодня… сегодня особенный день. Раз и навсегда, я одержал верх. Эмоции просто бьют через край, знаешь…
Действие препарата вдруг стало ослабевать. У Такеды снова помутнело в глазах, голова сильно закружилась. Он рухнул на четвереньки и пополз к Соне, борясь с предобморочным состоянием.
Тут из хирургической капсулы выбрался загадочный сын Кано. Он заметно походил на своего отца, особенно взглядом. И кибернетическим протезом вместо правой руки. На животе его виднелись свежие швы.
— Вот и ты, сын! — обрадованно произнес Кано. — Как себя чувствуешь, а?
Катрок не ответил. Его ошарашенный взгляд был прикован к бездвижно лежащей Соне.
— Кто это? — дрожащим голосом спросил Катрок.
— Это — та самая, — ответил Кано. — Я рассказывал про нее тысячу раз. Генерал Блейд, собственной персоной. Жаль, ты не застал тот момент, когда я сделал это. Но, если повезет, мы вместе увидим лица Кэсси и ее папаши, когда они узнают. Сегодня величайший день, сынок!
Катрок продолжал молчать — судя по выражению его лица, он не разделял радости отца. У них на глазах Такеда дополз до трупа Сони и приложил ладонь к ее груди. Сердце не билось, вопреки его последней надежде.
Кано взял Катрока за плечо и подвел к Такеде.
— Давай, — отец протянул сыну нож. — Я прикончил ее, а этот малец твой.
— Нет, — твердо ответил Катрок. — Ты меня не заставишь.
— Вот как ты заговорил… Ферра, Торр, Рептилия — их ты почему-то смог убить! Наверно потому, что они не похожи на нас, на людей, да? Тебе пора взрослеть, Катрок! Убей его, или я отрежу тебе вторую руку! Будешь как Бриггс, с двумя протезами.
— Мне уже все равно.
Разгневанный Кано со всей силы ударил сына. Схватившись за лицо, Катрок отпрянул назад и едва не упал.
— Мы еще побеседуем с тобой! — выпалил Кано. — Закончу только с этим ниндзя.
Такеда смотрел, как Кано заносит над ним нож, но уже был не в силах сопротивляться. Он знал, что прямо сейчас упадет в обморок, прежде чем нож коснется его. Это единственное, что утешало…
В последнее мгновенье Такеда увидел, как за спиной Кано блеснуло что-то металлическое. Черная вуаль опустилась на его глаза, и он потерял сознание.
========== 20. Фальшивка ==========
Армия ада прорвалась в мир людей. Огонь и тьма одержали верх над жизнью и светом, единый баланс бесповоротно нарушен. Космические барьеры всех миров в одночасье канули в небытие…
Армагеддон грядет.
Словно огромный глаз неведомого зрителя, солнце зависло высоко над опустевшей З’ункарой. После череды разрушительных боевых столкновений в столице Внешнего Мира наконец наступило затишье.
Мирные жители возвращались в разгромленный город. В одном ряду с жителями З’ункары, пережившими ночь нескончаемого ужаса, шли обитатели других поселений, которых насильно согнали на несостоявшуюся коронацию. Надежда на то, что среди развалин удастся найти выживших, заставляла внешнемирцев идти сквозь кровавое месиво, которым была усеяна песчаная дорога. Оторванные головы шоканов, бесформенные ошметки тел, изломанные конечности — все, что осталось от воинов Куатана после схватки со внезапно вторгнувшимся Красным Драконом…
Тем временем смертоносная армада Дэйгона мчалась на окраину Внешнего Мира. Воздушное войско во главе с огромным конвертопланом и золотым драконом Орином проносилось над мрачными лесами, бесплодными пустынями и мелкими деревушками. В скором времени на горизонте показался массивный горный хребет, за которым начинались разоренные земли, поглощенные Внешним Миром несколько тысячелетий назад.
— Вот я и дома, — тихо выговорил Дэйгон, глядя из кабины на открывающийся вид.
Пролетев горы, войско оказалось над пустошью, с которой начиналась Эдения. От некогда пышного цветущего мира, населяемого потомками богов, не осталось и отголоска. На многие мили вперед простиралась пустыня с вкраплениями каменных руин. Тем не менее, одно-единственное место, нужное Дэйгону, просматривалось вдали небольшим темным пятном.
Войско устремилось к цели. Спустя полсотни миль монотонных песчаных дюн оно оказалось над кратером. Он был настолько огромен, что его края терялись за горизонтом. Проанализировав поверхность, войско пошло на посадку. Десятки воздушных винтов подняли в воздух облака пыли, веками лежавшей на растрескавшейся земле.
Дэйгон приказал андроидам заняться организацией обороны. Он стоял у окна и наблюдал за человеческими красноглазыми фигурами, замелькавшими во мгле.