Ответов у меня не было. Как и другого спутника. А Лина всё-таки дала мне парочку приемлемых идей. И потому лезть к ней в душу и разбираться во всех нюансах я посчитала лишним.
Это её жизнь. Её право. И совесть, судя по мирному посапыванию за спиной, Лину определённо не мучила.
Утром от обиды Василины не осталось и следа. Она снова смеялась и улыбалась. Я тоже не стала заострять внимание на вчерашнем разногласии.
Как и было обещано, за лёгким завтраком мне в руки сунули карту, показав примерное направление нашего движения. Увиденное меня не обрадовало. Мы удалялись от побережья, о чём я и так догадывалась, но хуже было то, что мы отдалялись и от прибрежного городка, где остались мой конь с поклажей и часть денег. А ведь я собиралась вернуться!
Пока я прикидывала, как бы намекнуть на это спутнице, Лина закончила сборы и изъявила готовность продолжить путь. Но я не собиралась двигаться с места, пока мы не решим, как вернуть мои вещи. И упрямо прожигала карту взглядом. Будто это могло ускорить мыслительный процесс.
Наконец, девушка присоединилась ко мне:
— Ну, что углядела? Пойдём, чего сидеть-то. Каратель не ждёт.
Тут она была, безусловно, права. И попыталась отнять у меня развёрнутый лист:
— Потом ещё посмотришь, если тебе так понравилось.
Но я не уступала, вцепившись в карту, как в спасательный круг:
— Подожди!
— Анка, да что с тобой? Любая минута промедления опасна!
Она так заботилась обо мне, словно Каратель шёл за ней, а не за мной. И я рискнула открыться. Для начала частично:
— Слушай, Василина, далеко на своих двоих мы не уйдём. И серьёзно обогнать Карателя не сможем.
— Верно. Но мы можем купить тебе лошадь!
— Это слишком дорого. Плюс нужна сбруя. И одеяла.
— А что ты предлагаешь? Уж не украсть ли?
Это было сказано таким хитрым тоном, что я вспыхнула, углядев в вопросе намёк на мою профессию. Потому что для убийцы, как мне представлялось, украсть ничего не стоит. Но дело оказалось в другом.
— Не смеши, — выдержав небольшую паузу, отмахнулась Лина. — Ты не сможешь на это пойти, я же вижу.
Ох, как сильно она ошибалась… Но её заблуждение было мне на руку.
Я не планировала раскрывать перед ней все карты.
— Не смогу, — кивнула, выдав возмущение за смущение. — И не собираюсь. У меня уже есть конь и озвученные вещи.
— А! Так ты хочешь за ним вернуться? Но почему ты сразу не сказала мне забрать с постоялого двора и его?
— Потому что он остался в том курортном городке, где мы впервые встретились.
— У... — Василина присвистнула, покосившись на карту. — Это нам огромный круг делать, возвращаться… Рискованно.
Я немного надавила:
— Мне жаль, что я оставила его там… Сама подумай, что они с ним сделают? А он такой добрый, ласковый, послушный… Немолод, правда, но это же не главное.
Слезу, конечно, пустить не получилось, но грустные интонации и взгляд в сторону сделали своё дело.
Увы, я не обладала даже зачатками актёрского мастерства. И это была одна из причин, по которой бордель в качестве рабочего места мне категорически не подходил.
— Конечно, это совсем неважно! Вон, посмотри на мою Милку. Тоже ведь не девочка.
Тут я осознала, что придётся судорожно придумывать кличку для своего коня. Не звать же его просто Конь.
Хотя…
— Тогда давай так, — Лина выдернула меня из задумчивости. — Мы пройдём немного вперёд и потом сюда. Там недавно проложили широкий тракт, но мы его просто минуем. Если Каратель двинется за нами, он наверняка выберет именно этот путь, рассчитывая нас обогнать. Особенно если решит, что мы постараемся как можно скорее сменить бурелом на нормальную дорогу. А мы обведём его вокруг пальца. Дальше через лес есть ещё один тракт, заброшенный. Вот он тут тоненькой линией указан. Скорее всего, сейчас он больше похож на тропинку посреди леса. Но для нас сойдёт. По нему мы вернёмся к побережью, придётся только чуть в сторону отойти, чтобы попасть в город. Хотя там, считай, деревенька, а не город. Великолепно. Ну и по берегу дойдём куда надо, дорога отмечена.